Чтение онлайн

– Что за...
– Светловолосый приземлился рядом с брюнетом.

– Правильно, свидетелей оставлять нельзя.
– Невозмутимо усмехнулся Вирлан.

– Хорош шутить, я нашла клиента.

– И кто из этих двух несчастных станет еще более несчастен в ближайшее время?
– Черноволосый дернулся, пришлось добавить.

– Что ты глупые вопросы задаешь? Бери этого чернявого паразита и пошли отсюда.

– Я?
– Вирлан недоуменно моргнул.
– Ты хочешь чтобы я в одиночку потащил на своем горбу дракона?

– Можешь левитировать, мне без разницы. Главное челюсть ему не повреди.

– Моя маленькая самоуверенная сестренка, попробуй для начала сама поднять, ну скажем, его руку.
– От того холодного тона, каким говорил Риан, мне стало неуютно.
– Давай-давай.
– Я пожала плечами и попыталась поднять вышеуказанную конечность. Ага, как же! Проще гору сдвинуть.
– А теперь магией, не стесняйся.
– Заклинание разлетелось еще на подлете.

– А как же...
– Я рассеяно перевела взгляд с меча на поверженного Моргрейна.

– Исключительная удача. Мне вот интересно, зубы ему ты бить как будешь?
– Откровенно издевался Вирлан.

– Может сейчас, пока он того, сопротивляться не может?

– Ну-ну.

Мне захотелось завыть в голос. Из всех возможных вариантов меня угораздило нарваться на Перворожденного дракона! Именно на ту практически неуязвимую тварь которых осталось-то штук десять!!

Обычные отличались от Перворожденных тем, что они уже неоднократно рождались, то есть меняли тела - после смерти драконы появлялись на свет заново, но сохраняли неизменными память, настроение и все, что в целом образовывает личность. Тела Перерожденных, или обычных драконов были не намного уязвимее, но они не рассеивали чары, а поглощали, что оставляло шанс пробить броню сварганив какое-нибудь особо замудреное проклятье. Перворожденные же, чья физическая оболочка не старела, а значит и не нуждались в дополнительной магии, исключали любой шанс причинения вреда, кроме материального воздействия. Но попробуйте пробить их шкуру в истинном обличье каким-нибудь оружием. Даже если ловкая тварь подпустит к телу, то любой клинок просто затупится или сломается, встретив напор чешуи.

Со столь желанными ингредиентами как зубы, чешуя, кровь и тушка в целом дела обстояли и вовсе отвратительно: у Перворожденных все вышеупомянутое обретало силу лишь в том случае, когда было отдано по добровольному желанию дракона, прибывающего в своем созданном природой и магией обличье, то бишь жуткой клыкастой громадиной с отвратительным характером. Принимая облик человека, хвостатые ящеры-переростки удивительным образом умиротворялись, иногда с ними можно было даже договориться....

– Ну за что мне такая подстава?!
– Не выдержала я и хлюпнула носом.

– Подстава будет минуты через три.
– Вирлан очень быстро из состояния "маленькая ты, глупая, куда тебе до нас, взрослых и опытных?" переходил в "ну е мое, что ж я такой невезучий?!". Причина стала ясна в тот момент, когда отряд стражников из шести человек обнаружил тело, побитое Вирланом. Их буйной радости не было предела - увидев еще четверых, двое из которых были недвижимы и вполне походили на трупы. Штрафы за оные были неописуемо щедрыми.
– Да чтоб вас всех!
– В руках брата блеснул магией корявый артефакт, я попыталась отползти поближе к стражникам и сдаться от греха подальше, но цепкая рука брата на моем поясе и странное сияние артефакта лишили меня последней возможности.

Приземление вышло куда более неприятным, чем в прошлый раз, вместо мягкой лужи была жесткая каменная стена и не менее твердый пол. Не спеша шевелиться, я языком пересчитывала зубы, к моему превеликому счастью все оказались на месте, разбитая губа и саднящая бровь сразу же стали беспокоить куда меньше.

– Отвратительный день.
– Голос был как будто не своим - хриплый и слабый. Еще бы, это после такого-то приземления.

– Он еще не закончился.
– Я повернула голову в сторону, откуда доносился голос Вирлана, брат висел под самым потолком очень даже не низкой пещеры и с некоторым трудом создавал себе левитационное поле, дабы не украсить своим телом пол. Чары капризничали, ощущая близость Первородного дракона, Вирлан сквозь зубы ругался и висел уже на одной руке. Наконец он спустился вниз, сверзившись-таки когда до пола оставался метр, и, прихрамывая, подошел ко мне.
– Встать сможешь?

– Если ты меня поднимешь, то да.

– Тогда лучше валяйся.
– Махнул рукой он, не удержался на ногах и приземлился рядом.
– Я тоже полежу.

– Что делать теперь будем?
– Общее состояние самочувствия приближалось к отметке "добить было бы гуманнее", но внезапно передумало и остановилось на "жить можно, только крайне осторожно".

– Ты все еще хочешь с ним сражаться?
– Я честно подумала над ответом и с отвращением протянула:

– Не-е-ет.

– А придется.
– Вздохнул Вирлан, довольно быстро вставая на ноги и утаскивая меня ближе к стене. По дороге я заметила как на том месте, где еще секунду назад лежало темноволосое тело расползается колдовской туман. Чуждая магия плотным комком встала в горле, мешая дышать, глаза слезились, окружающее пространство смешалось в безумном танце красок, низкий гул заполнил пещеру... Из хаоса восстал дракон, исходящая от него волнами магия жгла кожу, не давала дышать и яростно боролась с моей собственной.

Тыльной стороной ладони я вытерла кровь из носа и медленно встала на ноги, дракон напротив замер во всем величии своей ярости: на его шикарной чешуе всполохами кружились сгустки природной магии; змеиные глаза светились злостью и силой, осмысленной и невероятно опасной; когти играючи вспарывали каменный пол как бумагу.

Гибкая шея пригнулась к земле, но из пасти вырвался не огонь, а рев. Животный и дикий, в отличие от взгляда в нем не было ни единого признака разумности, только чистейшая ненависть с желанием поквитаться. В таком состоянии Моргрейн не увидит ничего кроме жертвы, которую нужно растерзать за проявленную наглость, он даже не опустится до разговора - сожрет сразу и не подавится.

Внезапно меня затопила ярость. Чтобы мной закусила какая-то ящерица переросток?! Чтобы зубы этой нагло использовавшей меня твари грызли мои кости?! Ну я еще посмотрю кто кого загрызет!

С ладоней сорвался огненный шар в клетке из молний, первый слой испарился, не долетев двух метров до твари, но вот сердцевина заклинания взорвалась возле самых глаз бестии. От грохота и рыка на какой-то миг заложило уши, это не помешало еще одному сгустку магии ринуться навстречу дракону. Только отпустив так рвущуюся на свободу силу я поняла, что злость все-таки плохой советчик. Не будь я ослеплена внезапным приступом ярости, ни в коем случае не стала бы использовать черную магию - мне еще рано баловаться с такими игрушками без чужого надзора.

Вирлан, умница, это тоже знал и постарался перекрыть мою силу своей, только кардинально отличающейся по своей сущности. Моя уверенность, что Риан никакой не Магистр Света ощутимо пошатнулась при виде чистейшей силы. И если магия, отправленная мной, поглощала слабый свет, то магия брата в той же степени дарила.

Две силы встретились ровно в центре зала наплевав на тот факт, что изначально направление было абсолютно другим. Казалось что даже воздух замер в ожидании неминуемого взрыва, но черное и белое не вызвали огня... они слились в единое целое, пахнуло озоном и игра света исчезла, словно два комка магии были поглощены друг другом. Ошибочность своего суждения я поняла только когда защитный ореол Моргрейна с ярко-огненным сиянием встретил невидимую, но невероятно разрушающую мощь. Пещеру сотряс взрыв, обломки пола, целые глыбы выбитые из стен и жар пламени, все смешалось в единую круговерть, закончившуюся для меня в тот миг, когда когти дракона в получеловеческом обличье стальным обручем обхватили мою шею. Ноги перестали ощущать тряску пола, но зато получили свободу, оторванные вместе с телом от земли.