Чтение онлайн

— Апгрейд, — отвечаю я и освобождаю одного за другим.

Тим поддерживает девушек, а Леся с Настей помогают удержаться на ногах Романычу. Я впопыхах добываю несколько кокосов и проделываю в них дыры. На пятом загораются строки:

Использовано 100 единиц энергии из 100

Мод «Реконструкция» деактивирован

Рука принимает естественный вид. Два кокоса мне приходится разбивать острыми камнями.

— Пейте, — велю я.

Никто не задаёт лишних вопросов, и все послушно испивают по одному кокосу. Через полминуты команда в относительном порядке.

— Написано, что один Геймер уничтожен! — радуется Катя и обнимает меня. — Вэл, ты просто красавчик!

Замечаю ядовитый взгляд Леси.

— Сука, что с нами случилось? — ворчит Романыч, с любопытством рассматривая перерезанные лианы.

Недоволен, что первая вечерника прошла без него. Я не успеваю ответить, потому что за спиной звучит надтреснутый голос:

— Вы избежали поглощения разумов.

Оборачиваюсь и вижу «мопса-спаниеля». Хватаю камень и замахиваюсь, но женщина поднимает руки и тараторит:

— Мы больше не представляем для вас угрозы! Вы освободили нас от Пальмового вора.

— Что она бормочет? — спрашивает Романыч.

У них же не активирован языковой скилл, вспоминаю я. Жестом показываю, что всё в порядке и призываю Романыча помолчать. Спрашиваю у страшной женщины:

— Пальмовый вор завладел вашими сознаниями?

— Да. Он управлял всем поселением. И вас собирался поглотить.

Преобразованный в кокосового краба Геймер, подчинивший целую локацию NPC. Недурно.

— Спроси, куда они дели наше оружие?

Когда у Романыча отбирают любимые игрушки, он неспособен молчать дольше трёх секунд. Но вопрос важный, поэтому я перевожу его для «мопса-спаниеля».

— К сожалению, все ваши вещи преобразованы в инвентарь поселенцев, — отвечает страшная женщина и виновато опускает голову. — Заклинание необратимо.

Здорово. Великолепно! Я поворачиваюсь к «Белым воронам» и развожу руками. Романыч матерится и обессиленно валится на траву, подложив руки под затылок.

— У нас впереди две локации и даже перочинного ножика нет, — причитает он.

Я спрашиваю у поселенки, не поделятся ли с нами инвентарём в качестве платы за спасение деревни. Её подчинённые приносят нам несколько старых копий и ржавых топоров, недостойных даже забвения в сарае моей дачи. Это всё, что готов выделить прежний вождь. Тот, которому я отсёк кисть. Неудивительно.

— Класс, — язвит Кутнюк, вертя в руках топор.

После ухода «мопса-спаниеля» мне устраивают допрос с пристрастием. Я выкладываю всё начистоту, без прикрас.

— Значит, — резюмирует Романыч, — ты использовал наш козырный туз, чтобы побить врага совершенно другой картой?

— Скажи спасибо, что мы живы, дохляк! — резко осекает его Леся, беря меня за руку.

Ту самую, что превращалась в мачете. Кажется, я вернул утраченные позиции.

— На самом деле, бро, — говорю я, — без «Отладки» ничего бы не получилось. Будь у меня хоть две бензопилы вместо рук. Мне не удалось бы пройти незамеченным и так легко расправиться со стражей.

— А вот был бы у тебя револьвер с двумя барабанами вместо причиндалов, как у чувака в «От заката до рассвета» — другое дело, — замечает Романыч, вызывая у Тима приступ ржания.

— Пожалуй, — усмехаюсь я. — Но кто бы мне подсказал про живительные кокосы?

— Столько подводных камней, — вздыхает Настя. — Отравленная вода, кокосы, краб-телепат. Боюсь представить, что нас ждёт дальше.

Романыч успокаивающе кладёт руку ей на плечо.

— Теперь мы будем в разы осторожнее. А вот, что нормального оружия нет — это беда.

— Ромка оказался прав — надо было гасить всех сразу, — вставляет свои пять копеек Кутнюк.

— И кому бы пришло в голову искать Геймера в виде гигантского краба? — не выдерживаю я. — О таком не пишут в учебниках по философии, Анна.

Она не отвечает, явно задетая. Ни Тим, ни Романыч не вступаются за неё. То-то же.

Нам пора двигаться дальше, пока жажда и усталость не замедлили нас. Хотя мы знаем, чем безопасно утолять жажду и пополнять здоровье.

Что осталось в резерве? По две «Реконструкции», «Языкового» и «Поиска локаций» (минус одна активация на очереди). По сути, ничего хорошего. И три «Вероятные жизни» — ума не приложу, как они помогут справиться с Геймерами. Но потом меня осеняет — Вариации предназначены не для прохождения боссов локаций. Они для выхода из игры.

Я делюсь соображениями с командой. У нас три спасательных жилета на семерых. На тот случай, если лодка пойдёт ко дну.

— Давай не будем топить нас раньше времени, — советует Леся.

— Вэл прав, — наконец, становится на мою сторону Романыч. — Перед новой локацией нам надо выработать стратегию для разных сценариев.

— Но мы даже не знаем, что там будет, — разводит руками Настя.

— Я пытаюсь донести, — спокойно объясняет Романыч, — что в случае проблем нам нельзя паниковать. Мы не должны устраивать бег толпой вокруг трёх стульев, как на тупорылых свадьбах.

— И что ты предлагаешь? — спрашивает Леся.

— Решить, у кого приоритетное право. Тянуть жребий. Прямо сейчас.

Все молчат, не в силах оспорить холодную железную логику. Если дамы ожидают от Романыча джентльменского самопожертвования, то они плохо знают Романыча. Он уже копается в растительности в поиске веточек.

— Итак, три длинных и четыре коротких, — говорит Романыч, закончив приготовления. — Начинайте.

Все стоят истуканами.

— Ладно, давайте я, — говорит Тим и вытаскивает короткую веточку. Крутит её в пальцах и суёт в зубы. — Дерьмецо. Ну ладно.

Второй неожиданно тянет Леся. Резко, нервно. И тут же расслабляется — веточка длинная. Я слышу выдох облегчения.

Следом везёт и Кутнюк. Экс-Монашка готова сплясать шаманский танец с конспектом, но вовремя осекает себя.

Остался единственный шанс для четверых. Катя вытягивает пустой лотерейный билет. Реагирует стоически и не роняет ни звука.

— Кто следующий? — спрашивает Романыч.

Мы с Настей переглядываемся, и я жестом уступаю ей. Дамы вперёд. Она тащит длинную веточку.