Чтение онлайн

Мисс Пембертон, щурясь, смотрела на него.

– Но я имела в виду не ее!

Он остановился.

– Но не моих же племянниц! Может, близнецы огрели негодяя своей куклой?

Он покачал головой, рассмеялся и пробежал вперед несколько ярдов, пока свежий осенний бриз не подхватил оранжевого змея и не поднял в воздух.

Она пробежала несколько шагов рядом с ним, глядя, как змей взмывает в, небо. Потом добавила:

– Нет, не близнецы… Нэнси.

Он остановился:

– Нэнси?

– Подумайте об этом.

Мисс Пембертон вырвала у него из рук веревку, позволив бобине крутиться, а веревке разматываться, подчиняясь дуновению ветра.

– Она могла избавиться от отца по той же причине: он ударил ее мать. А как насчет гувернера-француза?

Гэвин заложил большие пальцы за пояс.

– А что насчет гувернера?

– Лорд Хедерингтон отослал его, потому что его дочь влюбилась в него. – Мисс Пембертон рванулась вперед, чтобы выровнять змея. – Он похитил сердце и поцелуй его дочери.

Гэвин пустился за ней:

– Хорошо, если только это. Иначе я сам бы наказал мерзавца.

– Точно так же реагировал и лорд Хедерингтон, – бросила она через плечо. – Как, вы думаете, могла к этому отнестись молодая влюбленная женщина?

– Но убивать из-за этого? – Гэвин нагнал ее, обнял за плечи, потом повернул лицом к племяннице: – Посмотрите на нее. Она запускает змея. Точно так же, как мы. – Он вырвал катушку с намотанной на нее веревкой у нее из рук. – Признайте, что Нэнси не выглядит виноватой.

Но как только он это произнес, вспомнил сцену на лестнице.

Мисс Пембертон смотрела на него, выжидательно подняв бровь:

– Неужели? – Она остановилась и прижала руку к груди. – Сьюзен ее видела. В ту ночь. Она кралась в свою комнату.

Он отпрянул от нее:

– Как выяснилось и как мы все утверждали, ни один из нас не был в это время в постели. Но это ничего не доказывает.

И снова он увидел Нэнси испытывающей судьбу, стоя на лестничной площадке… Но нет, конечно, это была невинная игра, фарс, и это легко можно было объяснить.

Мисс Пембертон шагнула к нему и положила руку на плечо:

– Я подслушала ее на следующий день. Она разговаривала с сестрами. Сказала, что если кто-нибудь спросит, где она была, они должны ответить, что весь вечер она провела в детской.

– Я все-таки не думаю, что она убийца. – Гэвин потянул за бечевку и рванул змея так, что тот поймал ветер. Змей нырнул и взмыл снова, заставив Гэвина пробежать несколько ярдов. Наконец ветер подхватил змея и поднял в небо.

Когда Гэвин остановился, мисс Пембертон все еще была рядом.

– Почему бы вам не выяснить точно, кто на самом деле сделал это? – Он потянул за бечевку. – Если нам не удастся уличить преступника, то, вне всякого сомнения, это деяние припишут мне. И может, вы предвидите это и потому так стремитесь покинуть меня?

Сердце ее пропустило несколько ударов, прежде чем она ответила:

– Моя главная цель – сбежать от отчима.

Он переключил внимание на ныряющего вниз оранжевого змея.

– А вторая? – спросил он, задержав дыхание.

– Использовать свой дар.

Всегда и везде этот проклятый дар! Она или не понимает, что он погибнет без нее, или ей просто все равно. Он не знал, что хуже, ибо и то и другое было более чем скверно.

– Так почему бы вам не использовать его сейчас?

Она бросила на него раздраженный взгляд:

– Он предназначен не для того, чтобы узнавать тайные мысли и раскрывать преступления.

– Тогда для чего же?

– Чтобы помогать обездоленным.

– А разве я не вхожу в их число, если меня могут повесить за преступление, которого я не совершал?

– Я имею в виду по-настоящему обездоленных.

– Так что со мной не так?

– Что с вами не так? Вы угрозами вынуждаете меня помогать вам.

– О, значит, если бы я просто попросил вас доказать мою невиновность, вы бы мгновенно это сделали?

? Да!

– Я вам не верю.

Он бросил моток бечевки на землю, схватил ее за плечи и подался вперед, так что их носы едва не соприкоснулись.

– Есть нечто такое, чего вы мне не говорите, и я хочу знать, что это, – настаивал он, не повышая голоса. – Почему вы используете свой дар свободнее по отношению к одним людям, чем к другим?

Мисс Пембертон сверкнула на него глазами. Лицо ее окаменело, но она не пыталась вырваться.

Он подался еще ближе к ней и выдохнул, касаясь ее щеки:

– Ладно. Тогда ответьте мне, почему вы вообще используете этот свой талант.

– Потому что, – огрызнулась она, – я неотделима от него. И, чего бы я ни хотела, этот дар со мной как проклятие.

Она испустила глубокий трепетный вздох и содрогнулась в его объятиях:

– Я могу использовать его только по отношению к людям, выбранным мной по моим собственным причинам. Моя свобода выбора – единственное, что делает его переносимым, единственное, что делает жизнь с таким проклятием возможной. Это единственное проявление моей свободной воли.

– Гм… – послышался нервный женский возглас. – Я вам помешала?

Эта вечно вызывающая раздражение девчонка Стентон!

– Да, – рявкнул Гэвин. – Да, вы помещали. Уйдите!

Девчонка Стентон отшатнулась, но мисс Пембертон вырвалась из его объятий и убежала.

Гэвин руководил сбором змеев и приглашал всех на другой склон холма, где были расположены воротца для игры в шары.

Запуск змеев поднял дух его гостей, и для него оказалось невозможным вырваться и скрыться от их блестящих глаз и разгоряченных лиц и нескончаемой болтовни о хорошем ветре и капризных змеях.

И тогда Гэвин понял, что они вовсе не просто болтают чепуху, но обращаются к нему, улыбаются ему. Они включают его в свой круг. Говорят ему добрые слова. Буквально втягивают его в свою компанию, окружая своим искрящимся весельем и разговорами о том, какого цвета змей лучше всего смотрится на фоне синего неба и кто ухитрился продержать своего змея в воздухе дольше.

Светловолосая девочка ростом ему по грудь бросилась к нему в объятия, сжала его руку и потащила в толпу гостей.

– Я так тебе благодарна, дядя Лайонкрофт! Это мой лучший день рождения! За всю жизнь! О, погляди! Это те самые молотки, которыми мы будем бить по шару? Какие цвета! Я могу выбрать любой? Я хочу розовый. Нет, желтый. А ты какой выберешь?