Чтение онлайн

Мне запомнились и понравились действия Рязанова во время форсирования Днепра на 2-м Украинском фронте. Это было в районе Переволочной.

7-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника Михаила Степановича Шумилова переправилась на ту сторону и зацепилась за берег, но, фигурально выражаясь, голова и туловище армии были уже на берегу, а ноги оставались в воде.

Гитлеровцы яростно старались столкнуть Шумилова с этого маленького плацдарма. В один из дней положение настолько обострилось, что он позвонил мне и сказал: «Дальше держаться, очевидно, не смогу. Прошу разрешения уйти с плацдарма». Тогда я сам вылетел в этот район на У-2 и добрался до командного пункта Шумилова. Находился он буквально у самой воды, прямо напротив плацдарма.

Здесь же, на наблюдательном пункте, присутствовали два командира авиационных корпусов: штурмового — Рязанов и истребительного — Подгорный. Неприятельская авиация непрерывно и ожесточенно била по плацдарму, и по наблюдательному пункту Шумилова, и по переправам, и по тылам. Положение, действительно, сложилось крайне трудное, хотя Шумилов в обороне был мастер: если зацепился — значит, все, не уйдет. (Кстати, чтобы не получилось одностороннего мнения, Шумилов такой же мастер и в наступлении). Но уже одно то, что он запросил разрешения уйти с плацдарма, свидетельствовало: жали на него очень крепко.

Немецкие самолеты шли волна за волной, причем летали почти без наказания. А наши истребители вели себя довольно пассивно, да и было их слишком мало. Я поначалу сказал пару нелестных слов командиру истребительного корпуса, по дело от этого не улучшилось. А если и улучшилось, то в слишком малой степени. Через некоторое время прилетела большая группа «фокке-вульфов» и начала бесчинствовать над переправой, расстреливая все живое.

Как раз в этот момент штурмовики, отбомбившись, возвращались на свой аэродром. Рязанов находился рядом со мной. Я не выдержал и сказал ему:

— Рязанов! Нельзя допустить, чтобы «фокке-вульфы» господствовали над полем боя. Поверните свои штурмовики. Разгоните их!

И Рязанов, не колеблясь, отдал приказание своим штурмовикам. Этот маневр для врага был полон неожиданности. Штурмовики всей девяткой вступили в бой, сбили не то три, не то четыре «фокке-вульфа», а остальных разогнали».

Перед войсками Степного фронта была поставлена задача развивать наступление в направлении Днепра и захватить переправы в районах Успенское, Куцеволовка, Мишурин Рог. Ставка усилила фронт тремя армиями — 37-й, 5-й гвардейской и 46-й, которыми командовали генерал-лейтенанты М. Н. Шарохин, А. С. Жадов и В. В. Глаголев. 46-я армия развивала наступление в направлении на Почино-Софиевку, Чаплинку с целью овладения переправами в районе Аулы, Днепродзержинск, Тритузная. 37-я армия в составе семи стрелковых дивизий, находясь во втором эшелоне, должна была форсировать Днепр на участке Успенское, Куцеволовка, Мишурин Рог. 7-я гвардейская наступала в направлении Старого Орлика, а левее выходила к Днепру около устья Орели 57-я армия.

23 сентября 1943 года части 353-й стрелковой дивизии в составе 1145-го, 1147-го и 1149-го стрелковых и 902-го артиллерийского полков 46-й армии освободили райцентр Магдалиновку. А на следующий день фашисты были изгнаны и из Царичанки. Здесь отличились войска 14-й ордена Ленина, ордена Кутузова Краснознаменной стрелковой дивизии имени Яна Фабрициуса и 143-го стрелкового полка 71-й стрелковой дивизии. В боях за райцентр пали 176 советских солдат и офицеров, среди которых были представители разных национальностей. Первым вступил в село стрелковый батальон под командованием капитана А. Гурова. В ряды освободителей влилось много местных жителей, которые затем принимали участие в битве за Днепр.

С каждым днем обстановка для немецко-фашистских войск все более усложнялась. В направлении Павлограда и Синельниково наступала 12-я армия генерала А. И. Данилова. Преодолевая сопротивление противника, выбивая его из отдельных опорных пунктов, дивизии и полки продвигались вперед. Им оказывали помощь саперы, разминировали дороги, здания, проделывали проходы в минных полях и заграждениях. В 60-й гвардейской дивизии генерал-майора Д. П. Монахова этим мастерством славились сержант Гуров и рядовой Соломатин. Под сильным огнем противника, на подступах к Павлограду, они сняли 80 вражеских мин. Саперы 269-го армейского инженерного батальона только за один день обезвредили свыше 2100 мин.

В качестве передового отряда 3-й армии действовала 135-я танковая бригада подполковника М. З. Безнощенко, о которой уже упоминалось. Комбриг установил, что вражеский аэродром, с которого поднимались в воздух бомбардировщики Ю-88, недалеко, и определил направление. Однако горючее у танкистов было на исходе: они прошли с боями в этот день уже более 100 километров. Но аэродром любой ценой нужно было захватить и парализовать действия вражеской авиации. Безнощенко приказал слить остатки горючего в три танка. Через несколько минут танковый взвод уже стремительно двигался вперед. С ним на своей машине шел и подполковник Безнощенко. Всего сорок минут понадобилось храбрецам, чтобы захватить аэродром и уничтожить на нем более 80 самолетов. Подполковник Безнощенко и его танкисты были отмечены орденами за этот подвиг.

Вместе со своим 23-м танковым корпусом он прошел затем большой боевой путь, а после войны поселился в Киеве. М. З. Безнощенко не раз приезжал на Днепропетровщину, встречался с молодежью, рассказывал юношам и девушкам о первых боях на территории области, о славном командире генерал-лейтенанте Е. Г. Пушкине.

В 1983 году, когда трудящиеся области отмечали 40-летие освобождения Днепропетровщины от немецко-фашистских захватчиков, в Днепропетровске побывали многие ветераны 23-го танкового корпуса. Среди них — личный водитель генерала Пушкина, приехавший из Луцка, М. В. Сергеев, связист — ленинградец А. М. Воробьев, командир батальона из Ворошиловграда В. Ф. Небесный, командир танка из Челябинска А. И. Никулин, медицинский работник из Львова С. Е. Клитина. Боевые побратимы вспоминали былые бои и походы, которые пролегли от западной границы нашей Родины до Сталинграда и обратно до Днепра и Вены. Ветераны встретились с юными днепропетровцами.

Успешное продвижение на запад частей 23-го танкового и 1-го механизированного корпусов, а также выход их передовых отрядов в районы Синельниково и Павлограда создали угрозу противнику и приблизились на расстоянии 40–50 километров к Днепру. Командующий группой армий «Юг» Манштейн, убедившись, что «подвижная оборона» не оправдала его надежд, приказал 15 сентября начать отвод всех армий группы за Днепр.

А бои продолжались с не меньшим накалом и ожесточением. В бешеной злобе гитлеровцы цеплялись за каждый метр нашей земли, особенно под Павлоградом. Не хотели сдавать город. О накале этих боев и о своих товарищах по оружию уже после войны вспоминал дважды Герой Советского Союза генерал-майор запаса А. П. Шилин в книге «В большом наступлении». В ту пору он служил в 60-й гвардейской стрелковой дивизии.

«После окончания Томского артиллерийского училища Алексей Ластовка вновь на фронте, но не наводчик, а командир взвода управления 6-й батареи 132-го гвардейского артполка 60-й дивизии. Шли жестокие бои за освобождение Украины. Гвардии лейтенант Ластовка со своим взводом наступал в первом эшелоне. На подступах к Павлограду враг закрепился на высотах. Шквальный огонь его пулеметов, орудий, танков приостановил наше продвижение. Смельчаки залегли. Гвардии лейтенант Ластовка, быстро определив координаты огневых точек противника, стал расстреливать их метким огнем своей батареи. А потом раздался голос командира: «Вперед, гвардейцы, за нашу родную Украину!» Алексей Ластовка сам ринулся на врага, увлекая за собой бойцов. Воины захватили важную высоту, расчистив путь наступающим. В этом бою гвардии лейтенант Ластовка пал смертью храбрых. Он погиб как герой, освобождая родную землю. В боях за Украину отдали свои молодые жизни и его боевые друзья — сибиряки лейтенанты Юрий Шубин из Новосибирска и Григорий Плотников из Ленинск-Кузнецка».

Да и сам А. П. Шилин геройски сражался на украинской земле. Под Павлоградом он огнем своих орудий подбил два танка, форсировал Днепр вместе с разведчиками и радистами, а затем отражал атаки гитлеровцев. Когда фашисты окружили его наблюдательный пункт, лейтенант Шилин вызвал огонь батарей на себя. Артиллерийский налет отбросил немцев от берега. Плацдарм был спасен героическим мужеством. Командир полка приказал отыскать тело Шилина. Из-под обломков здания с трудом вытащили лейтенанта и с радостью обнаружили, что он жив, но потерял сознание. Выздоровевший Афанасий Шилин снова встал в строй. Золотая Звезда Героя Советского Союза украсила его грудь. В конце войны он был удостоен этого высокого звания во второй раз.