Чтение онлайн

– Для меня? – Она шокировано посмотрела на меня.

Я медленно киваю, не сводя с нее глаз.

Грей, тормози! Не пугай ее, а то она подумает, что ты настоящий псих и убежит с воплями отсюда.

– Ты покупаешь новые… э-э… игрушки… для каждой сабы?

– Некоторые – да. – Это должно быть очевидно.

– Затычки для попы?

– Да.

Она еще раз взглянула на нее и положила обратно в ящик.

– А это?

– Анальные бусы, – сказал я, пытаясь понять ее реакцию. Я понимаю, что ее напрягает разговор об анальном сексе, но я должен ей дать понять, что я это делаю очень осторожно. Я был бы счастлив, если бы она позволила мне это продемонстрировать. Я бы с удовольствием ей показал бы насколько это приятно, но для этого, сначала, мне нужно заслужить ее доверие. – От них получается впечатляющий эффект, если их вытаскивать посреди оргазма, – добавляю я.

– Это для меня? – прошептала она.

– Для тебя, – отвечаю я.

– Значит, это попочный ящик?

– Можешь назвать его так, – я не смог сдержать усмешки. Она всегда так интересно играла со словами.

Она быстро задвинула ящик. Не очень хорошая реакция.

– Тебе не нравится попочный ящик? – спросил я невинным тоном.

– Скажем так, что это не входит в первую десятку в списке моих заветных желаний на Рождество. – бормочет она, пытаясь показать, что она не в шоке. Затем она нерешительно выдвигает второй ящик.

– Здесь хранится коллекция вибраторов. – спокойно сказал я. Вибратор – это отличный инструмент для того, чтобы сделать оргазм более интенсивным, но далеко не креативный, на мой взгляд.

Она тут же задвинула ящик.

– А что в следующем? – прошептала она, побледнев от смущения.

Какая упертая, я поражен! Несмотря на то, что ей неудобно об этом спрашивать, она все равно задает вопросы!

– Тут кое-что более интересное, – я решил ее немного подразнить. Интересно насколько хватит ее выдержки и как она отреагирует на зажимы?

Она пронзительно смотрит мне в глаза. После недолгих колебаний, она выдвигает ящик, не отрывая от меня глаз. Она достала один зажим и вопросительно посмотрела на меня.

– Генитальный зажим, – объясняю я. Затем обхожу вокруг комода и встаю рядом с ней. Она быстро кладет его обратно в ящик и достает зажимы для сосков, соединенных цепочкой. – Некоторые из них вызывают боль, но большинство предназначены для удовольствия, – бормочу я.

– А это что?

– Зажимы для сосков.

– Обоих? Сосков?

Что за вопрос? Я не могу, она такая смешная.

– Да, ведь тут два зажима, детка. Они для обоих сосков, но это не то, что я имел в виду. Именно эти вызывают одновременно и удовольствие, и боль.

Наверно лучше продемонстрировать их в действии. Я взял у нее зажимы.

– Дай твой мизинец.

Она делает так, как я сказал, и я цепляю зажим на ее мизинец. Она заметно расслабилась, когда поняла, что это не так уж и больно.

– Ощущение очень интенсивное, но больше всего удовольствия и боли ты получаешь, когда их снимаешь. – Она снимает зажим с пальца и на ее лице мелькнуло удивление. Да! Это хороший сигнал.

– Эти мне нравятся, – пробормотала она будничным тоном. Внутри себя я прыгаю, как ребенок от счастья.

– Неужели, мисс Стил? – с улыбкой спрашиваю я.

Она смущенно кивнула и положила зажимы обратно в ящик. Я хочу показать ей свои любимые. Интересно, как она на них отреагирует.

– Вот эти регулируются. – Я протягиваю их ей.

– Регулируются?

– Ты можешь закрутить их крепче… или нет. В зависимости от настроения.

– А это что? – спросила она, достав следующий девайс.

– Это игольчатое колесо Вартенберга.

– Для чего?

– Дай мне твою руку. Ладонью кверху. – Режим демонстрации, как выяснилось, самый верный. Она протягивает мне левую руку, прежде чем провести колесом, я нежно провел по ее руке, у нее такая нежная кожа, а потом провел колесом по ее ладони.

– Ай! – Шипы впиваются в ее кожу, надеюсь, что это не столько больно, сколько щекотно.

– Теперь представь, что это колесо прикладывают к твоей груди.

Она одергивает руку, тяжело дыша.

– Анастейша, существует незримая черта между удовольствием и болью, – мягко говорю я и убираю колесо в ящик.

– А бельевые прищепки? – не унимается она.

– С ними можно сделать очень много.

Она положила их обратно в ящик и закрыла его.

– Все? – в удивлении спрашиваю я.

– Нет… – Она выдвигает четвертый ящик, набитый кляпами и достала один из них.

– Круглый кляп. Чтобы ты не дергалась, – уже на автомате проговариваю я.

– А как же мягкий предел? – бормочет она.

– Я помню наш разговор. Но ведь ты можешь дышать. Твои зубы сжимают мячик.

Забрав его из ее рук, я сжимаю мячик пальцами, показывая, как во рту его сжимают зубы.

– А ты сам испробовал что-то на себе? – неожиданно спросила она. Черт. Мне не хочется поднимать эту тему. Но ответить нужно.

– Да, испробовал. – сказал я, глядя на нее.

– Чтобы приглушить свои крики?

– Нет, его назначение не в этом. – Почему она во всем видит боль? – Анастейша, тут дело в контроле. Насколько беспомощной ты себя почувствуешь, когда ты связана и не можешь говорить? Насколько ты можешь мне доверять, зная, что ты полностью в моей власти? Это я должен видеть по твоему телу и твоим реакциям, а не слышать из твоих слов. Это делает тебя более зависимой от меня, а мне дает полнейший контроль.

Это, наверно, самый точный ответ, который я смог ей дать.

– Ты говоришь так, словно тебе этого не хватает. – неуверенно сказала она.

– Это то, чем я владею, – пробормотал я, потому что больше не знаю способов контроля. Я не могу отрицать, что мне нужно ее контролировать. Я очень хочу, чтобы она доверяла мне.

– Ты обладаешь властью надо мной. Ты ведь знаешь, – шепчет она.

– Правда? Ты заставляешь меня чувствовать… мою беспомощность. – Потому что я знаю, что она в любой момент может уйти от меня, если я допущу какую-либо ошибку.

– Нет! Почему?

– Потому что ты единственная из всех моих знакомых, кто может действительно меня ранить. – Я протягиваю руку и заправляю выбившуюся прядь ей за ухо. Только ей удалось пробить мою броню, которой я окружил себя, чтобы ничего не чувствовать. Я еще не забыл, как мне было больно ее потерять. Это чуть не сломало меня. Благодаря Флинну мы снова вместе, потому что именно он подсказал мне, что нужно сделать, чтобы ее вернуть. Я безгранично буду благодарен ему за это.

– Ох, Кристиан… это обоюдно. Если бы ты не хотел меня… – Она вздрогнула и опустила глаза на свои пальцы. – Меньше всего на свете я хочу тебя обидеть. Я люблю тебя. – Она протягивает руки и нежно проводит пальцами по моим вискам, щекам, глядя на меня искренним взглядом. Я должен научиться ей доверять. Она чувствует ко мне то же самое, и тоже боится боли от разлуки. Мы любим друг друга. Я тянусь навстречу ее ласковым прикосновениям, бросаю кляп в ящик и обнимаю ее за талию, притягивая к себе.