Чтение онлайн

В то время, как он шокировал общество сенсациями об истощившемся золотом запасе, его коллеги по Комитету шокировали общество своими внутренними распрями. На заседании Комитета Ю. Лужков ничто-же сумняшеся обвинил не мало не много, а всю Россию в узурпации собственности и прав республик и Союза. Силаев как глава российского правительства оскорбился и подал заявление об отставке. Это произошло всего лишь две недели спустя после образования Комитета. Отставку не приняли. Но бунт против Силаева продолжается, перекинувшись на парламент. Руководствуясь тем, что совмещение Силаевым двух постов не идет на пользу ни России, ни Союзу, Российский парламент признал работу своего правительства неудовлетворительной. И тут же постановил, что решения Комитета на территории России будут вступать в действие только после одобрения их Советом Министров России. Это позволит впоследствии парламенту вести дипломатично-деструктивную деятельность по отношению к Комитету, нападая то на Сабурова, то на Явлинского, то вновь возвращаясь к Силаеву.

Тем не менее 27 сентября 1991 года полномочные представители 12 республик (Прибалтийские республики не участвовали) закончили постатейное обсуждение проекта договора. С украинской стороны были высказаны замечания по поводу статьи, предусматривающей координацию бюджетной и налоговой политики. Возражения были и у других участников обсуждения. Убрали слова «частная собственность». Но переговоры и обсуждения повторялись, в конце концов, вернулись и «частная собственность» и «конкуренция». В короткий срок был подготовлен согласованный, тщательно проработанный пакет документов. И в начале октября в Алма-Ате 12 глав республиканских правительств парафировали проект договора об Экономическом сообществе суверенных государств.

Это была настоящая победа Г. А. Явлинского. От него в течение всех переговоров требовалось принятие очень сложных компромиссных решений. Настойчивость должна была уступить место диалогу и убеждению или поиску обходных путей. Последовательно и энергично он шел к созданию нового государственного образования, к созданию Союза на качественно новом уровне.

В связи с договором любопытна реакция на него и на личность Явлинского так называемых вершителей судеб. Вот что говорил о нем председатель Верховного Совета Российской Федерации Р. Хасбулатов:

— Я единственный среди политических деятелей в Советском Союзе, который резко отрицательно относится к этому мальчику. Он вечно сует свой нос туда, куда его не просят… Вообще нам надоела эта фамилия, которая упоминается всякий раз в связи с нашими реформами, к которым он никакого отношения не имеет. Если вы (японцы) его любите, то, может быть, вы возьмете его себе?

Я его охотно уступлю… [68]

Однако это не помешало Хасбулатову в 1992 году использовать имя Явлинского, чтобы придать большую солидность своей программе.

Команда Явлинского действительно «сунула нос» в разрешение краеугольной проблемы 1991 года. Осенью того года ЭПИцентр подготовил договор об Экономическом союзе республик, который предполагал банковский, таможенный и платежный союз, финансовую резервную систему, договоренности о защите взаимных инвестиций, целый ряд социальных проектов, связанных с перераспределением рабочей силы. Проект был направлен на поддержание хозяйственных связей и сохранение общего рынка на территории СССР. Это была вторая попытка остановить развал СССР, ведущий к крайне негативным последствиям и для экономики и для граждан.

Сегодня говорят, что договор «остался лишь на бумаге». Это не правда. Это не так. Договор был подписан десятью республиками СССР за исключением Прибалтийских, Грузии и Азербайджана. Наряду с Белоруссией и Казахстаном наибольшими сторонниками этого союза стали Среднеазиатские республики. (Справка пресс-службы «ЯБЛока».)

Однако, когда я рассуждаю об Экономическом сообществе, я вижу не одну лишь экономику, не одну лишь политику, но еще и человека, усилиями которого был подписан этот договор. На протяжении долгих лет Г. Явлинский настойчиво шел к цели. В этом проявились сила духа и твердость характера. Очень удивляют в связи с этим выводы некоторых политиков 1996 года. Приведу эту большую цитату полностью:

— «Я-концепция» у Григория Алексеевича развитая, сложная, что позволяет говорить о высоком уровне его самосознания и политической рефлексии. Представляется, что при высокой самооценке и стабильных внутренних стандартах у него несколько травмировано его «психологическое я», что в известной мере определяет особенности его политического поведения.

Ведущий мотив поведения этого политика — потребность власти, которая носит в первую очередь компенсаторный и во вторую — инструментальный характер. В качестве ключевых индикаторов, характеризующих стремление лидера «ЯБЛока» к власти, предоставляется возможным выделить следующие: нежелание разрешать другим разделить с ними действительную или, теперь уже накануне президентских выборов, предполагаемую власть;

— нежелание получать советы относительно своих функций при осуществлении действительной или предполагаемой власти;

— нежелание консультироваться относительно собственного функционирования с теми, кто хотел бы разделить с ним власть;

— стремление изобретать и навязывать организованные системы функционирования другим действующим лицам на политической арене;

— проявление агрессивности к другим лицам, имеющим высокий политический статус.

Достижение труднодоступных целей приносило и приносит Г. Явлинскому психологическое удовлетворение. При этом мотивация достичь успеха выше мотивации избежать провала [69] .

Очень сомневаюсь по поводу потребности власти, об этом я уже говорила раньше. В той ситуации, о которой идет речь, ярко выраженную волю к власти проявил Б. Ельцин, сломав в одночасье все договоренности, под которыми стояли его же подписи, и провозгласив о создании СНГ. Вполне возможно, будь у Григория Алексеевича воля к власти, он бы мог прийти к ней. Тогда в 1991 году его имя было очень популярно, в атмосфере неустойчивости и хаоса, он, пожалуй, был единственным, кто предлагал наиболее разумный выход из кризиса. Он и в 1990 году не проявил инициативу, выдающую его «потребность власти», добровольно уйдя в отставку.

12 июня 1991 года прошли выборы. За Ельцина проголосовало 57 %, за Рыжкова — 17, за Жириновского — 8 %. Явлинского среди них не было. Наверное, он, хотя и мог выдвинуть свою кандидатуру, просто не думал об этом. Не знаю, выиграл ли он бы тогда, но и не отрицаю эту возможность.

Остальные замечания о нежелании получать советы, консультироваться, об агрессивности… Наверное, смотря кто советует и смотря что. Если вспомнить международную экспертизу программы «500 дней», то к их консультациям и советам он прислушивался и мнением профессионалов очень дорожил. В случае переговоров, о которых сейчас идет речь, он использовал очень сложную тактику гибкого лавирования, позволяющую найти компромиссные решения.

Порой, читая подобные «глубокомысленные» исследования, я вспоминаю… Евгения Базарова, то есть не его самого, а его слова: «Аркадий, не говори красиво». Сказано-то все красиво, да не про Явлинского. По крайней мере, анализируя его биографию, приходишь к совершенно противоположным выводам.

В рассматриваемой ситуации агрессивность проявил не Явлинский, а его оппоненты. В Алма-Ате, когда парафировали проект договора, подпись от России поставил заместитель председателя Совета Министров РСФСР Е. Сабуров. Эта подпись и вызвала яростную агрессию парламента. Б. Ельцин в это время отдыхал в Сочи.