Чтение онлайн

***

17 лет назад, леса Яд-Лвери.

Кеншин внимательно вслушивался в пространство, пытаясь выделить из бесчисленного множества звуков субтропического леса голоса своих преследователей. Он не ожидал, что его так скоро обнаружат в этой самой малонаселенной области на востоке Судо — недооценил способности коренных обитателей. Среди местных цвенгов и арга оказалось немало искусных охотников и могущественных шаманов, и не прошло и пары дней, как по его следу отправили целый отряд воинов, которые, по всей видимости, знали, что он из себя представляет. Отец предупреждал его, что отправляться на Юг в одиночку — плохая идея, но он и подумать не мог, что проблемы начнутся буквально с порога.

Стоя на ветке колоссального драконового дерева, крона которого на добрые тридцать метров возвышалась над всем остальным лесом, имея при этом метров двести в поперечнике, он всматривался в зеленые заросли внизу, и чувствовал, что его преследователи неподалеку. Серо-зеленый маскировочный халат должен был делать Кеншина незаметным для чужих глаз в этих зеленых зарослях, и он постарался скрыть свой запах, но собственные габариты спрятать было намного сложнее. Слишком высокий и массивный… Ему было сложно не оставлять следов на земле и стелющихся по ней длинных корнях, покрытых непрочной корой и мхом, не ломать случайно тонкие хрупкие ветви. Пусть его матерью и была сама Глория, но ее способностей по обращению с растительностью у него не было, и приходилось мириться с тем фактом, что в окружении флоры он такой же обычный человек, как и все остальные.

Так и не сумев ничего обнаружить, Кеншин начал быстрый спуск вниз. Уверенно цепляясь пальцами за трещины в коре, он уверенно скользил по необъятному стволу, стараясь как можно быстрее оказаться в густых зеленых зарослях. Его путь лежал на запад, к густонаселенным городам континента, в которых он собирался выяснить как можно больше о «Стае» и ее основательнице, кровавой Богине Юга — Ришари. Год назад она убила его старших товарищей, бывших Стражей Неба — Кристиана, Регулуса и Дана, и он собирался узнать, почему и за что. И отомстить.

Стрела с длинным костяным наконечником выпорхнула из зеленых зарослей сразу, как только он спрыгнул со ствола на пружинистый дерн и повернулся к дереву спиной. Кеншин даже успел рассмотреть на черное пятно яда на игольном острии — перед тем, как качнул головой в бок, и стрела, вместо того, чтобы вонзиться в его глаз, только сдернула с головы капюшон, открывая глазам невидимого врага длинные ярко-красные волосы сына Акаямы Хоодо. Вторую стрелу он схватил на лету, сломал пальцами — и прыгнул вперед, в сторону лесного снайпера. Краем глаза заметил движение, и едва успел подставить руку под удар серповидного бронзового клинка, который обрушил на него еще один притаившийся враг. Им оказался представитель редкой разновидности арга — змеечеловек, покрытый чешуей и костяными наростами. Его желтые змеиные глаза раскрылись в немом изумлении, когда он понял, что бритвенно острое лезвие оставило на коже Кеншина только слабую царапину, и только и успел, что закрыться от ответного удара. Но это не помогло змеечеловеку — кулак Акаяма сломал его руку и вдавил ее осколки в грудь, сокрушая и дробя кости.

Парой секунд спустя он добрался до позиции стрелка, который сумел отправить в него стрелы сквозь слабый просвет в переплетении ветвей, но поймать сразу не смог — низкорослый цвенг выдохнул ему в лицо облако ядовитой пыльцы, попавшей в нос и глаза. Кеншин зажмурился, поспешно выдохнул отраву, и вслепую ударил рукой наотмашь. По врагу не попал, но дерево, на котором тот занял позицию для стрельбы, свалило, надломив у самого корня.

Кое-как протерев глаза от жгучей пыльцы, Акаяма рассмотрел не успевшего уйти достаточно далеко цвенга, и догнал его одним прыжком, ломая позвоночник ударом ноги.

Если рядом и были другие враги, выдавать свое присутствие после произошедшего они явно не торопились. Вероятно, ждали, когда подействует яд. Но тело Кеншина, рожденного ярмирой, было иммунно к ядам, вирусам и бактериям, так что ждать им придется очень долго.

Цвенг со сломанным позвоночником был еще жив, и загребая дерн пальцами, пытался отползти от Кеншина. Парень удержал себя от того, чтобы добить противника, из милосердия, еще раз осмотрелся вокруг, и со злостью крикнул:

— Что, бросите товарища в таком состоянии?! — и широко оскалился, выражая все свое презрении трусостью невидимого врага.

Провокация оказалась успешной, и из зарослей вышел еще один змеечеловек, огромный, с длинными когтистыми лапами. А следом за ним уже обычный арга, с золотистой шерстью и яркими желтыми глазами. Кеншин ощутил в них мощную мистическую энергию, встретился с ними взглядом — и почувствовал, как тело наливается свинцовой тяжестью, а мышцы каменеют, становятся холодными и непослушными. Змеечеловек, заметив, что взгляд его товарища подействовал на противника, внезапно сорвался с места и направился к Кеншину длинными прыжками, на ходу увеличиваясь в размерах. До этого момента Акаяма только слышал о подобной способности, превращающей мистическую энергию в массу, и даже удивился, когда через пару секунд перед ним остановился уже настоящий гигант четырех метров ростом. Схватил его своей длинной лапой и оторвал от земли, сжимая пальцы на горле.

Кеншин захрипел, чувствуя, как темнеет в глазах, и отчаянно заболтал ногами. Пару раз пнул противника по ребрам, но из-за ослабляющего взгляда арга удары получились недостаточно сильными. И змеечеловек со всей силы ударил им об землю, выбивая дух. Потом еще раз. И еще.

Сцепив зубы, Кеншин держался. И сильно разозлился. Сердце забилось с невероятно силой, кровь ударила в голову — и преодолевая самого себя, он сжал сжимающие его пальцы, до хруста вражеских костей. Змеечеловек зашипел от боли и выпустил его, потрясая поврежденной кистью.

Почувствовав под ногами твердую землю, Акаяма сделал глубокий вдох и резко прыгнул вверх, вонзая кулак в подбородок змеечеловека. Противника подбросило, раздался отчетливый хруст шейных позвонков — и на землю рухнуло уже мертвое тело.

Арга с золотистыми глазами в страхе попятился. Кеншин, глубоко дыша, медленно направился в его сторону, не отводя взгляд в сторону от его глаз. Их мистическая способность на него больше не действовала.

Внезапно между ними из земли выросли глубокие черные тени, принявшие форму огромных пауков и скорпионов. И всем скопом набросились на Кеншина. Парень успел рассмотреть за спиной арга, в зеленых зарослях, силуэт темнокожего карлика с испуганным, но очень решительным лицом, и понимая, что просто не представляет, сколько еще вокруг него обладателей опасных мистических способностей, решил, что самое время разобраться со всеми ними одним ударом. Ударом, которому его с особой настойчивостью обучал отец.

Сжав всю свою мистическую энергию в одну точку, он выпустил все наружу, взорвал, рассеяв получившейся невидимой, неощутимой для обычных людей ударной волной энергию всех возможных противников в радиусе километра. И черные твари немедленно рассеялись, а из желтых глаз отступающего арга исчезло мистическое сияние. Теперь все они были против него беспомощны и безоружны.

— Ну что же… Бегите, — широко улыбнулся им всем Кеншин. И прыгнул вперед.

Сломав арга руку и ребра, он отшвырнул его в сторону, и направился к карлику-цвенгу.

Мир осветила яркая вспышка света, спину обожгло жаром, громовой раскат оглушил и дезориентировал. Кеншин споткнулся, с трудом удержал равновесие, поспешно обернулся — и встретился взглядом с самой прекрасной из всех виденных им женщин. Яркие фиолетовые глаза, чистейшая белая кожа, безупречные черты лица, длинные белоснежные волосы, изумительные формы и пропорции тела… Он сразу узнал ее. И понял, что картинам и фотографиям ни за что и никогда не передать ее подлинной красоты. Этого нечеловеческого, неземного очарования. Ее завораживающей и смертоносной грации.