Чтение онлайн

Теперь же все изменилось.

– Могли ли все четверо быть как-то связаны с лейрами и при этом ими не являться? – неожиданно даже для самого себя задал я вопрос.

– Очень даже могли, – ответила Тассия. – Скажу даже более: после уничтожения Адис Лейр, выжившим прелатам только и оставалось доверить тайны Ордена нормалам.

Я взглянул на нее.

– Предполагал ли о чем-то подобном Мекет? – Почему-то ответ на этот вопрос казался мне особенно важным. Но теперь шаманка уже не торопилась его давать.

– Мне нелегко об этом судить, – признала она, чуть удивленная моим интересом. – Если он и предполагал, то прекрасно скрывал свои мысли. Но причем здесь Мекет?

Я ответил:

– Как нетрудно догадаться, прелатами Аргус заинтересовался сравнительно недавно. Примерно тогда же, когда узнал о моем существовании. Что, если и убивал хранителей он в тот же период времени? На ум сразу приходят только два кандидата, от которых он избавился, удостоив особым вниманием. – Я вдохнул поглубже и высказал мысли вслух: – Тарс Сивер и Желтый Малыш.

Я ждал, что шаманка поднимет меня на смех, назовет сумасбродом или еще как-то похуже, однако она молчала. Трудно сказать, было ли удивление тому причиной, или что-то еще, я все же не смог отказать себе в маленьком удовольствии насладиться моментом и высказаться до конца.

– Если задуматься, нетрудно разглядеть связь этих двоих с Тулпаром, а если еще ввести в уравнение события последних часов, становится понятным, кого Аргус выбрал своей следующей целью…

Тассия, кажется, несколько напряглась, а после выдала имя, что сияло в моей голове неоновой вывеской:

– Д’юма.

– Надо найти Мекета! – я резко вскочил с места и бросился в сторону выхода.

Забыл обо всем. О наморднике, без которого в ветреную погоду по Глоссу лучше не бегать, о бластере, оставленном на кровати, и о том, что понятия не имею, в какую именно дыру братец решил увести Д’юму. Черт, да я даже связаться с ним забыл. А опомнился лишь тогда, когда уже несся на всех парах в сторону забегаловки старого Мар’хи. Тени подтолкнули, не иначе.

Выхватив из-за пояса комлинк, я на ходу кое-как вбил нужный код и принялся ждать ответного сигнала. Соединение длилось мучительно долго и за это время я успел обогнать группу подростков, оседлавших старый едва-тащившийся мотоспидер. Они проулюлюкали что-то в ответ, но я был слишком занят, чтобы реагировать.

Вдруг из динамика послышался хриплый голос брата:

– Чего тебе?

– Где вы? У Мар’хи? Мне надо тебе кое-что сказать! Это срочно!

Мне показалось, будто на заднем плане шла какая-то потасовка или что-то типа того, но громкий гул ветра не оставлял возможности прислушаться. Брат прорычал:

– Не сейчас, Мозголом!

– Нет, сейчас! Это важно! Не отпускай пока Д’юму. Он нужен!

Повисла коротка пауза, после которой Мекет сказал:

– Это будет непросто. – И отключился.

Выругавшись, я поднажал.

Мелкие торговые лавки и песчаные домишки проносились мимо, едва узнанные. Безликие прохожие, попадавшиеся на пути, смотрели на меня, точно на безумца, и дорогу уступать не торопились. Особо неповоротливых пришлось расталкивать, из-за чего выяснил о себе множество нелестных деталей. Кто-то даже попытался перехватить меня встречным кулаком, да только я вовремя уклонился, из-за чего незнакомец потерял равновесие и рухнул лицом в пыль.

– Извините! – не глядя бросил я и понесся дальше. До таверны Мар’хи оставался еще один крошечный перекресток. Набрав в легкие побольше воздуху, я настроился на последний отчаянный рывок и… будто в прозрачную стену впечатался, застыл на месте, уставившись на раскуроченные двери самой знаменитой забегаловки в Глоссе.

Мертвая тишина висела над кварталом. Ни полиции, ни зевак, ни просто прохожих. Все будто затаились. На моей памяти так тихо здесь еще не было. Я бы мог сказать, что нехорошее предчувствие кольнуло меня в бок, но это стало бы ложью. Мощным хуком справа оно врезалось в мое солнечное сплетение и заставило выпустить весь воздух из легких. Обугленная дыра в двери и тонкая струйка дыма, сочащаяся из нее, красноречиво говорили о том, что нечто жуткое случилось здесь совсем недавно. Нервно передернув плечами, я опустил ладонь на кобуру и, осознав, что не взял с собой оружие, холодея, прошел внутрь.

Чувство уже виденного ворвалось в мой взбудораженный разум, стоило только переступить порог.

Старая добрая таверна Толиуса Мар’хи, в которой я и Мекет имели честь общаться с самыми гнилостными отбросами Галактики, в этот раз мало походила на себя саму. Атмосфера безысходности здесь царила и прежде, но никогда еще интерьер не дополняли детали в виде мертвых тел, разбросанных то там, то тут. Перевернутая мебель, битая посуда, лужи алкоголя и кровь. Очень много крови.

Сердце пропустило удар. И еще один. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов и приказать себе успокоиться. Это не он. Это не может быть он. Не здесь. Не сейчас. Во всяком случае, я очень на это надеялся.

Закрыв глаза, я, ведомый наставлениями шаманки, прислушался к темным завихрениям, словно сжиженный газ, наполнявшим таверну. Откликаясь на эти завихрения, Тень перешла в возбужденное состояние и, как истинный, пусть и эфемерный, зверь, начала принюхиваться к окружению, выискивая знакомые нотки.

Однако ни намека на присутствие Аргуса. Зато имелось кое-что другое…

Аккуратно пробираясь от входа к центру, я обнаружил, что большинство ран, полученных жертвами безумца, напоминали укусы взбесившегося животного. Или даже нескольких. Диких, кровожадных и без малейшего намека на жалость…

Со стороны барной стойки что-то вдруг громко звякнуло.

В тишине, наполненной лишь негромким потрескиванием тех ламп, что способны были еще давать хоть какой-то свет, звук показался мне выстрелом. Раньше, чем успел осознать, что это было, я резко развернулся на шум и снова прошелся рукой по пустой кобуре.

«Мне конец!», пронеслось в голове.

Однако никто не спешил меня убивать, зато звук повторился. И сопровождался он непонятными стенаниями. Там был кто-то живой!

Не раздумывая, я кинулся к стойке, перемахнув через которую, увидел хозяина заведения, карабкавшегося по останкам того, что раньше было алкогольным запасом. Стремился он в сторону выхода.

– Господи, Толиус! – Подбежав к нему, я попробовал помочь старику подняться, но тот протяжно взвыл от боли, заставив оставить его, как есть.

Узнав меня, Мар’хи сипло воскликнул:

– Малец! Зря ты сюда заявился. – Мект говорил с придыханием, периодически отхаркивая кровь. Правой ладонью он закрывал рваную рану у себя в боку и, пуская волны по серебристым усам-чешуйкам, казалось, накапливал остатки сил для чего-то.

Понимая, что жить он будет недолго, если не привести помощь, я резко выпрямился: