Чтение онлайн

– Родной, - ласковым шепотом убаюкивала приемная мама. Как же я рад ее слышать.
– Ты меня видишь?
– она мягко коснулась моего лба. Её рука была довольно мягкой и тёплой.

– Я...
– хочу сказать что-то очень ценное, что-то такое, что помнил и хотел выплеснуть, но меня будто затыкали. Я понимал, что хочу сказать, но в то же время просто не мог. Я чего-то не помнил...

– Что "ты", дорогой?

– Я...
– и вновь что-то помешало. Вновь мое неудержимое и непостоянное сознание?

Напрягся. Стало намного жарче. Я почувствовал духоту, как будто меня заперли в сауне или русской бане на продолжительное время. Чистая игла в очередной раз покоилась все в той же вене, что и в прошлый раз. Больница. Я уже лежал в больнице. Прекрасно помню это. Прекрасно помню весь свой трудный подростковый возраст. Все свои переживания, взлеты и падения в это время. Но... что было раньше?

Нормально ли, что я помню все последние мгновения, но не первые? Да, узнаю, что Бэнджамин и Грейс Роуны мои приемные родители. Узнаю безоговорочно. Но то, как мы оказались у них дома, категорически не удавалось вспомнить.

– Милый, ты в порядке?
– женщина заметно встрепенулась и, казалось, мой жар заразил и ее.

– Я сильно ударился?

– Родной...

– Заметно он поиграл со мной, да?
– звук становился громче, я нарушал то приемлемое число децибелов в одноместной палате.

– Кейн...

– Да что ты прямо то не отвечаешь?
– бросил я и Грэйс округлила глаза.
– Радуетесь, что не нуждаюсь в переливании крови?
– она судорожно вздохнула. Я ухмыльнулся, - О, - всё-таки нуждаюсь?!

– Кейн Уинтер!

– Да, мам, знаешь в чем минус того, что вы мне приемные родители?

– К...

– В том, что вы никогда не сможете мне когда-либо спасти жизнь и перелить своей крови, ведь, черт подери, вы мне никто! Да, четвёртая группа крови универсальна - переливайте хоть все. Но это будете точно не вы...
– злобно плюнул я.
– Спасибо за кучу синяков на теле, - я не спускал ухмылки, кивая на огромные царапины на руках. Знаете, похоже на хвою, которую украсили сине-бордовые "гирлянды".

А Грэйс все молчала. Услышав поскуливания, я обратил свой взгляд на нее. Женщина уже была на грани:

– Неблагодарный щенок! Я пыталась его остановить, а ты... а ты...
– испустив обидчивый вскрик, она выбежала из палаты.

И правда, что-то я погорячился... Может, мне вводят какой-то психотропный препарат?

Спустив все эти раздумья в унитаз, задумался уже о другом... а где же приемный отец? Вспомнив, что тот куда-то намыливался в день того самого "подарка" для меня, сделал вывод, что он на работе.

Зато воздух без него чище.

Домой я вернулся все с той же проблемой - я не мог собрать разбившееся осколки памяти моего детства. Я же отчетливо их помнил, ешкин кот! Когда чувствуешь, что внутри тебя чего-то не хватает, даже пусть и какого-то обрывка из памяти, который являлся практически твоей жизнью, хочется злиться. Сильно злиться. Ведь не зря же я так сильно хочу это вспомнишь, верно?

– Порядок?
– за ужином промямлил Бэнджамин. Взгляд был устремлен в говяжий суп.

О, неужели тебе и правда стыдно? Да конечно нет. Наверное, внутри куча сомнений и досады от того, что произнес пару секунд назад.

– Да, - с искрой бросил я, положив в рот приличный кусок мяса.
– Сердечко, наверное, болит, да?

– Кейн, - Грэйс встрепенулась, начиная нервно оглядывать мужа и приемного сына - она понимала, что напряжение растёт.

– Уж лучше бы подох я, чем твой любимый Стивен, - я словно читал между строк.
– Я прав?

– Только языком молоть умеешь?

– Да, увы, не умею так, как ты. Научишь меня парочке приемчиков? Как же ты круто мне с правой. Поджелудочная оценила, - сыграв на лице уважение, я кивал.

– Кейн Уинтер!
– отец ударил по столу.

– Передай мне соль, - неожиданная просьба заставила эмоциональный пик сойти на нет.

– Чт..что?

– Я попросил соль.

Мужчина был явно на грани, но теперь я постараюсь хоть как-то стать братом-близнецом. Может, это избавит Бэнджамина от желания полить меня грязью, а затем как следует треснуть...

Хотя... что за бред лезет в мою голову?

***

Шел солнечный, но уже прохладный август, который заставлял просто существовать, не готовясь к итоговым контрольным и тому подобное. Лежу на кровати своей комнаты, лишь думая о том, чем мне заняться. Телефон не разрывают всяческие звонки друзей с просьбами пойти гулять или оторваться на вечеринке. Точно, я же не Стив Уинтер, не ловелас и не уходящий в отрыв подросток. Я лишь незаметная амеба, которого раздражает его приемный отец. Раздражает его присутствие, раздражает его внешность, раздражает его голос.

Сейчас же я думаю лишь о том, что же я такого мог упустить из детства. Почему какой-то удар по голове заставил разбить воспоминания о детдоме вдребезги?

– Милый, - в комнату осторожно зашла мама, однозначно заметив мое "отрывное и безудержное" веселье. Со слабостью перенес взгляд на нее.
– К вечеру будь готов при параде. Едем к Тимерам, - произнесла вдобавок Грэйс, и моё сердце точно провалилось в пятки.

– Т...Тим..Тимерам?!
– я вздрогнул, спрыгнув с кровати.
– Зачем нам к Тимерам?!

– У твоего отца назревает договор о покупке акций этой семьи, - скорее ответила она.
– О, нет, Кейн. Скарлет Тимер. Я забыла, милый.

– Ничего страшного, - спокойно проговорил я.
– Мы поедем к этой семье.

Я действительно был не против наведаться к той, которая мне нравилась с самой начальной школы. Но, стоило ей подарить мне сожалеющий взгляд со словом "Нет", я уже не пылаю к ней какими-то чувствами.

Черный костюм, сшитый на заказ у самых дорогих мастеров Далласа, всегда ожидает меня на подобные вечера, которые являются не такими редкими, но и не частыми.