Чтение онлайн

— Кто это «мы»? — немного недовольно спросила Ная.

— Такие, как ты и Шон Шабири. У Вальда, похоже, претензии только к Столсангам, а Фредерик сам из Великого Дома. Вы называете себя «Дикой Стаей», и цель у вас вроде бы одна, но если присмотреться, копнуть глубже… Что будет, когда Столсангов уберут? Спорю на сто айр, что Дикая Стая разделится на Правую и Левую, или Белую и Черную — одни будут сажать небожителей в каталажки, а другие будут теми, кого сажают. Потому что вторых меньше, и шансов у них нет.

— Это не так, — быстро возразила Ная. — Такие, как Фредерик — они достойные люди. Мы все это понимаем.

— Правда?

— Да. Но в одном ты права. Сторонников у небожителей действительно мало. Рассказать, почему?

— Удиви меня, — ответила Юрика с легкой иронией.

Они как раз поднялись на третий этаж, и Ная открыла дверь своей квартиры.

— У меня не всегда было четыре руки, — произнесла девушка, снимая плащ, под которым она скрывала лишние конечности от ненужных глаз на улице, и вешая его на крючок в прихожей. Провела своих постояльцев в гостиную и предложила расположиться на диване.

— Прогресс на материке стоит на месте, — продолжила она, устраиваясь в старом скрипучем кресле, — это верно. Но «Стая» должна быть сильной. Она должна побеждать «Молот» и «Рассвет», особенно последний — а ведь практически все технологии Небесных Городов ушли в Дакиэрро еще при жизни императора Фридриха, туда забрали ученых, инженеров из Великих Домов и их вассалов. Но кое-кто все же остался. И благодаря им здесь, в Союзе, существуют секретные лаборатории, в которых ведутся разработки новых видов оружия, или восстанавливаются старые, чтобы однажды использовать его в большой войне. Источники энергии, компьютеры, дроны, ракеты, боевые машины… Идеальные солдаты. Я — арга, зверочеловек, у нас очень высокая рождаемость. Очень, очень много детей, часть которых все равно умрет — так почему бы не использовать эту часть для разных опытов? Во что можно превратить и без того сильное и выносливое тело представителя моего народа? Такие эксперименты проводились еще до падения Небесных Городов, и кто-то из выживших ученых продолжил эту славную традицию. У него появились ученики… Я выросла в инкубаторе — меня отняли у матери сразу после рождения. Пичкали разными препаратами, играли с моими генами. Эти руки, — Ная подняла вверх вторую пару, — начали расти, когда мне было три года. Мы, арга, взрослеем быстрее других рас, так что я хорошо помню весь процесс… Это заняло два месяца, и это было больно. Организм перестраивался… Я получила не только лишние конечности — стала быстрее и сильнее своих сородичей, и мои чувства намного острее. Но конечной целью эксперимента было не это, я оказалась всего-лишь очередной ступенькой на пути к его вершине. Не знаю, получилось у них или нет — когда мне исполнилось шесть, меня сняли с программы и поместили… в нечто вроде зверинца. Кунсткамеры. Я стала экспонатом, на который время от времени приходили посмотреть и сравнить с новейшими достижениями евгеники. Однажды пришел сам Крэйн Столсанг… Ублюдок. Тогда, в его глазах я увидела и поняла причину, по которой Гвардия Хаоса едва не уничтожила все их племя…

— Эй, полегче, тут Ран, если ты не забыла, — возмутилась Юрика.

Но Ранмаро заворожено слушал четырехрукую девушку, так что она только вздохнула и продолжила слушать дальше.

— Представители Великих Домов верят, что выше всех нас — арга и других жителей поверхности. Даже такие, как Ранмаро и Фредерик. Просто одни смотрят на нас с сочувствием, потому что нам не дано жить по тысяче лет, а для других мы ничем не лучше бессловесных животных. Ранмаро принадлежит к первым, — она кивнула парню, и тот смущенно отвел взгляд, — а Крэйн Столсанг — ко вторым. Я не знаю, кого больше, но большинство таких, как я, видят и запоминают Крэйна и ему подобных. Поэтому, однажды, время Великих Домов закончится раз и навсегда.

— Думаю, я знаю, кто будет принимать решение заканчивать время Великих Домов или нет, — серьезно, но в то же время с улыбкой произнесла Юрика, и красноречиво посмотрела на брата. Он задумался на мгновение, а потом ответил ей такой же улыбкой.

— Кто? — спросила Ная.

— Глупый вопрос… Наш дядя. И другие такие же. Бывшие Гвардейцы. Если определение «бывшие» вообще можно применить в нашей ситуации… Кстати, а как ты выбралась из своей «кунсткамеры»?

— Меня вытащила Мэй. И я работала под ее началом, пока она не покинула «Стаю».

— Почему она ушла?

— Не знаю… Таким, как я, не положено знать подробности того, что происходит внутри семьи Богини Юга. Только слухи.

— Какие, например?

— Что она открыто выступила против нее… Подвергла сомнению ее авторитет.

— И теперь вы считаете, что она может стать куда лучшим лидером, чем Ичиро или Крэйн Столсанг?

— Она осталась после этого жива. Почему бы и нет?

— Отличный аргумент, — ответила Юрика с неприкрытым сарказмом. — Хотя… Учитывая все то, что я уже знаю о маме… Все же весомый, да. Есть что перекусить? Мы с Раном с утра без маковой росинки во рту…

Ная широко улыбнулась.

— Конечно. Но только если вы не вегетарианцы. Мы, арга, не можем без мяса.

— Не сомневаюсь, — сдержанно ответила Юрика, в очередной раз цепляясь взглядом за удлиненные клыки Наи. — Только поджарь его для нас немного, ладно?

— Нам, арга, никогда не понять вашу привычку портить свою еду, — вполне серьезно ответила Ная, и только едва заметная искорка в глубине янтарных глаз выдала ее настоящую реакцию на шутку гостьи.

— Просто оно так хранится дольше. И паразиты разные убиваются… У любителей сырого мяса порой такие дружелюбные соседи в кишках заводятся — до десяти метров и длиннее…

— Юрика! — в ужасе воскликнул Ранмаро, стремительно бледнея и зеленея.

— Я уже шестнадцать лет Юрика, и насмотрелась разного… Рассказать, как хирурги моего знакомого мальчишку-сыроеда спасали? Во-от такого вытащили…

— Юрика!

— Молчу, молчу…

***

Через час, оставив Ранмаро и Наю внутри квартиры, Юрика вышла на балкон. Посмотрела на небо, потом на городской ландшафт вокруг. Солнце уже зашло, появились первые звезды, но уличное освещение не спешило включаться, и немногие из окон окружающих ее домов горели светом электрических ламп.

— Дыра… — вздохнула Юрика и достала из кармана пачку сигарет. Щелкнула зажигалкой, сделала глубокий вдох и оперлась локтями об ветхие перила. Дерево опасно скрипнуло, но провалиться сквозь него и упасть она не боялась. Что для нее теперь восемь-девять метров высоты? Приземлится и даже не почувствует ничего… После встречи с дядей она стала гораздо сильнее, и ей пришлось испытать эту силу в бою. И Ирисса теперь с ней, защитит от чего-угодно — в разумных пределах, в которые, конечно, не вписываются Гвардейцы, но и этого более, чем достаточно.

Юрика поймала себя на мысли, что больше не чувствует себя обычным человеком. Прежде она просто считала себя отклонением от норм, своего рода уродкой, и мирилась с этим, обвиняя в несовершенстве весь остальной мир… Но не теперь. Теперь она знала, кто она, и пусть боль от этого знания была невыносимой, где-то в глубине души возникло — и не уходило ощущения покоя, которое дарило понимание своего пути в этом мире.

Она должна найти свою маму. Ришари.

Поток размышлений прервал Ранмаро, которому тоже взбрело подышать свежим воздухом. Хотя на самом деле он начал волноваться за сестру, но Юрика позволила ему объясниться первой версией. Выдохнула в его сторону облако сигаретного дыма и снова посмотрела на покрытые мраком трущобы.

— Ран… Ты помнишь, зачем мы здесь?

— Ищем маму, — ответил он после секундной заминки.

— Да, точно. Я хочу увидеть Мэй. Для меня это важно. И только. Стае Вальда она нужна совсем по другой причине, и если она им откажет, мы не станем ее переубеждать. Потому что это не наше дело. Нам нет дела до Крейна Столсанга и того, что станет с Судо, если он возглавит «Стаю». Это в принципе невозможно, потому что стоит только вернуться Ичиро или маме, и от него мокрого места не останется. Вся эта возня, в которую — вижу по глазам, не отрицай! — ты хочешь впутаться, и меня с дядей, Рией и Просперо заодно втянуть, не стоит выеденного яйца.