Чтение онлайн

В начале 1784 г. (2 Февраля) Екатерина пожаловала Потёмкина Президентом Военной Коллегии с чином Генерал-Фельдмаршала, Екатеринославским и Таврическим Генерал-Губернатором и Шефом Кавалергардского полка.

"Все возраставшее могущество Потёмкина заставило и других государей искать в нем: король польский препроводил к нему ордена Белого Орла и Св. Станислава; Фридрих Великий поручил брату своему, принцу Генриху, возложить на него ленту Черного Орла; датский король прислал орден Слона, шведский орден Серафима".

"Это был царь, только без титула и короны" (Я.Л. Барсков).

"Гений Потёмкина царил над всеми частями русской политики" (П.В. Чичагов).

Иностранные наблюдатели с изумлением видели, что часто князю Потёмкину оказывали больше почести, чем самой императрице, в которой многие видели "необыкновенную женщину - знаменитую Екатерину, которую князь де Линь оригинально и остроумно называл Екатериной Великим".

"Вольтер и Даламбер несколько грубо польстили, уверяя, что свет проливается на нас с Севера".

"Да будет Северная звезда у всех перед глазами!
– вот истинная звезда Царей; она ведет прямо ко храму бессмертия" (Де Линь).

Потёмкин организует для императрицы путешествие в Крым, куда она направится, сопровождаемая громадной свитой и послами - австрийским, английским и французским.

Австрийский император Иосиф II скажет французскому послу Луи Филиппу де Сегюру: "Мы нищие! Ни в Германии, ни во Франции не могли бы позволить себе того, что здесь делается русскими..."

На это Екатерина могла бы добавить: "Меня обворовывают точно так же, как и других, но это хороший знак и показывает, что есть что воровать".

Путешественники искренне поражены всем увиденным. Потёмкин просто превосходит себя. Императрицу приветствует даже рота амазонок...

Екатерина II писала исторические произведения, сказки, пьесы и статьи, но вот в области стихосложения она была не очень сильна. Хотя, когда Державин предложил ей 40 вариантов стихов, прославляющих адмирала В.Я. Чичагова, она отказалась от них и написала свои:

С тройною силою шли шведы на него.

Узнав, он рек: Бог защитник мой.

Не проглотят они нас.

Отразив, пленил и победы получил.

Правда, эти стихи будут написаны после побед над шведским флотом в 1789-1790 гг. Во время той войны Императрица сообщит принцу Де Линю: "Ваша непоколебимая пишет к вам при громе пушек, от которого трясутся окна моей столицы".

Сейчас же, в мирный 1787 г. Екатерина, восхищенная великолепием Тавриды, слагает стихи, посвященные Потёмкину.

Лежала я вечер в беседке ханской,

В средине бусурман и веры мусульманской.

Против беседки той построена мечеть,

Куда всяк день пять раз имам народ влечет.

Я думала заснуть, и лишь закрылись очи,

Как уши он заткнув, взревел изо всей мочи...

О, Божьи чудеса! Из предков кто моих

Спокойно почивал от орд и ханов их?

А мне мешает спать среди Бахчисарая

Табачный дым и крик... Не здесь ли место рая?

Хвала тебе мой друг! Занявши здешний край,

Ты бдением своим все вяще укрепляй.

И в самом деле надо было спешить и укреплять, и защищать. Ибо, желающая вернуть себе Крым, Турция развязала новую войну.

Знаменательная победа Суворова под Кобурном и долгая осада Очакова.

"Ничего я не видел скорее и лучше сделанного, как ее распоряжения в сию внезапную войну, которые собственною ее рукой написаны и присланы были к князю Потёмкину во время осады Очакова" (Де Линь).

Все считали что взять Очаков можно легко и быстро и не понимали, почему князь все медлит и медлит со штурмом, а главное, почему множеству женщин, находящихся в его ставке он уделяет больше внимания, чем военным делам. Тем болезненней поразила всех новость, что князь вскоре посылает в Париж за модными башмаками для одной из дам. При этом курьер доставки туфелек имеет чин подполковника.

Эта новость мгновенно облетела русский лагерь. А затем слухи о том, что Потёмкин вместо того, чтобы заниматься осадой Очакова, ублажает дам, поплыли по всей России.

Правда, выяснилось, что князь, заодно, хочет найти и привлечь в армию лучшего французского хирурга и лучшего инженера. Принц Де Линь взял на себя труд написать рекомендательное письмо относительно инженера, а Рожер де Дама - относительно хирурга и покупок, долженствовавших удовлетворить вкусу князя.

Заручившись рекомендательными письмами подполковник Карл Федорович Баур прибыл в столицу Франции, где сразу же вызвал ажиотаж своим приездом. Был даже поставлен водевиль о дурачествах князя Потёмкина. Бауэр же с утра до вечера носился по модным лавкам, скупая самые дорогие модели женской обуви...

– Привез?
– был первый вопрос Потёмкина.

– Привез, привез!
– успокоил его подполковник, наблюдая как в палатку князя втаскивают целый ворох коробок, перевязанных яркими лентами.

– В какой?

– Вот в этой!

Князь нетерпеливо сорвал упаковку, открыл крышку, выбросил из нее туфельки и достал толстый пакет, в котором были планы подземных минных галерей, сооруженных французскими инженерами на подступах к Очаковской крепости.

– А остальные документы?

– И остальные, и даже самые-самые секретные. Тоже среди туфелек. Ведь их на границе досматривать не стали.

– Молодец! А водевиль-то посмотрел?

– Нет. Не успел. Да и что они могут показать нам? Как мы их обдурили, что ли?

Потёмкин не жалел денег на разведку. Агентура светлейшего князя успешно работала по всей Европе и он всегда был в курсе всех событий...

Но этого тогда не знали ни Принц Де Линь, ни граф Рожер де Дама.

При осаде Очакова Рожер де Дама был адъютантом князя Потёмкина ("приехал ко мне Граф Дама, сущий дитя, но скромный и отменно вежливый").