Чтение онлайн

Слава сидел у окна и, откинув занавеску, чистил на подоконнике пистолет. В окне, как в телевизоре видна была часть двора и часовой с трехлинейкой у выезда на улицу. По двору ходили куры. Было тихо.

Зафыркал мотор, и возле их дома остановилась запыленная как нечищеный сапог полуторка. Хлопнув дверцей, на траву спрыгнул какой-то командир, отпустил машину и шагнул во двор. Часовой сделал было попытку преградить ему путь, но приезжий что-то коротко сказал, и солдат встал обратно на место и даже вытянулся по стойке смирно.

«Ого! — подумал Слава, проталкивая через канал ствола кусок ветоши. — Это еще кто?» И только затем узнал приехавшего. Сунув не дочищенный ТТ на подоконник, он уже через несколько секунд оказался в сенях и распахнул дверь, ведущую на крыльцо.

— Ну ты даешь, Женька! Тебя и не узнать! — заявил он. — Всего четыре дня назад уезжал солдатом! А счас, блин — капитан. Да как одет! С иголочки! И пострижен! Перевоплотился полностью! Выпускники щукинского училища — самые блестящие офицеры Советского Союза, блин — адназначна!

— Штаб фронта все-таки. Не как-нибудь. Вас тоже всех переодеть надо будет поприличней для столицы — отозвался рассеянно Женька, придерживая рукой щегольскую планшетку. — А офицеров, Слава, всех в Черном море утопили. У нас — командиры! Это здесь, значит, вы расположились? А где народ?

— А народ в поле! В поле народ! — расхохотался Слава, пропуская приятеля в дом. — Ну, рассказывай! Что там, как съездил? Удачно?

— Вполне. Только ты мне сперва пожрать чего-нибудь дай. Полдня, считай, на перекладных добираюсь, да не обедал — голодный, как собака!

— В общем, с Тимошенко все решили, — рассказывал Женька за столом. — Завтра из штаба фронта как раз идет «Дуглас» в Москву, я нас в список внес, как опергруппу. Так что собираться надо, с утра и выедем. Потому и спрашиваю — где все?

— Да кто где: Валерка в оперативном отделе — обстановку изучает, Данька с девчонками в госпитале второй день пропадает. Изображают из себя доктора Кашпировского в нескольких экземплярах. На них там все чуть не молятся…

— А не слишком? — насторожился Евгений. Хотя и не очень: как и остальные, он уже успел понять, что полученный ими дар гипнотического внушения работает со стопроцентной надежностью.

— Да не, нормально, — отмахнулся Слава и неожиданно рассмеялся, — тут с особистом местным пообщаться пришлось, — пояснил он. — На следующий день после твоего отъезда. Вызвал к себе — мы уж думали, что тут нас и повяжут. Но ничего… Предъявил я ему кредитную карточку «Виза» — как положено, не выпуская из рук дал ознакомиться. Бедняга аж под козырек взял и едва каблуками не прищелкнул: шутка ли, спецгруппа непосредственно от самого товарища Сталина! Признал все полномочия без претензий. Полностью содействует теперь, вплоть до предоставления секретных документов.

Евгений только хмыкнул — ему, судя по всему, тоже пришлось столкнуться с похожим в «командировке».

— А ты чем занимаешься, историк саморощенный? — спросил он.

— А я с разведчиками в поиск сходил, — не стал скрытничать Слава.

— Ты чего? Смелый что ли слишком? А если бы грохнули случайно?!

— Да нет. Тут сейчас тихо, — возразил Слава, твердо считавший себя правым. — А волков бояться — в лес не ходить, знаешь ли. Да и нормально сходили, будь уверен. Я даже языка взял.

— Ты?! — на этот раз Евгений удивился по-настоящему.

— Так я ж говорю… — Слава с наслаждением наблюдал за реакцией товарища. — Раз все равно когда-то придется… Вот я и… Подкрался к немцу, да как рявкну: «Хальт! Рюихь! Ауфферштанден!». Как миленький: всю дорогу молчал, руки по швам и не шевелился. А случайные пули… Случайно и здесь прилететь может.

— Ну ты даешь! — покрутил головой Женька. — От кого-кого, но от тебя я такого не ожидал!

— А что я, не человек?

— Да ну тебя! Я, честно говоря, на Валерку скорей бы подумал. А ты, стало быть, сам решил себя в разведку, да? А не пожалеешь потом?

— А у нас есть выбор? Я хоть как-то немецкий знаю, да Данька немного — вот и все кандидаты. Так что расклад получается простой. Ты с девчонками в Москве. Сталина держите и общую координацию осуществляете. Валерка здесь, фронтом командует, — единственный, кто из всех нас что-то в этом понимает. Ну а мы с Данькой — отряд особого назначения. «Здравствуй, Гейнц Гудериан— борода из ваты!» — с наслаждением продекламировал собственного сочинения бредятину Слава. — Приглашаем в путешествие по «Золотому кольцу» России, блин! Если мы немцев под Смоленском до конца июля хотя бы остановим — считай, летнюю кампанию в этом году выиграли! И ни блокады Ленинграда, ни сдачи Киева. А если грохнем всю группу армий «Центр» — так и вообще едва ли не войне конец, поскольку им наступать больше будет нечем!

— Ну ты стратег… — ошарашено сказал Евгений. — Долго думал? Я-то считал — нам хотя бы оборону приличную наладить — и то хлеб.

— Ну, долго не долго… А вот как убедился насчет этого полученного дара гипнотизировать всех, с того момента и появилась мысль. Сперва и сам не верил, но потом подумал, посоветовались с народом. Ты пока в штаб фронта ездил, мы тут времени не теряли, много о чем покумекали. В разведотделе проконсультировались опять же, там ребята вполне грамотные сидят. Ну и решили: если взять под контроль фон Бока или хотя бы 2-ю и 3-ю танковые группы, да наладить обмен информацией в режиме реального времени, да подвести их туда, куда нам нужно, то тут можно такие Канны устроить — размером со Смоленскую область, всей центральной группировке. Мы со штабистами прикинули — вполне за месяц управиться можно. И привет, Макар, ноги озябли! Так что к Виссарионычу сам полетишь, нам тут есть чем заняться…

Что такое демократия? Откуда взялась?

Что такое — это как-нибудь после. А пока — откуда.

Взялась она из Греции (В Греции все есть! (с)).

Не из нашей, правда, а из античной. В Древнем мире никакой демократии не было. Ни в Египте, ни в Месопотамии. А в Греции вдруг завелась.

И с этой греческой демократии берет начало вся наша современная «европейская цивилизация» (никому даже в наркотическом бреду не приходит в голову в данном факте усомниться — а это что-нибудь да значит).