Чтение онлайн

— А что смешного? — спросил Коул несколько раздраженно.

Эремул замахал рукой и, сам того не желая, отправил светящийся шар в сторону Торама. Шар заплясал над лейтенантом, высветив лицо, на котором застыло выражение ужаса. Под его перерезанным горлом блестела на ковре кровь.

— Боюсь, тебя… ввели в некоторое заблуждение.

— Заблуждение? — повторил Коул.

Эремул уставился на парня и попытался собраться. «Нет, не в заблуждение тебя ввели, мальчик. Тебе солгали. Скормили кучу гнилого дерьма, которой подавился бы самый лживый магистрат. Твой отец, Иллариус Коул, герой? Твой мир разнесется вдребезги, здесь и сейчас, скажи я тебе правду».

Лицо юноши отражало глубочайшее замешательство. Несмотря ни на что, Эремул почувствовал жалость к этому молодому дурню.

— Ты обладаешь его кинжалом?

— Ты имеешь в виду Проклятие Мага? Он здесь. — Даварус похлопал по поясу под темным плащом, куда он, должно быть, убрал светящееся оружие.

Эремул вспомнил, как ощущал этот клинок у собственного горла. Как он вытянул из него всю магию и оставил бессильным, прежде чем его отвели в подземелья Обелиска, чтобы искалечить и превратить в орудие Салазара. Его захлестнула горечь обиды, и он едва не выпалил всю правду. Чуть было.

«Ты — тоже орудие, — осознал он, изучая знакомое лицо. — Бессмысленно ломать тебя, пока ты не послужишь своей цели. То есть если ты не узнаешь это от Салазара раньше».

— Так что ты подразумеваешь под заблуждением? — снова спросил юноша, на сей раз с тревогой.

Эремул покачал головой.

— Забудь. Ты совершенно прав — твой отец был одним из величайших людей, которых мне когда-либо посчастливилось встретить. Я уверен, что ты окажешься достойным его героического наследия.

Коул расплылся в счастливой улыбке, сомнение на его лице мгновенно сменилось пылкой гордостью. Эремул вздохнул. И тут его внезапно осенило.

— А не было ли тебя на корабле, который спас группу мятежников из Поросячьих Врат?

— Был. А как ты догадался?

— Брианна тоже была на борту этого судна, не так ли? — Коул кивнул. — Скажи мне, — продолжил Эремул. — Не приходилось ли тебе встречать парня по имени Айзек?

— Я его знаю. — Выражение лица юноши говорило само за себя.

— А не говорил ли он или не делал ли чего-нибудь такого, что показалось тебе… странным?

— Теперь, когда ты об этом упомянул, я тоже припоминаю, что в нем было что-то странное. Я пытался поделиться своими опасениями с остальными, но никто не захотел слушать.

«Айзек, Айзек… Что за игру ты ведешь? — Он выглянул в окно. Черное небо понемногу начинало сереть. — Сколько людей расстанутся с жизнью сегодня? Все это зависит от судьбы одного человека. Одного лорда-мага. Салазар должен умереть, или Сонливия потонет в крови».

Он перевел взгляд на Коула.

— Утро наступит через час. Армия Белой Госпожи скоро окажется у стен. Мы проберемся к Обелиску в наступившей суматохе.

— А что, если нас увидят?

— Если кто-нибудь спросит, мы скажем, что Салазар меня вызвал. По некоему важному чародейскому делу. Таинственному делу, за пределами понимания обычных людей.

— А с какими трудностями я могу встретиться, оказавшись в башне?

Эремул пожал плечами.

— Их будет меньше, чем в обычных обстоятельствах. Верховный Манипулятор занят руководством обороной города. Я подозреваю, что очень скоро его обладающие магией тяжеловесы понадобятся у ворот. От бледных служительниц Белой Госпожи не так легко отбиться силами стражи и ополченцев.

— Ты их видел? Что это за женщины?

— Наверное, лучше об этом вообще не думать. В любом случае у нас еще есть время. Я напомню тебе планировку Обелиска.

— Это было бы полезно. У меня только один вопрос, прежде чем мы начнем.

Эремул прищурился. Он подозревал, что уже знает, о чем пойдет речь.

— Да?

— Я просто думал… а что случилось с твоими ногами?

Наступил рассвет второго дня. Воздух казался густым и неподвижным, словно мир в ожидании затаил дыхание.

Сашу тошнило. Она не спала ни секунды, ее нервы были напряжены до предела, и сна — ни в одном глазу, как всегда с тех пор, когда в Поросячьих Вратах она запихнула в нос последний драгоценный порошок. Перед собой она видела огромные дыры, проделанные осадными орудиями в стенах Сонливии. Нанесенный урон был слишком велик, чтобы его успели ликвидировать за время короткой передышки, которую предоставили защитникам города боевые расчеты требушетов. Сами ворота еще держались, и это было не случайным стечением обстоятельств.

Прошлой ночью на стене находился чародей. Две баллисты были подожжены, а один из требушетов лишился рычага. Брианна пришла к заключению, что этим чародеем мог быть только Полумаг. После этого они направили обстрел в сторону от сторожевого укрепления над воротами. Очевидно, странный искалеченный маг, который помог ее маленькому отряду незаметно покинуть гавань более месяца назад, был не кем иным, как таинственным связным Коула. Это открытие не уменьшило ее опасения.

Люди генерала Золты под покровом темноты обошли холмы к северу от города. Они взяли с собой большинство неповрежденных катапульт и баллисты. Требушеты слишком велики и неповоротливы для передвижения по холмистой местности. Батальон Золты даст залп с восточной стороны, отвлекая внимание защитников города. Люди генерала д’Рака останутся в резерве, пока оборона не будет прорвана.

— Ты готова к этому, девочка?

Бродар Кейн настоял на том, чтобы находиться рядом. Саша солгала бы, притворившись, что не оценила этого жеста. Она чувствовала на себе десятки пар глаз. Это были не только наемники, чье внимание по крайней мере объяснялось тем, что само ее присутствие в армии — из ряда вон. Трехпалый с вожделением пялился при каждой возможности, словно раздевая догола своим темным, жестоким взглядом. Джерек тоже глазел, хотя от него исходила только подлинная ненависть. В этом она даже находила какое-то странное утешение.

— Я готова, — ответила девушка, крепко сжимая арбалет в левой руке. Саша прикрепила на пояс короткий меч, хотя и сомневалась, что это ей как-то поможет. Она и держать-то его как следует не умела и не собиралась влезать в рукопашную схватку, если получится.

Саше приходилось читать неправдоподобные истории о женщинах, которые, командуя армиями и рубя солдат, как дрова, никогда в жизни не поднимали меча. То были просто фантазии, бред избалованных глупцов, им не доводилось ощущать, как страшна сила мужчины, когда он придавливает тебя к земле.