Чтение онлайн

«Действовать, как в бою! Сосунки!
– рычал Грюм.
– Что смотрите? Вам еще повезло, что вы в теплом классе и рядом учитель, готовый наложить контрзаклинание. А будь вы в болоте, окруженные Пожирателями смерти? Они ждать не будут! Подтянитесь, счет идет на минуты! Заклятие убьет вас через четверть часа. Шевелитесь же! Жить вам осталось четверть часа, и если вы к тому времени так и не проснетесь, даже я бессилен буду вас спасти, черт побери!»

Грюм считал, что если не дать школьникам почувствовать на себе чрезвычайные ситуации, то они не смогут освоить тему.

Гарри про себя тихо радовался, что на уроках Грюма пока что никто не умер.

Это было достижение, потому что некоторые прямо с урока отправлялись в Больничное крыло. Грюм ставил им неуды за хлипкость и за неосвоение темы и долго возмущался, какое капризное поколение пошло.

Ну да, когда второй класс проходил Веселящий сглаз, от которого смеешься не переставая, и Олни не смогла его снять до конца урока, Грюм сказал, что сглаз сам пройдет примерно до обеда. Но Олни не пожелала ждать два часа и отправилась к Помфри.

– Какие неженки! Ничего терпеть не умеют… Фу, - всем желающим откомментировал поступок Олни Грюм.
– А терпение - тоже практика, и преотличная! Потерпеть пару часов какой-то там смех - тоже мне, невыносимое испытание. Когда мне было двадцать, один парень наградил меня Икотой на пятнадцать суток - ничего, проикался, тролль задери!

– Этот Грюм - просто садист. Ему вообще нельзя работать с детьми, - сказала Чжоу.
– Он не понимает, что можно и что нельзя. Есть же какие-то границы!

– Тридцать лет безупречной аврорской службы, - пожал плечами Гарри.
– Что ты хочешь? После этого личность меняется. Грюм - еще не худший вариант.

– Мариэтта слышала в учительской, что Грюм на следующей неделе начнет Непростительные, - сказала Чжоу.
– И что нам ждать? Он и по ним даст практику?

– И не сомневайся, - мрачно ответил Гарри.

– Как не сомневаться? Практика по Аваде Кедавре и по Круцио? Спасибо, Гарри, но практике по Аваде нам всем будет достаточно. Ты единственный из всей школы сможешь ее пережить!

– Посмотрим, - сказал Гарри.

– Я надеюсь, что практики всё-таки не будет. Дамблдор не позволит. Есть же пределы даже для него!
– понадеялась Чжоу.

Гарри имел свое мнение о пределах Дамблдора и поэтому ничего не ответил.

– Мне кажется, за нами кто-то подглядывает, - внезапно решила Чжоу.
– Гарри, лучше пойдем отсюда.

Гарри пробурчал Распознающее заклинание - и никого оно не обнаружило.

– Показалось, - вздохнула Чанг.
– Нервы разыгрались. Мне в последнее время постоянно мерещится, что за нами следят…

– Не обращай внимания, - посоветовал Гарри.

– А когда ты отмел бомбу, мне показалось или там действительно был голос Грейнджер? Она торчала за окном?

– Показалось, - флегматично ответил Гарри.

И тихо проводил Чжоу к лестнице.

Им никто не встретился.

Лестница мирно пустила их на первую ступеньку… и развернулась на нижний этаж. Рывок был крутым. Гарри подумал, что он на русских горках. Чжоу пискнула, пошатнулась и пала в его объятия…

Дикая вспышка колдокамеры ослепила несчастных.

Сияющий Колин Криви с аппаратом наперевес, притаившийся в нише стены, снимал не переставая.

Как Чжоу почти лежит на Гарри.

Как Гарри обнимает Чжоу, чтобы помочь ей встать на ноги.

Какие у них говорящие лица: потрясенные, виноватые, абсолютно обескураженные…

Гарри отчаянно жалел, что его руки заняты Чжоу. С каким удовольствием он бы сглазил проклятого папарацци!

Чжоу встряхнулась, крикнула: «Оппуньо!» - и Криви выронил камеру, атакованный стаей бешеных канареек.

Чжоу сказала:

– Спасибо, Гарри, я уже могу сама,- и отскочила от Гарри.

Криви махал руками, пытаясь отогнать агрессорш.

– Хорошо бы снять его самого - в таком виде, - мстительно сказала Чжоу.
– Альфред Хичкок, фильм «Птицы», дубль первый!

– Я знаю заклятие получше, - фыркнул Гарри и взорвал Колинову камеру.

Отлично. Нет снимков - нет проблем.

И веселая пара сбежала с места преступления, пока Колин был занят птицами и не мог их преследовать.

– Оторвались, - сказала Чжоу.

Гарри выглянул в пролет:

– А что там Колин? Еще сражается… Нет, отогнал. Сейчас будет искать камеру…

Дикий рев потряс Хогвартс до самого основания. Так ревут оборотни в ночи полнолуния!

– Колин нашел останки камеры, - прокомментировал Гарри.

Гарри проводил Чжоу до дверей ее факультета. До конца дня у него сохранялось отличное настроение.

Его не испортило известие Парвати Патил, что Гермиона заперлась в женском туалете месте с «пещерной женщиной» и они там рыдают, и им подвывает Плакса Миртл, а общий смысл их разговоров - что все мужчины сво… то есть, что всё мировое зло происходит от мужчин.

Его не испортило замечание Денниса Криви, что Колин отнес обломки камеры к директору и рыдал до тех пор, пока Дамблдор и Флитвик не сумели восстановить адскую машину.

Его не испортило лицезрение гнусно хихикающих пуффендуйцев, которые о чем-то шептались, косясь на него, и мяли в руках те самые восстановленные снимки.

Гермиона на ужин не пришла - но и это Гарри не расстроило.

И тут всё вокруг него смолкло.

Гарри поднял глаза от тарелки и уставился на театральный выход Седрика Диггори, идущего широким шагом прямо к его столу.

Прямо к нему.

Мантия Седрика развевалась.

За Седриком молча и грозно шли Саммерсби, Энтони Рикетт и Герберт Флит - пуффендуйцы в парадных мантиях.

Седрик остановился перед Гарри. Лицо его пылало от благородного гнева.

– Снейп, - сказал Седрик.

– Диггори, - сказал Гарри.

Седрик молча выложил перед Гарри роковые колдографии.

Гарри впервые посмотрел на них вблизи и признал с отвращением, что Колин классно снимает. Талант.

– Ты низкий человек, Снейп, - сказал Седрик.
– Ты скомпрометировал дорогого для меня человека. Ты играешь ее чувствами и смущаешь ее. С этой минуты ты больше не будешь беспокоить Чжоу.