Чтение онлайн

Сев на кровати, я потерла все еще затуманенные после сна глаза. Когда я смогла ясно видеть, то отодвинула грубую коричневую занавеску, чтобы выглянуть в окно. Улыбка расползлась по лицу.

— Самое время, — пробормотала я.

Снаружи во дворе небольшая стая малых грифонов устроилась на холодной земле. В течение прошлой недели их несколько раз видели в городе — возможно, разведчики из стаи, но это была первая полноценная стая малых грифонов, которую я видела в этом сезоне.

У большинства таких грифонов, когда они клевали или копошились в траве, крылья были сложены за их, подобные кошачьим, тела. Я наклонилась ближе к холодному стеклу, едва сдерживая громкий смех, когда один коренастый, с коричневой как у воробья окраской, расправил крылья и ринулся на своего соседа. Яростно щебеча, они, к конце концов, упали, сцепившись в бою.

Их выходки привлекли внимание более крупного члена стаи с черной головой, как у ворона. Он каркнул, подобный звук я уже слышала раньше. Когда и это их не остановило, он захлопал крыльями, а его черный хвост начал дергаться, как сумасшедший. Один из грифонов-воробьев без колебаний отбежал назад, а второй распушил свои перья и мех, зашипев в ответ.

До меня дошло, что это шум их прибытия разбудил меня в первый раз. Только бы мама сказала мне! Если бы я знала, что это грифоны, я бы даже не пыталась снова заснуть. Я любила, когда они мигрировали на юг с гор, это знаменовало истинное начало осени в моей родной стране — Сомерларс.

Обиженный ворон-грифон отстранено бродил в стороне от остальных своих сородичей. Он усердно прихорашивался, притворяясь, что игнорирует их, вытянув лапу в воздухе, пробегая острым клювом по мягкой белой шерсти своего подбрюшья.

Заскучавший без своего трусливо сбежавшего приятеля воробей-грифон, сделал несколько шагов, подпрыгнул, поднялся в воздух и скрылся из поля зрения. Бабочки порхали у меня в животе, пока я смотрела. Даже после многих лет наблюдения за ними, они все еще могли заставить меня задерживать дыхание, когда пролетали над головой.

Малые грифоны были волшебством для такого маленького городка. На севере, где я жила, надеяться увидеть такое существо, как феникс, можно было лишь во сне или на картинках. Они ненавидели холод. Что касается других видов магии, например, которыми обладали некоторые люди, они были не очень распространены. Большинство людей с каким-либо волшебным даром, о которых было известно, отправлялись на юг, в столицу. Там была школа магического ремесла. Когда обучение заканчивалось немногие делали выбор в пользу возвращения к суровой жизни на далеком севере.

Конечно, в некотором смысле я вряд ли могла их обвинить. Даже если бы они были из тех людей, которые наслаждаются морозными зимами, для жителей Карпатских гор, включая меня, миграция малых грифонов напоминала, что их двоюродные братья не так далеко отстали. Вот ими уж никто не наслаждался. Моя улыбка померкла.

Рассеянно я постучала пальцами по холодному стеклу окна. Все до единого грифоны снаружи настороженно застыли. Семь пар темных глаз оглядывали двор в поисках источника шума. Они были непостоянными существами, и их настороженность не длилась долго. После небольшой паузы они забыли об угрозе и продолжили искать пищу.

Трудно было вспомнить, что эти смешные вредители передо мной были предвестниками появления горных монстров. Тем не менее они были связаны, и предупреждение, которое они предоставляли, было благословением. Вскоре обычные грифоны, также будут спускаться с высоких скал в лесные земли, которые граничат с цивилизацией. Если есть какая-то вещь, которую мы не хотели бы, чтобы она застала нас врасплох, то это те звери.

Напоследок задумчиво взглянув на зрелище снаружи, я отвернулась. К этому времени Майкл уже несколько часов был с нашими овцами. Он приступил к дежурству с рассветом, но я должна была сменить его в полдень. Если я сейчас не поторолюсь, то опоздаю.

Я умыла лицо и руки в тазике с водой у своего комода, пританцовывая от свежести на коже, и быстро оделась. Покусывание от холодной воды напомнило мне, что скоро я перестану оставлять кувшин с водой на ночь.

Для меня было странно, что Майкл оставил открытым окно на всю ночь. Даже с маленьким камином в моей комнате, я должна была встать раньше, чтобы нагреть воду, если я хотела умыться без боли. Комната Майкла, которая обогревалась теплом, просачивающимся из моего очага и из спальни наших родителей, была еще холоднее.

Я оделась с умелой быстротой, затем плотно зачесала свои волосы с обеих сторон головы. Перекинув с макушки верхнюю прядь, я переплела все три в одну тяжелую косу, которая достигала в длину четверть моей спины. В моей комнате не было зеркала; единственное в доме висело в родительской спальне, но мне не нужно было смотреть. В это время дня мою прическу оценить могли бы только овцы.

Я потратила немного времени, чтобы привести постель в какое-то подобие порядка, после чего все, что осталось — это захватить рабочую ременную портупею, которая висела на внутренней стороне двери моей спальни. Это была прекрасная вещь, с узором в виде листьев плюща, вытисненных на коже. Там были петли для крепления снаряжения и несколько небольших поясных сумок, в которых я могла хранить все, что мне могло понадобиться в течение обычного дня наблюдения. Сегодня в них уже было собрано все, что мне нужно, кроме еды.

Идя по коридору к кухне, я поправила ремни, привычно скользящие через мою грудь.

Хотя мама уже была в городе, она оставила большой горшок, кипящий над низким огнем очага. Сочное тушеное мясо заставило мой рот наполниться слюной, когда я сняла крышку. Ужин прошлой ночи стал утренним завтраком.

Поев, я сразу обулась, надела свой плащ и сумку, и вышла из дома через дверь позади кухни. Моя одежда была данью переменчивости осенней погоды, которая встретила меня, как только я ступила за дверь. Мои ноги обтягивали толстые колготки, заправленные в шерстяные носки. Яркая зеленая юбка идеально скрывала пятна от сидения на траве и в грязи весь день, а вязанный свитер с высоким горлом, который когда-то был черным, теперь был скорее серым, поджарил бы меня, если бы я надолго осталась на солнце. Дома в одежде было бы невыносимо жарко, но сейчас когда я оказалась снаружи, я была благодарна за это.

При моем появлении стая малых грифонов, топтавшихся по эту сторону дома и что-то клевавшая там, рассеялась. Каркая и крича на разные голоса, они немного отбежали, прежде чем подпрыгнуть и взвиться в воздух, облепив затем высокие дубы и сосны, что росли почти у самого дома. Их приход распугал воробьев, которые решили там обосноваться. Эти птицы бежали на крышу дома, и оттуда громко бранились на меня.

— Я не сгоняла вас с вашего дерева! — я позвала их обратно, но это, похоже, не имело значения. Они продолжали упрекать меня своими крохотными темными глазами, серьезными, как у городского священника. Я пожала плечами. — Как хотите!

Сами грифоны не были четко видны, но я замечала, как ветви двигались, когда они переступали своими лапами. Я обошла эти деревья по широкой дуге. Было замечательно наблюдать за грифонами сквозь стекло, и по большей части они были слишком пугливыми, чтобы беспокоить человека. Несмотря на это, в случайной драке между двумя из них могло достаться и прохожим, и это было совсем не то, с чего бы я хотела начать свое утро. Со своей стороны они хрипло хохотали надо мной, но воздержались от приближения.