Чтение онлайн

— Мое имя — Мирам Старвинд, я капитан охраны вашей резиденции. Видимо, злоумышленник захватил контроль над моим нейропроцессором и нейронной аугментикой моих подчиненных. Надеюсь, мы не причинили вам вреда?

Ранмаро с яростью пнул подвернувшийся под ногу камень. Острая боль немедленно пронзила большой палец, но жалеть себя он не стал. Сам виноват. Не винить же камень, улетевший только что в ночной мрак, в том, что оказался именно здесь и сейчас, когда Лэйт остро нуждается в том, чтобы выместить на чем-либо свой гнев.

Да и мелковат камешек… Ранмаро присмотрелся к выступающим из темноты контурам валуна побольше, и опустил ладонь на рукоять меча. Мистическая сталь может разрубить все, что угодно — главное, сосредоточиться.

Клинок плавно, бесшумно покинул ножны. Взлетел над головой — и резко опустился на холодный шершавый камень. Лезвие погрузилось в него на десяток сантиметров, валун треснул.

Поморщившись от боли в онемевших мышцах, Ранмаро удовлетворенно улыбнулся и вытащил меч из камня. И без какого-либо намека на эмоцию посмотрел на обломок лезвия, застрявшего в камне. И ударил снова. Бил до тех пор, пока валун не развалился на две половинки, а от клинка не остался жалкий огрызок у самой рукояти.

Рука болела немилосердно, сердце ломилось сквозь ребра, дыхание сбилось и отказывалось возвращаться в норму. Но Ран не мог остановиться. И в конце просто вогнал в камень остаток лезвия. Провернул по часовой стрелке — и вывернул из рукояти хвостовик лезвия. Пальцы разжались, и на землю упали два куска высокопрочного пластика эргономической формы — рукоять сама собой сливалась с ладонью в одно целое.

А теперь и ее нет.

Стальная крестовина осталась болтаться на обломке лезвия. Ранмаро задержал на ней взгляд — и обессиленный сел на землю.

Ему не стоило говорить Рие те слова. Не стоило обвинять Дженази и Валерию. Их прошлое — это их прошлое. Какая разница, в чем причина молчания, лжи? Тетя заботилась о нем восемнадцать лет. И дядя соответствовал тому образу, который она нарисовала для его воображения. Значит, они просто решили создать новую реальность? В которой все лучше, чем есть?

Правильно ли это?

Ран пожал плечами.

Он не знал. Вселенная навалилась на него огромной черной и холодной горой, намереваясь раздавить, расплющить его простенькое представление о мироздании жестокой правдой жизни.

Вот только эту правду Ран узнал еще ребенком.

Мир жесток. И люди ошибаются.

И он сам может быть жестоким и может ошибаться.

Но каждый сам выбирает свой путь.

Ранмаро поднялся и отряхнулся. Осмотрелся: огни костров сияли далеко по праву руку. Где-то там были Виктория, Юрика, Просперо, Мэй и остальные. Он нужен им, а они нужны ему. Но вернуться сейчас Ран не мог. Ему было необходимо просто развеяться.

А теперь, когда у него был Рыцарь Света, развеяться стало намного проще, чем раньше.

Ранмаро посмотрел в усеянное звездами небо — и перенесся на сотни метров вверх. Перемещение было мгновенным, но гравитация немедленно взяла свое, и он начал падать. И тогда просто сделал еще один рывок вверх. И еще один. До тех пор, пока холодный ветер не начал промораживать тело насквозь, а воздух не потерял необходимую для дыхания плотность.

И с этой высоты увидел зарево рассвета на востоке. Близилось утро нового дня.

Июль закончился.

Опустившись на комфортную для дыхания высоту, Ран начал совершенствовать свою технику перемещения в состоянии свободного падения. Важно было определить, на каком расстоянии он сможет заранее с точностью до сантиметра вычислить положение своего тела после перемещения. И определить максимальную дальность светового рывка.

Со вторым возникли трудности. Нельзя было определить расстояние без привязки к другим объектам, а в небе их просто не было. Ранмаро совершил двенадцать рывков и не смог понять разницу между ними в метрическом отношении. Просто один был самым длинным, другой короче, третий еще короче, но чуть-чуть…

Пора было возвращаться.

Ран попытался найти взглядом руины замка Столсанга, но вместо каменистого плато увидел берег. Со стороны моря.

То есть пытаясь высмотреть лагерь, он стремительно падал в сторону серо-синей морской глади. Причем он смотрел на берег, имея солнце за своей спиной.

Совершенно растерянный, Ранмаро попытался переместиться прямо на кромку пляжа — и оказался в холодной морской воде. Ее еще не успело прогреть утреннее солнце. Судя по высоте светила над горизонтом, было примерно восемь утра. И Ран никак не мог понять, как так получилось. Куда пропали предрассветные часы и почему он на восточном побережье, если побережье Векилах — западное? То есть, он сейчас либо на восточном побережье Судо — не заметил, как пересек континет — либо на восточном побережье Дакиэрро. Не заметил океана, значит.

Видимо, стоит осторожнее использовать Рыцаря Света.

Выбравшись из воды, Ран с облегчением упал на крупную зеленую гальку пляжа и посмотрел на небо. Синее и безоблачное. А потому смотреть было особо и больше не на что. И от рефлексий парня уже начало слегка подташнивать.

Зачерпнув ладонью горсть отполированных водой камней, он не глядя перебрал их и высыпал, оставив самый крупный. Поднес к глазам и внимательно рассмотрел.

Нефрит.

Ранмаро поднялся на ноги и присмотрелся к пляжной гальке внимательнее. Она вся оказалась нефритовой. Зеленая с редкими серыми и белыми вкраплениями. И эта широкая полоса нефрита тянулась с юго-запада на северо-восток на совершенно неопределенное расстояние. Ран мог сказать только, что километры. Возможно, десятки километров.

К сожалению, он не мог сказать, в какой части Эдема находится многокилометровый нефритовый пляж.

Еще он успел рассмотреть с высоты скалистую гряду, которая теперь нависала над пляжем многометровой серой стеной. Местами она была покрыта зелеными пятнами упрямой растительности — низкорослые деревья и кустарник порой взбираются на отвесные склоны, а здесь и человек может вскарабкаться наверх без альпинистского снаряжения.

Ранмаро решил было снова подняться в небо, но новое обращение к силе Рыцаря Света отозвалось дрожью в коленях. Накатила тяжелая усталость, мышцы окаменели. Подступившая сонливость уговаривала опуститься обратно на удобную гальку и уснуть прямо здесь, в мокрой одежде под прохладным морским бризом.

Тряхнув головой, Ран отогнал прочь подступившую апатию, и для начала направился в сторону небольшой рощи у подножия скалы. Там он разведет костер и высушит одежду. Может быть, даже найдет что перекусить. А птом займется поиском обратной дороги.

Так и поступил. Собрал груду сухих веток и кусков коры и начал эксперименты с воздухом. Ведь как добывается огонь? Можно высечь искру, можно трением нагреть горючий материал. А еще можно нагреть воздух до такой степени, что он начнет обугливать дерево. Последний вариант для Рана был самым простым, ведь его мистическая способность предполагает не только управление движением и плотностью воздуха, но и его температурой. Сложнее только управление составом атмосферной смеси — отделение кислорода от азота и углекислого газа. Но однажды он освоит и эту сторону мистического искусства.