Чтение онлайн

— А это ещё за хрень, Микки?

— Портал, Господин!

— Приди, сущность, в этот сосуд! Во славу Безликого бога!!!

Первосвященник культа занёс кинжал, а я решил, что этот цирк пора заканчивать.

~Аватар слот 4 активирован~

На глазах фанатиков изящная беззащитная девица превратилась в огромного хобгоблина.

Мне не пришлось даже напрягаться, чтобы послать в свободный полет держащих мои руки культистов, а мощным пинком ноги заставить колокола первосвященника зазвенеть.

Наблюдавшие эту картину сообразили, что что-то идёт не так лишь тогда, когда я поднялся с алтаря и огласил Твердыню своим протяжным рыком.

Началась паника! Сектанты бросились к дверям, толкаясь и вереща. Едва успев отдышаться, первосвященник воздел руки вверх, в попытке привлечь внимание и остановить всех, но никто его не слушал. Сброд, да и только. Мне что, получается, что и делать -то ничего не надо?

Хотя… Выпускать этих мразот из зала ещё рано. Кайра как раз должна начать спасательную операцию, а значит, нужно выиграть время.

— А ну, стоять, мясо! — прорычал я, хватая первосвященника за шиворот, — стойте, иначе вашему вожаку откручу голову!

Конечно, никто не остановился, не послушала даже не прореагировал. Наверное, должность первого священника выборная, любой может заменить его.

— Стойте, сволочи! —возопил первосвященник, внезапно решив мне помочь, — выпустите одержимых чудовищ! Пусть разорвут его на куски!

Те, которых я отшвырнул в стороны, опрометью бросились выполнять приказ. Они стягивали старые, испещреные символами гобелены, под которыми оказались огромные клетки с заточенными одержимыми тварями. Гадкие химеры — неудачные эксперименты по переселению сущностей из Геенны.

По залу стали распространяться миазмы. Мне-то ничего, а вот людям явно не поздоровится. Должно быть, из сдерживали зачарованные тряпки на клетках.

Теперь же четыре одержимые зверюги выбрались на свободу! Я бросил первосвященника в толпу его прихвостней и сфокусировался на врагах.

Один похож на вепря с горящими сиреневыми глазами. Его туша уже настолько извращена сущностью, что он напоминает зомби: местами облезла шкура, местами вспузырилась, бивни стали больше и острее, а копыта массивнее и обросли шипами.

Второй — это пантера. Изящная черная кошка с горящими синим глазами. Всю красоту портили клыки, как у саблезубого тигра.

Третьим зверем оказался орангутанг. От одного взгляда на него могло стать плохо впечатлительным особам: весь облезлый, торчат суставы на локтях и коленях, будто его шкура приоткрылась в этих местах. Позвоночник как у ящера и мощные когти, не уступающие пантере.

Четвертый зверь тут же взмыл под потолок зала. Это был огромный гриф. Впрочем, этот падальщик и так наводит ужас своей отталкивающей внешностью и репутацией, а этот ещё и облезлый и кривой, как будто рахитом переболел в детстве. Пока он в воздухе, у него преимущество, но и с этим я что-нибудь, да придумаю.

На таймере 20 минут. Если разделить время на каждую гадину, то получится по 5 минут на рыло. Управиться нужно быстро, тогда есть шансы выбраться отсюда живым.

— Стойте! Не бегите, поджав хвосты, как трусы! — поверил в себя первосвященник, — эта Твердыня — обитель Безликого бога и каждый, кто посягнет на его владения, заплатит кровавую цену! Узрите же, как четыре сосуда уничтожат эту нечестивую дрянь, сорвавшую жертвоприношение кровавой луны!!!

— Микелла, — спросил я, прикидывая свои действия,— я ведь могу не поглощать миазмы, если не хочу?

— Конечно. Вам стоит лишь пожелать, и навык "Пожиратель скверны" активируется, а если не желаете, то нет.

И я не пожелал, ведь сейчас было бы слишком опасно, вбирать в себя скверну, в то время, как вокруг достаточно врагов, готовых её впитать.

Пришедшие в себя культисты перестали ломиться в двери, они развернулись к центру зала и встали на колени в молитвенном экстазе, предвкушая кровавое зрелище моей кончины.

Но нет, я не собираюсь легко сдаваться!

Первым из одержимых чудовищ опомнился орангутанг. Он бросился на меня, размахивая когтистыми лапами и ужасающе вопя. Я перехватил его лапы чуть выше запястий, раскрутил его, как ядро и запустил в пантеру, а пока они поднимались и перегруппировались, я поймал за бивни несущегося на меня кабана и свалил его в сторону.

Черт! А это непросто. Чувствую себя бойцом на подпольной арене, гладиатором, за которым наблюдает враждебно настроенная толпа.

—Смерть! Смерть! Смерть! Смерть!

Время на таймере утекает, как песок сквозь пальцы! Осталось десять минут. Я слышу шорох крыльев над головой и едва успеваю уклониться. Гриф пошел в атаку! Следить за противником в воздухе и на земле тяжело. Я переоценил себя?

—Душитель!

В моей протянутой руке прямиком из Хранилища образовался кнут.

Глава 22

В моей огромной руке хобгоблина Душитель казался детской игрушкой. Но это лучше, чем ничего.

— Откуда у него оружие?! Где он его взял? — восклицали за моей спиной возмущенные культисты. Но отвечать им я не собирался.

Я щёлкнул кнутом прямой перед собой, затем сделал петлю слева, приноравливаясь к оружию. Звонким щелчком отпугнул грифа, который уже сделал круг и пошел вновь в атаку, над моей головой.

— Давайте, твари! Я готов. Подходи по одному, дам на орехи!

Пантера бросилась на меня первой, но получила по глазу кончиком кнута, и, шипя и повизгивая, отпрянула в сторону. Отличное это оружия для того, чтобы держать дистанцию, вот только, мне категорически нежелательно затягивать бой.

Кнут свистел направо и налево. Я начал уставать отбиваться от четверых чудовищ сразу, которые будто стали понимать ситуацию и теснить меня слаженно. На таймере осталось пять минут. Надеюсь, все пленники Твердыни успели спастись, и моя жертва не будет напрасной.

— Смерть ему! Смерть ему! Смерть! — скандировали кровожадные зрители.

~Пять…четыре…три…два…один! ~

Я зажмурился.

Как вдруг что-то просвистело над моим ухом и в дребезги разлетелось, столкнувшись с загривком одержимого вепря. Едкий дым повалил от реакции зелья с кислородом и шкурой животного. Оно завизжало от сильнейшего химического ожога, повалилось на пол и начало кататься, в тщетной попытке ослабить боль.

— Гена! Держись! — крикнул Росточек, стягивая с головы капюшон культиста. Он только что ворвался в зал, распихивая распростертых на полу балахонов.