Чтение онлайн

– Когда я его видела в последний раз, он чувствовал себя превосходно.

– И продолжает заниматься своими мерзкими делами?

– Этого я не знаю. Он всегда занят чем-либо, но меня это мало интересует.

– Настало время пресечь его гнусную деятельность. – Выражение глаз Каленберга заставило Гай вспомнить слова Гарри о том, что этот человек не вполне нормален. – Чалик переходит всякие границы.

– Вы так думаете? Я лично не считаю, что он хуже других! – холодно возразила Гай. – Ведь и вы относитесь к людям такого сорта, мистер Каленберг.

Тот слегка прищурил глаза.

– Что дает вам право так думать, мисс Десмонд?

– Тэк утверждает, что все находящееся в музее – подлинники. Не могу поверить, чтобы муниципалитет Флоренции согласился продать скульптуру Бенвенуто. Знаю я и о том, что кольцо Борджиа вы украли. И, безусловно, вы для музеев такая же нежелательная личность, какой для вас является Чалик.

Каленберг улыбнулся.

– Да, я признаю, что все хранящееся в моем музее, – украдено. Я люблю красивые вещи и нуждаюсь в красоте. А так как я слишком занят, чтобы посещать Европу, предпочитаю держать эту красоту у себя. Чалик же работает ради денег, а не ради красоты. Поэтому я и стараюсь пресечь его деятельность.

– Он, несомненно, нуждается в деньгах. А у вас их больше, чем нужно. Возможно, если бы вы нуждались в деньгах, вы пошли бы по пути Чалика.

Каленберг раздавил сигарету в пепельнице. Гай видела, что он сохраняет спокойствие ценой больших усилий.

– Вы эмоциональная женщина, мисс Десмонд, – про должал Каленберг. – И я уверен, Чалик был бы польщен, услышав, как вы его защищаете.

– Я его не защищаю. Я просто высказала свое мнение. Не вижу разницы между ним и вами.

В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет ввели Феннела и Гарри. Четверо зулусов остались на пороге, устремив бесстрастные взгляды на Каленберга. Тот сделал знак, чтобы они ушли. Воины молча повиновались приказу.

– Подойдите сюда, господа, и присаживайтесь. Как видите, мисс Десмонд уже составила мне компанию.

Гарри подошел к креслу и тяжело опустился в него. Феннел остался стоять, злобно глядя на Каленберга.

– Прошу вас, мистер Феннел, садитесь, – повторил свое приглашение Каленберг. – Й позвольте поздравить вас. Я считал, что дверь музея открыть невозможно, и тем не менее вы это сделали. Великолепная работа!

– Я не нуждаюсь в комплиментах, – вскипел Феннел. – Мы пришли за кольцом, но достать его не удалось. Теперь мы уйдем, и вы не имеете права нам помешать.

– Вы уйдете, вне сомнения, – ответил Каленберг. – Но прежде я хотел бы обсудить один вопрос.

– Не собираюсь обсуждать с вами никаких вопросов! – огрызнулся Феннел, позеленев от злости. – Пошли! – сказал он Гарри и Гай. – Они не посмеют задержать нас!

Феннел подошел к двери и попытался ее открыть. Это ему не удалось. Он повернулся на каблуках и бросил на Каленберга уничтожающий взгляд. – Откройте дверь или я сверну вам шею!

Каленберг поднял брови.

– Это обойдется вам очень дорого, мистер Феннел. – Он едва заметно щелкнул языком, и Гинденбург, утробно ворча, начал медленно приближаться к Феннелу.

Феннел отступил.

– Уверяю вас, мой любимец разорвет любого на куски, едва я разрешу ему это сделать! Садитесь же!

Феннелу ничего не оставалось, как устроиться рядом с Гарри.

– Благодарю вас. Я бы не хотел, чтобы ваши усилия оказались тщетными. Мисс Десмонд успела упрекнуть меня, что мною кольцо было тоже украдено. И поскольку вы приехали сюда издалека, преодолевая трудности, я согласен отдать вам кольцо. Но на определенных условиях. Каленберг открыл ящик стола и достал оттуда стеклянный ларец. Этот ларец он поставил так, чтобы кольцо было видно всем.

– Это оно? – Феннел вопросительно посмотрел на Гарри, потом на Гай.

После того, как Гарри утвердительно кивнул, Феннел повернулся к Каленбергу.

– Вы что-то говорили об условиях?

– Мисс Десмонд, богатство, которое меня окружает, не гарантирует интересной жизни. Как видите, я – калека, прикованный к креслу, а одним из моих увлечений молодости была охота. Но, в силу своей немощи, охота для меня – недостижимая вещь. Признаюсь, меня часто мучит комплекс неполноценности. А для человека с моим богатством это вдвойне мучительно.

– К чему все это, – нетерпеливо проговорил Феннел. – Поговорим лучше об условиях.

Каленберг даже не посмотрел в его сторону.

– Вот кольцо Борджиа, – он взял в руки стеклянный ларец и передал его Гай. – Мне известно, что каждый из вас получит по девять тысяч долларов, когда кольцо окажется в руках Чалика. – Каленберг грустно улыбнулся. – Как видите, у меня превосходные шпионы. Девять тысяч – внушительная сумма. Все вы заинтересованы, чтобы кольцо попало к Чалику…

– Вы… отдаете нам кольцо? – не выдержал Феннел.

– Мисс Десмонд уже держит его в руках. А теперь я предлагаю передать его Чалику. Для этого вам потребуется только вынести его из моих владений.

– Ах, вот оно что! – протянул Феннел. – А ваши дикари попытаются нам помешать, не так ли?

– Совершенно верно. Если сумеют. Я, так сказать, организую охоту на вас троих, а также на мистера Джонса, который ожидает на скале. Вы будете дичью, а мои зулусы – охотниками. Вы должны на это смотреть, как и я, то есть, как на увлекательную игру. У вас будет возможность ускользнуть от охотников, так как я даю вам фору – три часа. Вы уйдете отсюда в четыре часа утра, когда будет уже достаточно светло. Ваше спасение в скорости. В скорости и находчивости. Ровно в семь зулусы начнут преследование. Итак, ускользнете от них, – кольцо ваше.

– Вы это серьезно? – спросил Гарри.

– Вполне серьезно, и вы убедитесь в этом, если на свое несчастье позволите зулусам схватить себя.

– Предположим, что так и произойдет… Что в таком случае нас ожидает?

– Вопрос, конечно, интересный, мистер Эдварде. Если зулусам удастся схватить вас, вы умрете страшной смертью. Зулусы весьма примитивный народ. С тех пор, как начальником у них стал Чак, всех пленников по традиции сажают на кол.

Гарри нахмурился.

– Это участь нас ждет в том случае, если нас поймают?

– Совершенно верно.

Наступила долгая пауза, и снова молчание нарушил Гарри:

– Следовательно, вы организуете эту охоту, чтобы удовлетворить ваши садистские наклонности.

Лицо Каленберга покраснело, и из вежливого человека он внезапно превратился в маньяка.

– Я вас научу, как вламываться в чужие владения! Вы осмелились появиться здесь и рассказывать мне басни! – Его лицо исказилось от ярости. – И теперь поплатитесь за это!

Некоторое время Каленберг неподвижно сидел в кресле, пока не справился с приступом. – Я вынужден избавиться от вас, поскольку вы видели музей. И я надеюсь, никто из вас не ускользнет от моих охотников. Надежнее всего молчат мертвые!