Чтение онлайн

Маша помогла Елене вымыться, та немного стала приходить в себя. Маша принесла в ванну аптечку и стала обрабатывать раны.

– Ты такая милая, – сказала Елена, – но почему-то мне кажется, что мы с тобой по одной дорожке шли. Ты же из наших?

Маша равнодушно продолжила промокать рану. Елена зло рассмеялась.

– Глебу везёт, мать – жрица любви, девушка тоже. А всегда морду от меня воротил.

Маша сильно нажала на рану, Елена вскрикнула.

– Или ты за деньги с ним стонала наверху?

Маша отбросила примочку.

– За выпивку. Если тебя это интересует, с твоим сыном мы – давние любовники. А моё прошлое тебя не касается, твоей невесткой мне не быть. Вижу, тебе стало лучше? Дальше сама. Глеб как раз сейчас разобрался с ментами, и мы, пожалуй, вернёмся в нашу постель.

Маша вышла из ванной. Глеб был на кухне, пил виски и курил. Маша отобрала у него сигарету, затянулась и вернула обратно. Она намочила полотенце, достала из холодильника лёд и приложила Глебу к лицу.

– Мне тоже плесни виски. Ну и гадкая у тебя мамаша.

– Ничего не говори, я и так знаю.

– Хорошо, что я была с тобой в этот момент, а не другая – с тонкой душевной организацией. Меня то сложно чем-то удивить, – говорила Маша, обрабатывая рану.

– Моя мамаша смогла бы и тебя удивить. Я у неё не так давно роды принимал, вернее выкинула она мёртвый плод, а я оказался рядом, пришлось, сука, помогать.

Маша опустила примочку, хлебнула из стакана и снова отобрала сигарету.

– Как ты ещё не сдвинулся? Тут можно после такого и пидором стать.

Глеб закашлялся.

– Нет уж, уволь. К этому меня ничто не приведёт.

– Ну, с другой стороны, хоть деньги есть. У меня вот ни мамаши, ни денег, ни жилья. Ладно, вроде кровь остановили, жить будешь, бери бутылку, пошли в кроватку, я тебя пожалею и все твои синяки заглажу.

– Спасибо тебе за всё, – прошептал Глеб и привлёк к себе, запустив руки ей под халат, кушак развязался и вот он уже ласкает полностью обнажённую Машу.

За спиной опять раздался кашель. Как привидение в белом халате на кухню приползла Елена, чтобы выпить.

– Ребята, вы опять тут? Вам второго этажа мало? Там хоть затрахайтесь. Между прочим, из-за вас всё. Возбудили, пошла искать приключения.

– И нашла, на свою задницу. Маша, пойдём.

Проснулись они поздно, Елены в доме уже не было. Глеб запер ворота дома изнутри, чтобы никто к ним не смел являться, и наконец смог расслабиться со своей подругой.

А через несколько дней, когда Глеб вышел из спортзала и сев в машину, собираясь ехать домой, ему позвонил незнакомый номер.

– Волкова Елена Витальевна, кем вам приходится?

Этого еще ему вечером не хватало, что там она опять натворила?

– Мать моя.

– Дала ваш телефон для связи. Она в отделении полиции, нетрезвая, устроила драку в ресторане.

– А я тут причем? Пусть посидит, протрезвеет.

– Штраф привози, а то ей тут несладко придется. В таком платье, да с бомжами.

Полицейский назвал адрес и повесил трубку. Глеб нервно закурил, придётся ехать, хотя лучше бы ей там остаться, было бы неплохим уроком. И чего она не валит в свою Америку? Устроила тут цирк Шапито.

– Значит мамаша твоя? – спросил дежурный, посмотрев водительские права, других документов у Глеба с собой не было. – Хорошая у тебя мамаша. Была на корпоративе, напилась, и женщину побила, не поделили мужика. Вот заявление от потерпевшей.

– От меня чего надо?

– В отдельную камеру её отселили, а то платье порвано в интересных местах, жалко дамочку стало в общую сажать. Там с ней наш сотрудник сейчас работает.

Полицейский двусмысленно хмыкнул, и Глеб мгновенно всё понял. Надо было не приезжать, ехал бы себе спокойно домой, и пусть она делает чего хочет. Опять стало противно до тошноты. Но надо взять себя в руки и напустить равнодушный вид.

В кабинет вошел еще один полицейский, поправляя брюки.

– А это кто? – спросил он, кивнув на Глеба.

– А это по душу нашей дамочки.

– Любовник что ли?

– Да нет, сыночек.

– Да ладно! Ещё и сыночек взрослый есть? Это ж во сколько она тебя родила?

– Какое отношение это имеет к данному делу? – с вызовом спросил Глеб.

– Ладно, ты поговори с молодым человеком, я тоже к ней схожу, допрошу как следует, – сказал, поднимаясь, первый полицейский.

Только что вошедший плюхнулся на его место и развалившись на стуле, закурил. Глеб тоже, не спрашивая разрешения, прикурил сигарету.

– Ну так чего меня вызывали? Вы и без меня тут прекрасно с ней справлялись.

– А ты не дерзи, а то посажу подумать.

– Основание?

– Был бы человек – статья найдется. Чего у тебя бровь залеплена? Тоже любитель подраться?

– Ты мне, сержант, угрожать то перестань. Мне твои угрозы, что козе баян.

За стеной послышались стоны.

– О, мамашка твоя, отжигает. В порнухе снимается, да? Видели, знаем. А ты чем занимаешься?

– Мы не по моему делу, кажется, тут собрались.

– Чего хамишь?

– Слушай, вы расслабились, развлеклись, сейчас ещё и заработаете, чего ещё нужно? Давай, выпускай дамочку, ей домой пора, супруг заждался.

– Так она ещё и замужем? Папаша твой?

– Считай, что я – сирота.

Глеб взял со стола бумажную папку, вложил туда сумму денег и пододвинул полицейскому.

Полицейский стукнул в стену и крикнул своему напарнику:

– Ты там всё? Пора на выход. Иди, – обратился он к Глебу, – забирай мамашу.

Лена лежала на скамье совсем в непотребном виде. Ноги в кровоподтёках раскинуты в стороны, платье разорвано до пояса и грудь вываливается, на лице подтёки туши и кровавые царапины, волосы выпали из прически и растрепались. Глеб стянул остатки платья на груди, и похлопал её по щекам, чтобы она очнулась, но она только что-то промычала в ответ, и раскинула ноги шире, видимо, думая, что ею снова опять воспользуются.

– Вода есть? – спросил Глеб у полицейских.

Жёстко протерев ей лицо водой, он приподнял её, усадив. Лена открыла глаза, и пьяно посмотрела на него.

– Ой, Глеб, как ты здесь?

– Домой поехали. До машины дойдёшь?

– Эй, парень, ты за рулём? Ты хоть трезвый? – спросил сержант.

– Удивительно, но ещё трезвый. Довезу и напьюсь. Она в одном платье? Пальто где?

– Так привезли. Прямая доставка из ресторана.

Второй туфли тоже нигде не было, а на оставшейся был сломан каблук. Конечно, на улице ноябрь, но в таком состоянии холод она не почувствует. Глеб закинул руку Елены себе на плечо и рывком поднял её. Она, в одной туфле, волоча за собой оторванный подол, поплелась, опираясь на него. Полицейские провожали их смешками и взглядами. Лена споткнулась о порог, запуталась в оторванном подоле и упала. Глеб выругался.