Чтение онлайн

— Тогда я доволен, — произнёс император. — Поручаю тебе вознаградить генерала армий Чжи соответственно его вкладу в победу.

— Я прослежу за этим, великий Сын Неба, — вновь поклонился я.

Надо соблюдать протокол — на нас смотрят высшие функционеры императорской администрации. Для окружающих всё должно выглядеть так, будто высшая власть у Реншу, а мы, ничтожные юся, лишь прислуживаем ему.

По сути, мы не стали ничего менять в балансе сил дворца: на троне сидит мало на что влияющий император, а за его спиной стоит очередной байгуй…

Кто-то из новых чиновников прекрасно всё понимает, но никто не посмеет сказать и слова — это будут опасные слова в опасные времена. Но если нас не станет, то кто-то обязательно захочет завладеть влиянием на императора, чтобы решать так какие-то свои шкурняки.

Поэтому-то я и уделяю очень много влияния подготовке императора. Как бы мы ни ушли, домой или в могилы, к тому моменту он должен представлять собой фигуру, способную держать власть.

А единственный способ стать фигурой — следовать по Пути практика. Он избрал, под впечатлением от меня, путь закалки тела, в чём делает успехи — дальше будет больше.

— Следующий вопрос, — кивнул император.

— Он касается налоговой системы, — ответил я. — Внедрение нового механизма сбора налогов идёт не без затруднений — возможно, нам потребуется силовое воздействие на некоторых цеховиков.

— Так в чём вопрос? — удивился Реншу.

— Сто дней без телесных наказаний, — напомнил я.

— Ах, да… — вспомнил Реншу. — Тогда ждите отмеренный срок — моя воля непререкаема. Зафиксируйте каждого нарушителя и воздайте ему, когда придёт время, но троекратно.

— Слушаюсь, великий Сын Неба, — отбил я поклон в пояс.

— Я устал, — сказал император. — Менее важные вопросы требую в письменной форме, в мой кабинет.

Ему тоже не в кайф собирать кучу народу в Зале Сокровенного Закона, уже восстановленном в прежнем виде, поэтому он желает провести реформу делопроизводства, ведущую к тому, что ему не нужно будет больше отрываться от тренировок и образования, а все вопросы можно будет решать письменно.

Да и высшие чиновники — это занятые люди, которые могут в это время сделать что-то полезное, а не стоять в тронном зале с почтительным видом.

Кланяемся вставшему императору, как положено, на коленях, троекратно.

В целом, я поддерживаю его желание сократить формализм до необходимого минимума.

Раньше, тысячи лет до этого, он вполне прокатывал, потому что время шло медленнее, плотность событий была кратно ниже, а государство лезло в дела простых людей существенно меньше.

Сейчас же, за последние лет двести, всё начало ускоряться, потому что прогресс полез в дела Поднебесной и ныне диктует свои требования, поэтому нужно либо ускоряться, либо всё пойдёт по худшему из возможных сценарию.

«Помнится, была какая-то игра…» — попытался я припомнить. — «Название… А, уже забыл. Но помню точно, что там было шесть хороших концовок и двадцать с лишним плохих. То есть, чисто по статистике, наткнуться на плохую концовку было вероятнее, чем на хорошую».

У нас дела обстоят гораздо хуже: «хорошая концовка» только одна, а всё остальное — это «плохие концовки» разной степени тяжести.

Нельзя бросать Поднебесную на мало что понимающего императора, поэтому мало просто убить Моргану, что тоже, само по себе, проблема проблем.

Реншу покидает зал и я поднимаюсь на ноги.

— Хэ Яньсюн, — обратился я к министру экономики и демографии. — Данные по приросту демографии следует передать мудрейшему Сыну Неба в письменной форме. Также ему потребуется небольшая справка с анализом тенденций.

— Слушаюсь, великий канцлер, — поклонился вставший на ноги Яньсюн.

Парень взлетел так высоко, что его папаша уже примчал в столицу и изо всех сил гордится им. Он хочет должности, привилегии, деньги, но Яньсюн дал ему понять, вполне прозрачно, что он является главным врагом кумовства и просто родственных связей для протекции и поддержки теперь недостаточно.

Его младшие братья, на общих основаниях, сдали экзамены и поступили на службу в министерство экономики, на низовые должности, что считается вполне допустимым, хотя он сам считает, что нужно ужесточать правила и не позволять родственникам оккупировать министерства и ведомства.

Из-за этого, его младшие братья, Хэ Ву и Хэ Яньюн, были переведены в разные министерства, на эквивалентные их рангу должности.

— Возвращайтесь к работе, — сказал я остальным чиновникам. — Уверен, что с каждым разом мы будем встречаться так всё реже и реже — в связи с этим рекомендую задуматься о регламенте ведомственных и межведомственных совещаний. Хуан Нио — поручаю это тебе.

Хуан Нио — бывший заместитель Хэ Яньсюна и бывший руководитель демографического отдела, ныне занимает должность ли-бу, то есть, министр кадров и государственной службы.

Он отвечает за учёт и распределение кадрового резерва, проведение и регламент экзаменов по девятиранговой системе, школы по подготовке специалистов государственной службы, а также, временно, заведует организацией заседаний правительства.

Это небольшой факап — у нас нет министерства ритуалов, которое мы ликвидировали, потому что эти функции отлично выполняются и без него, но оказалось, что в ведении минрита была организация заседаний.

Мы временно передали это минкадру, но скоро найдём кадры и учредим какой-нибудь ритуальный отдел, как заплатку — просто послать нахуй всю эту ритуалистику нельзя, потому что всё посыплется.

Гораздо удобнее было бы снести всё нахуй и построить администрацию так, как это видит Гизлан — у неё в Марокко был современный нам государственный аппарат, который, несмотря на высокий уровень коррупции, всяко эффективнее, чем предыдущая императорская администрация, у которой коррупция была государствообразующим фактором.

Но мы не стали всё сносить, несмотря на острое желание, потому что легитимность, высокие риски, неустойчивость власти и прочие отговорки. Сейчас я понимаю, что надо было сносить и срывать фундамент, чтобы все, постепенно, забыли этот кошмар, но теперь уже поздно — теперь нужно как-то реформировать эту неказистую систему во что-то удобоваримое и относительно эффективное…

*1684-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, императорский квартал, Дворец Тёплого Лета*