Чтение онлайн

Тем не менее, англичане, не желая спровоцировать дипломатический скандал, отказались от официального протеста. Но через несколько дней Киган все же по-своему отомстил. Матч против югославов стал одной из лучших игр в его карьере, в которой он буквально сверлил оборону противника, заставив умолкнуть пытавшуюся его освистать девяностотысячную публику: в том матче он дважды забил головой. В ярости Киган, по прозвищу «Mighty Mouse» — «Могучий мышонок» — превратился в настоящего великана.

Возможно, это было всего лишь желание «вдохнуть новую жизнь» в отжившие свое, как это кому-то показалось, правила. Иначе как можно объяснить, что в 1993 году в ФИФА зародилась идея «золотого гола» — аналога так называемой внезапной смерти в хоккее: если игрок забивает гол в дополнительное время, матч завершается. Вот уж действительно издевательство над футболом!

Если бы это правило существовало в 1970 году, матч тогдашнего чемпионата мира между ФРГ и Италией не стал бы матчем века.

Нечестно лишать команду шанса изменить ход событий в дополнительное время, нечестно поступили ФИФА и вслед за ней — УЕФА. Впрочем, кому-то «золотой гол» очень пригодился: Оливер Бирхоф забил, «золотой гол» в финале чемпионата Европы-1996 в матче с чехами, а 12 октября 2003 года Ниа Кюнцер аналогично забила Швеции головой в финале женского чемпионата мира-2003 в США, но немкам жаловаться не на что: благодаря новому правилу они выиграли чемпионат.

«Золотой гол» отменили из-за многочисленных протестов болельщиков.

Но УЕФА в срочном порядке изобрела «серебряный гол» и своей глупостью опять выставила себя на посмешище: теперь команда, которая ведет после первых 15 минут дополнительного времени, побеждает — и второй пятнадцатиминутки нет. Лишь в случае ничьей следует еще дополнительные 15 минут, если победитель не определяется по их истечении, назначается серия пенальти. Это безумное правило было, в конце концов, отменено в 2004 году после чемпионата Европы в Португалии. Угомонились, слава богу.

Безусловно, Хорст Шиманяк был одним из лучших немецких футболистов пятидесятых-шестидесятых годов. Но вот в плане общения с прессой парню явно не везло: слишком уж часто слышались насмешки в его адрес со стороны журналистов. И сегодня ходит еще журналистский анекдот о том, как Шиманяк вел переговоры о переходе из «Вупперталера» в «Карлсруэ».

Когда баденцы предложили ему вдобавок к заработной плате владение заправкой и треть доходов, он ответил: «Что я, дурак что ли? Я не то что за треть, я и за пятую часть всей прибыли не перейду туда».

Шиманяк, гордившийся своими «девятью классами народной школы» («Уж что-что, а считать-то меня научили!»), решил поэтому общаться лишь с теми журналистами, которые были его близкими друзьями и заслуживали доверия. И все-таки даже в преклонном возрасте общение с прессой у него как-то не складывалось. В 1999 году, вскоре после 65-летия, он дал интервью одному региональному спортивному журналу, в котором рассказал о некоторых подробностях своей частной жизни. В результате в журнале появилась статья, где в кичливо-неуклюжем тоне сообщалось следующее: «Сейчас пенсионер Шиманяк наслаждается любовью своей жены Маргариты и овчарки Гриши». Хорст Шиманяк, по прозвищу «Шимми», умер 9 октября 2009 года в возрасте 75 лет.

Самая короткая и имевшая самые неблагоприятные последствия речь, которую когда-либо держал тренер перед своими игроками при вступлении в должность, состояло всего из двух предложений. Когда в 1974 году Брайан Клоу занял этот пост в «Лидс Юнайтед», где тогда в отношениях между игроками царило тотальное пренебрежение и высокомерие, он потребовал от своих футболистов: «Джентльмены, первое, что вы можете для меня сделать, — это выбросить свои медали, ибо они завоеваны нечестным путем. Вы их выиграли при помощи обмана». Игрокам было неприятно это слышать, и уже через 53 дня Клоу был уволен.

Игрок национальной сборной Южной Кореи Ан Чон Хван сделал то, что совершил бы на его месте любой нормальный профессиональный футболист, представься ему такая возможность: он забил гол, причем важный гол. Но Ан и не подозревал, что из-за этого мяча он потеряет работу. Его история — показательный пример того, к чему может привести неправильно понятое словосочетание «национальная гордость».

На чемпионате мира-2002 в Японии и Южной Корее итальянцы чувствовали себя жертвами чудовищного обмана. В одной восьмой финала они проиграли хозяевам-южнокорейцам благодаря нескольким весьма спорным судейским решениям. Вся нация была просто в ярости. Тренер Джованни Трапаттони подозревал заговор.

Телеканал RAI пожаловался в ФИФА на недостаточное количество квот. Красный цвет южнокорейских футболок был для итальянских тиффози как красная тряпка для быка.

Хотя помешанные на футболе итальянцы все-таки воздержались от объявления войны корейцам из-за того злополучного матча, справедливое возмездие просто не могло не последовать. Козлом отпущения стал Ан Чон Хван: именно он на 117-й минуте, незадолго до конца дополнительного времени, забил мяч головой после передачи с фланга. Это был решающий гол в ворота итальянцев.

«Корейский Дэвид Бекхэм» заявил, что его гол — это подарок всему корейскому народу. В свои 26 лет этот длинноволосый красавец стал героем молодого поколения, и все бы хорошо, но вот одна незадача: у него был подписан контракт с «Перуджей» из итальянской серии «А». Проблема была решена незамедлительно: радевший за успехи национальной сборной президент клуба Лучано Гаучи уволил героя чемпионата мира. «Газетта дело Спорт» привела слова народного мстителя: «Я не собираюсь выплачивать жалование человеку, погубившему итальянский футбол». Правда, позже Гаучи попытался оправдать свой выпад в адрес Ан Чон Хвана якобы антиитальянскими высказываниями последнего, но никто ему так и не поверил.

После чемпионата мира-2002 Ан Чон Хван пытался найти себе другой клуб в Европе, но все старания были напрасны. Он вернулся в Азию, поиграл в двух японских клубах J-лиги. В 2005 году Ану все-таки удалось закрепиться в Европе, он подписал контракт с французским «Метцем», а 24 января 2006 года он перешел в «Дуйсбург». Но счастливее он от этого не стал и через полгода опять вернулся на родину. Там его считают суперзвездой, он регулярно позирует для фотосессий, к тому же он женился на «мисс Кореи». А вот у «Перуджи» дела обстояли не так хорошо.