Чтение онлайн

Жилистый Манипулятор осветился почти блаженной улыбкой и облизнул губы. Барандас покачал головой и вздохнул.

«Пора с этим покончить».

На их осторожный стук в дверь ответа не последовало, поэтому Гармонд надавил плечом и буквально сорвал ее с петель. Огромный воин вошел в святилище старого храма, держа перед собой дверь как щит. Арбалетные стрелы вонзались в дерево и отскакивали от его доспехов, но ни одна из них не достигла плоти. Гармонд с ревом швырнул дверь в группку мятежников, заставив их разбежаться в разные стороны.

Один из бунтарей, проявив, в отличие от остальных, выдержку, хладнокровно прицелился в голову Барандаса. Внезапно между ними будто пронеслось какое-то расплывшееся пятно, и тот человек в недоумении опустил взгляд на кинжал, торчащий из его шеи. Его арбалет отскочил от пола, а сам он рухнул на колени, схватившись за горло пальцами, между которыми лилась кровь. Ветроног ухмыльнулся и достал другой кинжал.

К Барандасу бежали двое, сжимая в руках мечи. Верховный Манипулятор парировал удар одного из них, а затем, сменив хватку, сделал выпад назад и пронзил третьего, который попытался подкрасться к нему сзади.

Сбоку появился Турбал с зубчатым ятаганом, поднятым в защитной позиции. Мятежник, атаковавший Барандаса, обрушил на седого Манипулятора удар по диагонали вниз, но тот, как бы походя, парировал его своим светящимся оружием. Раздался скрежет, и от меча мятежника осталась только нижняя половина.

Воспользовавшись смятением противника, Турбал взмахнул ятаганом в сторону его шеи. Удар был небрежным, почти лишенным силы, и тем не менее ятаган рассек и плоть, и позвоночник так же легко, как сталь. Жутко поболтавшись секунду, голова свалилась на пол. Тело, продолжая фонтанировать кровью на разбитый пол храма, рухнуло рядом.

Ветроног подскочил к арбалетчику, притаившемуся в нефе, и теперь они сражались врукопашную, кинжал против кинжала. Слишком поздно Барандас заметил, что другой человек целится в него из-за колонны. Арбалет щелкнул. Время застыло.

Стрела отскочила от лезвия его меча и затем срикошетила от стены, никому не причинив вреда.

Верховный Манипулятор посвятил бессчетные часы изучению текстов об искусстве ближнего боя, прочтя все, что только можно было найти в городе. Он регулярно проводил вечера напролет, тренируясь в фехтовании и выполняя стандартный комплекс упражнений так утомляюще четко и правильно, что большинство от этого просто спятило бы. Это обошлось ему очень дорого, но Барандас достиг своего нынешнего положения отнюдь не благодаря удаче. Он шагнул навстречу атаковавшему его мятежнику. Щелкнул арбалет, и снова его меч, оказавшись на месте, отклонил стрелу. Прыгнув вперед, он перекувырнулся и вскочил на ноги прямо перед колонной. Отбросив арбалет, мятежник схватил булаву, висевшую на поясе, но выронил ее.

Барандас обождал, пока он поднимет оружие с пола. Это не повлияет на исход схватки.

Последовал быстрый обмен ударами, и мятежник медленно осел, скользя спиной по колонне, кровь из пробитого сердца лилась по груди и собиралась в лужу вокруг его неподвижных ног. Это дало Барандасу передышку.

Воздух огласился боевыми кличами, и внезапно появились двое здоровенных мужчин, один из которых орудовал топором, а другой — деревянной дубиной, утыканной железными шипами. Гармонд, с рукавиц которого капала кровь, тут же бросился вперед с ревом:

— Они мои!

Два брата-мятежника — близнецы, как понял Барандас, — принялись осторожно кружить вокруг него. Тот, что с дубиной, нанес Гармонду могучий удар, который сплющил бы любого другого человека, но Гармонд Черный, подняв руку, отразил удар своим латным наручем. В тот же миг второй брат рывком извлек из-под плаща заряженный арбалет и выстрелил. Стрела попала в цель, ударив в стальной латный воротник, окружающий шею Манипулятора. Она должна была прорвать его и как минимум повредить дыхательное горло Гармонда, но заколдованный металл выдержал, и стрела отлетела в сторону.

С невероятной для человека его размеров скоростью Гармонд рванулся вперед и нанес короткий боковой удар правой чуть не убившему его мятежнику, который бросил арбалет. Тот увернулся, избежав прямого контакта, но рука в железной перчатке все же достала его скользящим ударом, и он отлетел в сторону.

Неожиданно Гармонд запнулся и опустился на колено. Второй брат попытался напасть на него сзади. Он казался очень крупным по любым обычным меркам, но Гармонда Черного нельзя было сравнить ни с кем. Схватив мятежника у себя за спиной, Манипулятор потащил его одной рукой по земле вперед и, всадив пальцы другой руки ему в глаза, надавил с чудовищной силой. Раздались дикие вопли несчастной жертвы, и из-под пальцев Гармонда, которые погружались все глубже, хлынули ручейки крови.

Тут по шлему Манипулятора сзади внезапно ударил топор с такой силой, что голова его сильно дернулась вперед. Барандас подумал, что Гармонду серьезно досталось, но гиганту удалось подняться на ноги как раз вовремя, чтобы поймать топор, наносящий повторный удар, в открытые рукавицы. Кровь закапала из его рук в тех местах, где топор оставил свою метку.

Но Гармонд не обратил на это никакого внимания. Из-под его рогатого шлема раздался дикий рык, он вырвал у мятежника топор и отшвырнул его в сторону. Рука близнеца отчаянно рванулась к поясу за другим оружием, но времени не хватило. Исполин-Манипулятор раздробил его скулы, затем — челюсть и, в заключение, с отвратительным треском вскрыл череп.

— Довольно, — скомандовал Барандас. Гармонд выпустил труп, и тот упал на пол. Второй близнец дернулся рядом и замер.

Оценивая положение, Барандас увидел, что Ветроног одолел бунтовщика, с которым сражался. Повсюду валялись трупы. Он насчитал восемь.

— У нас есть их предводитель? — спросил он.

— Здесь, командир! — крикнул Турбал.

Барандас подошел к затененной нише, где поджидал его коллега-Манипулятор, и уставился на жуткое зрелище на полу.

— Что это значит? — спросил он.

Турбал надменно пожал плечами:

— Я подумал, что он может попытаться удрать, поэтому отрубил ему ноги. Затем он пытался навести на меня арбалет, и я отрубил ему руки.

Подергивающееся кровавое месиво у его ног тихо стонало. При том, сколько крови потерял предводитель мятежников, просто чудо, что он был еще жив. Он пытался что-то сказать, с его губ на двойной подбородок стекала красная пена.

— Я не могу тебя понять, — сказал Барандас. Наклонившись, он приблизил ухо ко рту бунтовщика.

— Кто… — тихо прохрипел тот. — Кто нас предал?

Барандас покачал головой.

— Сейчас это неважно. Я сожалею о том, что этот человек сделал с тобой, но тебе известна цена измены. А теперь обрети покой. — С этими словами он приставил острие своего меча к пухлой шее мятежника и перерезал ему горло.

Верховный Манипулятор пристально посмотрел на Турбала.

— У нас с тобой будет серьезный разговор. Твое поведение недопустимо. — Внезапно он нахмурился, услышав слабое тиканье. Он вопросительно поднял бровь, но угрюмый седовласый коллега подчеркнуто проигнорировал его.