Гретна-Грин
Шрифт:
А затем в глубоком секретном месте, о существовании которого она даже не подозревала, произошел взрыв света и удовольствия, и ее мир уменьшился до пределов этой кровати с этим мужчиной.
Это было абсолютное совершенство.
Ангус вытянулся рядом с ней, обвив ее руками, пока она медленно дрейфовала назад к земле. Он был напряжен, его тело болело от желания, и все же мужчина почувствовал себя странно удовлетворенным. Он понял, что это только она. Маргарет. Не было ничего в жизни лучше ее улыбки, и первое женское наслаждение жены тронуло его до глубины души.
— Счастлива? — пробормотал он.
Она кивнула. Такая сонная, удовлетворенная и очень, очень любимая.
Ангус потянулся и прикоснулся носом к ее душистой шее:
— Это еще не все.
— Что-то больше, возможно, убьет меня.
— О, я думаю, что мы справимся.
Ангус усмехнулся, приподнявшись и удерживая свое тело мощными руками на расстоянии нескольких дюймов от ее тела.
Ее ресницы затрепетали, и Маргарет улыбнулась мужу. Она подняла руку и коснуться его щеки.
— Ты — такой сильный мужчина, — прошептала она. — Такой мужественный.
Он наклонил лицо, прикоснувшись губами к ее ладони:
— Я люблю тебя, знаешь ли.
Сердце Маргарет замерло, а потом забилось с удвоенной силой.
— Любишь?
— Это самая странная проклятая вещь, — Ангус улыбался одновременно и смущенно и гордо. — Но это так.
Маргарет смотрела на него в течение нескольких секунд, запоминая его лицо. Она хотела навсегда сохранить память об этом мгновении: от блеска его глаз до темных густых волос, падавших ему на лоб, его сияющее лицо, сильные плечи и ….
У нее потеплело на сердце. Всей жизни не хватит, чтобы наслаждаться этими воспоминаниями.
— Я тебя тоже люблю, — прошептала она.
Ангус наклонился и поцеловал ее. И затем сделал своей.
Через несколько часов они сидели в кровати, с энтузиазмом поглощая еду, которую владелец гостиницы оставил им под дверью.
— Я думаю, — внезапно сказал Ангус, — что сегодня мы сделали ребенка.
Маргарет опустила цыплячью ножку.
— С какой стати ты об этом подумал?
Он пожал плечами.
— Я много и упорно трудился.
— О, и ты думаешь, что одного раза…
— Трех. — Он усмехнулся. — Трех раз.
Маргарет покраснела и пробормотала:
— Четырех.
— Ты права! Я совсем забыл о….
Она ударила его в плечо.
— Этого достаточно, если хочешь.
— Достаточно не будет никогда. — Он наклонялся и уронил поцелуй на ее носик. — Я подумал…
— Господи, спаси и помоги!
— Поскольку мы Грины, а это Гретна-Грин, и мы никогда не должны забывать о том, как встретились…
Маргарет застонала:
— Остановись, Ангус.
— Гретель! — Сказал он с воодушевлением. — Мы могли бы назвать ее Гретель. Гретель Грин.
— Иисус, виски, и Роберт Брюс, пожалуйста, скажите мне, что он шутит!
— Гертруда? Гертруда Грин? Это не так блестяще, но моя тетя будет польщена.
Маргарет опустилась на кровать. Сопротивление было бесполезно.
— Гровер? Грегори. Ты не можешь жаловаться на Грегори. Галахад? Гизель…
КОНЕЦ