Чтение онлайн

Очутившись в укрытии, Сухов проворно вскочил на ноги и стянул ящик с постамента. Над головой просвистела ещё одна пуля, а затем пистолет Апостола негромко щелкнул. Закончились патроны. Лейтенант тут же бросил ящик и выпрямился, чтобы вновь взять лидера «СД» на прицел. Вернее, теперь на мушку, ведь прицел пришел в негодность. Но Апостола в поле зрения не оказалось. Куда он спрятался, Сухов понял секундой позже. Апостол вдруг взвился ракетой из-за постамента, перепрыгнул через препятствие, выбил у Сухова из рук «Шторм» и вцепился Павлу в горло.

— Нет, лейтенант, — прорычал Апостол, сверля Сухова горящим взглядом. — Фугас ты не заберёшь!

— Не… вопрос, — прохрипел в ответ Сухов и в три отточенных движения освободился от противника.

Сначала Павел двойным ударом сверху по рукам заставил Апостола отцепиться от горла и почти одновременно коротко, но сильно ударил лбом лидера «СД» в лицо. А когда тот отшатнулся, Сухов врезал врагу ногой в пах. «Троечка» получилась уличная, некрасивая, зато эффективная. Апостол прижал одну руку к лицу, другую зажал между ног и медленно опустился на колени. На грудь лидеру «СД» закапала кровь из разбитого носа.

— Я заберу и фугас, и тебя, — сказал Сухов, снова заламывая Апостолу руки за спину и связывая их ремнём. — Чтобы не облажаться, как вчера.

— Забирай, — Апостол хлюпнул носом. — Куда пойдём?

— К воронке, — уверенно ответил Сухов. — Если отсюда можно выйти, то лишь там.

— Хочешь нырнуть в лужу? — гнусаво спросил Апостол и усмехнулся. — Многие пробовали, ничего не получилось. Почему ты решил, что это получится у тебя?

— Потому, что я всё понял! Вот только что понял! У нас всё получится, потому, что на этот раз из «петли» выйдут сразу все лишние. Все, кто осознаёт, что в «петле». И всё лишнее мы вынесем. Раньше для успеха не хватало именно этого. «Петля» давала мне подсказки, но я не слышал их и не видел или не понимал. Теперь же я всё понял.

— Ты заблуждаешься, лейтенант, — Апостол скептически скривился. — Кроме нас в ловушке наверняка много и других «лишних». Ты слишком самоуверен.

— Тем и живу, — Сухов обернулся. — Ольга, бери ящик! Ольга, ты где?

Сухов привстал и окинул взглядом помещение. Ольга лежала слева от постамента. Павел бросился к ней, уже зная, что ничем ей не поможет. На лбу у Ольги темнело вишневое пятнышко. Одна из пуль Апостола всё же нашла цель.

— Скотина! В лоскуты порву! — оборачиваясь к Апостолу, прорычал Сухов каким-то не своим голосом.

— Давай, начинай, — Апостол уставился на Сухова исподлобья. — Когда порвешь, не забудь кристалл с неё снять. Вдруг всё-таки пригодится?

Сухов резко поднялся, подскочил к Апостолу и несколько раз сильно пнул его в живот. Когда Апостол скорчился на полу в позе эмбриона, Павел добавил пару раз ногой ему по голове. Апостол на какое-то время затих, но потом снова зашевелился, сплюнул и прохрипел:

— Утром она будет живее всех живых, что ты… завёлся? Давай, утром и продолжим. Если ты прав, к вечеру уже будем сидеть в «Пикнике»… и пить разбавленное пиво. Заканчивай… играть в футбол!

— Только штрафной пробью, — Сухов ещё раз тяжело врезал ногой в живот Апостолу. Лидер «СД» зашипел от боли и пробормотал какое-то ругательство. Павел ухватил его за воротник и сильно встряхнул. — Теперь вставай, сволочь!

— Новая теория… в голову взбрела? — Апостол кое-как поднялся на ноги, но выпрямиться не смог.

— Вдвоём пойдём, — решительно заявил Сухов и подошел к телу Ольги. — Кристалл испытаем. До утра времени много. Прокачаем сегодня твой вариант, с кристаллом, а завтра утром мой!

Сухов аккуратно снял с Ольги серебристую цепочку и повесил кристалл себе на шею.

— Если мой вариант правильный, ждать утра будет необязательно, — заметил Апостол.

— Если твой вариант правильный, я тебя, собака бешеная, прикончу, как только шагнём на Большую землю, — грозно пророкотал Сухов. — Так что не надейся. Ты даже обрадоваться не успеешь.

— И какой тогда смысл мне идти?

— У тебя выбора нет. Если заартачишься, прикончу прямо здесь, а труп вынесу на горбу. Тут ведь недалеко тащить, справлюсь.

— Я согласен. Но если я ошибаюсь и этот кристалл действительно только украшение…

— С этим вариантом тогда завтра разберёмся. Втроём. Пошёл вперёд!

— Давай хоть фугас понесу.

— Обойдёшься! Прямо! Марш!

Сухов взвалил на плечо ящик с фугасом и подтолкнул в спину Апостола. Руководствуясь главным принципом сталкеров — не выходить там же, где вошёл, Сухов двинулся к запасному выходу. Кроме того, что этот путь стал новым, он оказался ещё и самым коротким. Лейтенант ещё в самом начале приметил этот путь отхода. Да и как его не приметить, если большая железная клеть промышленного лифта занимала половину свободного пространства в правом переднем углу главного бункерного зала. Позавчера в этом лифте условно отдали концы и Сухов, и Апостол, а вчера сгорели синим пламенем всё тот же Апостол и сержант Тарасов, но сегодня клеть, естественно, выглядела как новая (насколько это возможно) и наверняка нормально работала.

Сухов закрыл раздвижную дверь и нажал пожелтевшую от времени пластиковую кнопку с выдавленной цифрой «1». Лифт не отреагировал. Сухов поднял вопросительный взгляд на Апостола.

— Ноль нажми, — Апостол покачал головой. — Трудно догадаться? Единица это здесь, первый этаж вниз, а грунтовый уровень это ноль.

— Здесь ещё три кнопки, — заметил Сухов. — С «отменой» и вызовом лифтёра всё понятно, а «двойка» для чего?

— Над нами цех, — Апостол пожал плечами. — Наверное, когда он работал, лифт выше поднимался.

— Не пудри мне мозги, — Сухов погрозил Апостолу пальцем. — Если «единица» здесь, внизу, то «двойка» должна быть ещё глубже. И подъемные механизмы с балками там, наверху смонтированы так, что выше лифт просто не мог подниматься. Что под нами?

— Не знаю.

— А так?! — Сухов замахнулся прикладом «Шторма».

— Да, есть там ещё один уровень, но я не знаю, что на нём! Там всё завалено каким-то хламом и окаменевшими мешками с какой-то химией. Может, с удобрениями, я не специалист. Склад, наверное, там располагался. Мы туда сунулись, хотели расчистить на всякий случай, но за день там не управишься.

— А выход через этот уровень не пробовали найти? На всякий случай.

— Пробовали, и даже нашли, но он тоже завален почти под завязку. Я посылал бойца, он метров двадцать прополз и вернулся. Дальше ещё уже лазейка стала. Но, может, и наврал, испугался дальше лезть. Да нам этот выход и без надобности. Мы ведь весь центр под контролем держим, кого нам бояться?

Апостол что-то неразборчиво добавил, но Сухов не стал переспрашивать, что он там пробормотал. Павел нажал «ноль», и кабина, лязгнув сразу всеми своими престарелыми решётками и хлипкими болтовыми соединениями, пришла в движение. На второй секунде подъема она ещё и завибрировала, жалобно заскрипела и замигала подслеповатой лампочкой под потолком. Сухов ничуть не удивился бы, развались вся эта допотопная конструкция прямо сейчас на ржавые запчасти.