Чтение онлайн

– Точно, - подтвердил он.
– Но это был не недавний перелом. Эта травма спины произошла много лет назад. У Донны Фитцуотер был паралич нижних конечностей?

– Да, - пробормотал Курт. К этому времени от дыма у него заслезились глаза.
– Ее отец сказал, что она с детства была калекой.

– Тогда нет сомнений, что это Донна Фитцуотер, - заключил Бард с горечью в голосе.

– Если только у вас нет еще одного пропавшего человека, девушки лет двадцати с небольшим, со сломанным позвоночником, - сказала Грин, с трудом переводя дыхание.
– Принесите ее стоматологическую карту для установления личности. Судмедэксперт осмотрит все утром, но он не скажет вам ничего нового.

Бард огляделся, затем заглянул в свой пакет для рвоты и сглотнул.

– Давай убираться отсюда к чертовой матери, - сказал он, ощупывая свой живот.
– У меня в животе все переворачивается.

– Спасибо, что уделили нам время, док, - сказал Курт.
– Мы позвоним вам завтра по поводу отчета о предварительном осмотре.

Грин слабо улыбнулся и покачал головой, когда Курт, Бард и Глен быстро вышли. Они шли большими, почти нелепыми шагами, пока не оказались в темном вестибюле, на удобном расстоянии от кабинета Грина.

– Это чертово место похоже на чертову лабораторию в Освенциме, - Бард рухнул на стул.
– И как тебе нравится вон та подставка для мяса? Тебе нужна степень доктора анатомии, чтобы понять этого парня. С таким же успехом он мог бы говорить по-шведски.

– Да, но эта подставка для мяса сэкономила нам уйму времени, - сказал Курт.
– По крайней мере, нам не нужно торопиться, чтобы не запутаться.

Лампочка в кондитерском автомате продолжала мигать и жужжать. Курт не мог поверить, что его поместили так близко к моргу. Он быстро заморгал, пока резь в глазах не начала утихать. Он наслаждался свежим воздухом, свободным от фиксирующих жидкостей, и вскоре дурнота в голове прошла.

Бард лежал на стуле, как безвольный мешок.

– Два дня подряд я молился, чтобы эта девушка появилась, - затем его голос стал грубым.
– Я должен был догадаться, что она появится именно так.

– И как мы собираемся выяснить, что с ней случилось?
– Курт обратил внимание на жалобу.
– Если только мы не найдем что-нибудь в Белло-Вудс. Мы даже не знаем причину смерти. Как мы можем установить, кто виноват?

Глен заговорил впервые с тех пор, как они вошли в морг. Темные круги у него под глазами были похожи на пятна сажи. Его голос был тусклым, как воск.

– С чего вы вообще взяли, что здесь было совершено преступление? По-моему, ее просто оттащили какие-то собаки или что-то в этом роде. У девочки-калеки не было бы ни единого шанса против диких собак, даже перед ее собственным домом.

– Да, но она была не перед своим собственным домом, - напомнил ему Курт.
– Ее даже не было на улице. Харли Фитцуотер сказал, что ее инвалидное кресло все еще стояло у ее кровати, так что, даже если бы она захотела выйти подышать свежим воздухом или что-то в этом роде, она бы сидела в кресле. Это никак не может быть несчастным случаем. Кто-то проник в трейлер и физически увез ее.

Бард и Глен, наконец, пришли к такому же выводу. В полной тишине они прошли по коридору и вышли на заброшенную парковку. Они шли, пошатываясь, как пьяные, все еще слегка потрясенные положением дел в "Магазине ужасов Грина".

– Мне придется позвонить Чоуту и дать ему полный отчет, - пожаловался Бард.
– Этот ублюдок отправит окружных придурков по всему моему городу.

Пустота усиливала приглушенный голос Глена.

– Кому-то придется сказать Харли Фитцуотеру, что этот скелет, вероятно, его дочь.

– Мы подождем официального подтверждения личности, - сказал Бард.
– И тебе придется кое-что написать для этого. И окружной тоже.

– Я знаю, - сказал Глен и открыл дверцу своего "Пинто".

– Ты регистрируешь нарушителей в Белло-Вудс, не так ли?
– вмешался Курт.

– Конечно.

– Вчера вечером было что-нибудь необычное?

– Нет. По крайней мере, никто не шел пешком.

– Кто-нибудь целовался?

– Несколько раз, но это не редкость. Завтра я сообщу вам номера машин и все свои записи за последние пару недель.

Курт и Бард сели в "Ти-берд". Бард даже не попытался включить зажигание. Вместо этого он уставился мимо Курта в окно со стороны пассажирского сиденья. Казалось, он пристально смотрит на Глена.

– Что-то здесь действительно начинает попахивать дерьмом, - сказал шеф, когда Глен вырулил со стоянки.

– Продуманно, да?

– Ты понимаешь, о чем я говорю, - Бард нащупал в темноте ключ зажигания.
– Выкопанный гроб, пропавший полицейский и девушка-калека, съеденная до костей. И посмотри, что у них у всех общего.

– Может, я просто глуп от природы в это время суток, - сказал Курт.
– Так как насчет того, чтобы рассказать мне, к чему вы клоните?

– О, черт возьми, Курт. Открой свои гребаные глаза. Все это дерьмо произошло в Белло-Вудс. И так уж случилось, что Глен там работает, и так уж случилось, что именно он, черт возьми, внезапно обнаружил это.

– Если я не ошибаюсь, вы хотите сказать, что Глен имеет к этому какое-то отношение, не так ли? Послушайте, шеф, я знаю этого парня почти всю свою жизнь, он мне практически как брат, и он не плохой человек. Я не знаю, что у вас на уме, но, что бы это ни было, мысль о том, что Глен замешан в этом, нелепа.

– Нелепа?
– возразил Бард, наконец заводя машину.
– То, что вы с этим парнем друзья, еще не значит, что он не может подбросить пару болтов. Я не знаю, что он может замышлять, и я не говорю, что он преступник или что-то в этом роде. Но одно можно сказать наверняка. Я чертовски уверен, что Глен знает что-то, о чем нам не говорит.

ГЛАВА 18

Рассвет наступил неожиданно, превратив зрелище первых лучей солнца в грубую ошибку. Низкие и серые грозовые тучи сгустились в небе и ползли, как опухолевидные образования, готовые взорваться. Между деревьями висел густой туман, и холодный ветерок заставлял лес дрожать, а животные прятались от неизбежного дождя.

К 05:30 утра Курт несколько раз проехал по шоссе 154. Он вернулся в постель после того, как Бард высадил его, но не мог заснуть из-за остаточных изображений морга Грина. Затем, приняв горячий, почти болезненный душ (он был уверен, что пары формалина проникли в его поры так же, как и в одежду), он мерил шагами переднее крыльцо, курил, размышлял и смотрел на окутанный туманом лес, пока одиночество и тишина не прогнали его прочь. Он сел в машину и повел ее наугад, вполне осознавая, что "Форд" стал убежищем от личной паранойи, которая, казалось, преследовала его всю последнюю неделю. Он потерял счет времени. Он вел машину. И думал.