Греческие каникулы
Шрифт:
Размышляя так на ходу, Лиз поспешила вместе со всеми к стоянке автобусов.
6
На следующий день Лиз позволила себе от души поваляться в постели. Из номера она выбралась, когда солнце уже поглядывало свысока на их райский остров, а на цветах давно высохла утренняя роса.
Боже, какая неожиданная встреча! Хозяин-грек, как обычно, вальяжно прогуливался у ресторана и строил подчиненных. Типичный крестный отец! Но на этот раз, завидев Лиз, он даже не улыбнулся. Видимо, был не в настроении.
— Завтрак давно окончен, зал убран, и официанты готовятся к обеду, — язвительно объявил смущенной его суровостью туристке этот пират.
Лиз с иронией подумала, что за пролитый на белую скатерть соус он вполне мог бы повесить ее на рее. От былой учтивости не осталось и следа. Словно солнце, поднявшись над островом, растопило все вкрадчивые манеры коварного дамского угодника.
Она залепетала что-то невнятное себе в оправдание. Мол, с вечера очень устала и потому проспала все на свете, даже утреннее купание в море.
— Где еще, как не на отдыхе, господин Максимопулос, можно нарушать режим с таким удовольствием? — кокетливо спросила она грека.
Ей показалось, что Георгиу насмешливо взглянул на нее: мол, знаем, чем вы, одинокие туристки, занимаетесь по ночам здесь, на острове. Для этого, ясное дело, вы и едете к нам со всего света: искать горячих южных любовников, словно говорил его пренебрежительный взгляд. Потому что мужья и любовники у вас дома — это удачливые бизнесмены, измотанные вечной погоней за долларом, и в постели они уже ни на что не годны. Не зря в богатых северных странах Европы без конца рекламируют по телевизору средства от импотенции. А у наших парней, едва какая-нибудь симпатичная дама взглянет им в глаза, кровь вскипает, словно вода на огне. И по телевидению, если вы успели заметить, мадам, у нас рекламируют в основном презервативы. Что ж, оставьте байки про экскурсии и походы вашим детям и наивным мужьям, когда к ним вернетесь. Мы-то, греки, никогда не отправляем своих жен одних на край света. Путешествовать в одиночку — привилегия мужчин. А женщины испокон века должны оставаться дома и хранить семейный очаг. У нас, между прочим, в деревнях на острове до сих пор ценится невинность девушки. Современные невесты и сами постепенно поняли, что невинность — отличный товар, за него можно получить хорошие дивиденды. И блюдут себя, дожидаясь завидных женихов. Богатых владельцев отелей. Таких, как я, например. Так что эти иностранцы сами виноваты: пусть лучше присматривают за своими женщинами…
Именно так перевела для себя бедная Лиз долгий и крайне неодобрительный взгляд владельца отеля. Да-да. И вовсе это не очередные ее фантазии. Лиз все кожей почувствовала, что он думал в эту минуту.
Внезапно ей расхотелось произносить заготовленную фразу: мол, неужели в отеле не найдется одной чашки кофе и булочки с джемом для проспавшей туристки? Еще чего! Она не станет унижаться перед этим самодовольным греком. Разве у нее на кредитке нет денег? Вполне достаточно, не на одну чашку кофе с булочкой и джемом хватит. Как раз с деньгами, в отличие от обстановки на личном фронте, дела у нее сейчас обстоят неплохо. Не хуже, чем у этого важного павлина с золотой цепью на шее.
Лиз резко развернулась и гордо направилась в сторону, противоположную ресторану. В конце концов, позавтракать можно и в таверне. К счастью, они здесь на каждом углу. Уж наверное, там кухня не хуже, чем усредненная гостиничная еда, этот вечный шведский стол. Кстати, и обстановку неплохо бы сменить…
В путеводителе Лиз прочитала, что, собираясь перекусить, надо вначале внимательно осмотреть посетителей таверны. Если среди них есть местные греки, можно смело выбирать столик. Кто-кто, а островитяне замечательно разбираются в тонкостях своей кухни и прекрасно отличают ту среднестатистическую бурду, которую здесь готовят для туристов, от настоящих и не испорченных разными магазинными приправами национальных блюд.
Лиз шла по улице и заглядывала в таверны, которых здесь было великое множество. Возле них витали изумительные запахи. Там явно готовили блюда на любой вкус: и морепродукты, и шашлыки, и свинину на гриле, везде подавали кофе по-гречески с вкусными сладостями. Однако в каждой таверне, как назло, сидели одни туристы. Значит, придется пройти еще чуть-чуть, чтобы найти заведение с настоящей греческой кухней.
Она шла и выбирала уютный уголок для позднего завтрака на открытом воздухе, а попутно воспитывала себя, словно собственную дочь Эми.
Не слишком ли часто ты, Лиз, в последнее время жалуешься мужчинам на жизнь? — строго выговаривала она себе, как мама дочке-старшекласснице. — Так можно совсем потерять форму, стать такой же, как тысячи милых и пассивных домохозяек где-нибудь в Луизиане или Арканзасе, чья жизнь целиком зависит от их мужей. А ведь скоро тебе придется снова самой содержать семью, Лиз. Меньше чем через какие-нибудь две недели. Ты не забыла, что работаешь в совете директоров? Через двенадцать дней тебе, Лиз, выходить на работу и снова и снова, ежедневно доказывать свою профессиональную состоятельность, проявлять характер и волю. Иначе мужчины почувствуют твою слабость и скушают тебя, Лиз, вместе с твоими стильными туфельками и сумочкой. Забыла, как совсем недавно ты была зависима от мужа, жалела его, угождала, пыталась переделать, однако ничем хорошим это не кончилось. И вообще, нельзя откровенничать с первым встречным. Можно остаться перед незнакомцем в купальнике, однако душу обнажать не стоит. Она слишком беззащитна и ранима…
На свежем воздухе есть хотелось все больше, однако Лиз никак не могла выбрать подходящее заведение. То скатерти казались не слишком чистыми, то хлеб на столах у посетителей не очень свежим, то музыка чересчур громкой, то вид с открытой веранды оставлял желать лучшего. Она ведь на отдыхе. Значит, может никуда не спешить и выбирать за свои деньги то, что хочется. То есть самое лучшее. В чужой стране глупо утолять наспех голод, как в родной Америке. Долой вредный и надоевший фаст-фуд, да здравствует национальная кухня! В Греции надо пробовать только греческое. Между прочим, здешняя кухня — одна из самых вкусных и здоровых в мире, как опять же написано в путеводителе: много оливкового масла, овощей, козьего сыра и брынзы, а также рыбы и морепродуктов во всех видах.
Говорят, еда часто может рассказать о душе и характере народа больше, чем фольклорные костюмы или поделки народных умельцев. Лиз вспомнила: в родной Америке все происходит на ходу: и секс в автомобиле, и гамбургеры, которые покупаются из окошка того же авто, и хот-доги, перехваченные прямо на улице. Бешеные ритмы, усредненные вкусы — все подчинено зарабатыванию денег, тому, чтобы достичь успеха. У немцев же все рационально, сытно и просто: сосиски, свиная нога с картошкой, кружка пива… Правда, едят бюргеры не на бегу, как американцы, а любят в пятницу вечером посидеть в своих локалях и пивных, попеть, осудить тех, кто нарушает немецкий порядок или, того хуже, пускает деньги на ветер, посудачить о растущих ценах и практичных приобретениях.
Французы — те тоже дома редко обедают. Впрочем, завтракают и ужинают тоже. Ищут общения в мире больших городов, в которых все стараются замкнуться в своей скорлупе. Словом, любят питаться на людях. И понимают толк в настоящей кухне. Как, пожалуй, никто в мире. Разве что китайскую кухню можно сравнить по изобретательности с французской. Потому-то французы предпочитают обедать не спеша, подробно обсуждая каждое блюдо и обставляя еду как одно из самых важных занятий в жизни. Удивительно, что при этом им не грозит ожирение, как американцам. Наверное, потому, что есть много и есть вкусно — совсем не одно и то же. Французы приводят в рестораны собачек, играют там в шахматы, читают книги, пишут дипломные работы — словом, проживают часы своей жизни. А парижане и парижанки в своих кафе на бульварах вообще сидят, как в партере театра. Столики и стулья в Париже стоят рядами вдоль тротуаров, и завсегдатаи самых разных заведений никогда не устают смотреть спектакль под названием «Париж».
Русские же, как не раз слышала Лиз, охотнее всего принимают гостей дома. Словно хотят отгородиться родными стенами от бесконечных социальных перемен за окнами.
Зато средиземноморские шумные народы вообще не представляют себе теплого южного вечера без бокала вина в кафе, заводной музыки и общения с друзьями…
Да, мы, американцы, никогда не добились бы того, что имеем, если бы сидели часами в ресторанах, как эти островные греки, и слушали расслабляющую музыку, вдруг подумала Лиз. И тут же одернула себя: глупо, находясь на отдыхе, осуждать кого-то за то, что он тоже отдыхает. И вообще, хватит умных мыслей! Тем более что она сама уже давно ужасно, просто мучительно хочет есть.