Чтение онлайн

А невдалеке от берега виднелся остров, на котором…

— Регулус! — сдавленно крикнул Снейп. — Держись!

Человеческая фигура отшатнулась от кромки воды и медленно осела.

— Тут должна быть лодка, — предположил Снейп. — Если домовик не мог перенести его на остров…

— Он меня не мог перенести, — прогудел Андрей-Хагрид и задумчиво посмотрел на свои ноги. А потом махнул рукой и пошел в сторону острова, надеясь, что его роста будет достаточно. Озеро действительно оказалось неглубоким.

Инферналы набросились на него сплошной волной, но тут не выдержал Снейп. Огневая поддержка помогла: покойники отстали. И вот Хагрид уже возвращается с бесчувственным Регулусом на руках.

Им приходится бежать — озеро постепенно начало вести себя заодно с его инферналами, так, будто сама вода хотела поглотить их, забрать их тепло. Летящие брызги обжигали холодом, сковывая движения, и только когда они выскочили на свет, получилось просто вздохнуть. Но останавливаться было нельзя — из глубины пещеры послышался шум, словно двигалась огромная волна.

— Полная антисанитария, надо исправить, — выдавил сухой смешок Андрей, уложив свою ношу на кажущиеся ему теперь теплыми камни на берегу. Снейп уже стоял с палочкой наизготовку:

— Адес…

— Стоп! Бомбарда! — две здоровенные глыбы завалили проход.

— В щель! — Андрей подскочил к ближайшей трещине, как и Северус — с другой стороны.

— Адеско файр!

Они отступили и еще раз обрушили выход, Хагрид подхватил Регулуса и Кричера, отпрыгивая как можно дальше, а из пещеры вылилась струя раскаленной лавы, как из действующего вулкана. Им пришлось неоднократно повторить «Финитэ» прежде, чем все наконец улеглось, но и после этого напряжение отпустило их далеко не сразу.

— Ну во-о-от, ай да мы, — с довольным вздохом протянул Хагрид, оборачиваясь к Снейпу и тут же изменился в лице. — Северус! Северус!

Тот продолжал сидеть, не реагируя ни на что, а его кожа постепенно начинала принимать тот же синеватый оттенок, что и лежащий между ними Регулус Блэк.

«Отравили! — пронеслось в голове у Андрея. — Что делать? Как спасти?!»

Он вскочил, схватил Снейпа за руки, но тот даже не моргнул, глядя в никуда остановившимися как у мертвеца глазами.

«Не отдам!» — Андрей услышал скрип собственных зубов, резко отозвавшийся в ушах, и это его немного отрезвило.

Он едва не аппарировал прямиком в Хогвартс, чтобы добраться до директорской птички, и ему было плевать на все, что после этого будет… но так нельзя. Сначала… Он протянул руку к шее Северуса — пальцы странно подрагивали, но артерию он нашел быстро. Тук. Тук. Тук. Пульс был медленным, но ровным. И главное — был! Вот медленно поднялась грудная клетка, почти незаметно, если бы он не положил на нее другую ладонь. Жив.

Он посмотрел на Блэка и тоже заметил, как медленно, словно нехотя вздымается его грудь. Если он смог продержаться несколько дней, то и Снейп, наверное сможет. Должен смочь!

Андрей сосредоточился и закрыл лицо руками, вспоминая ту самую дверь, причинившую им немало хлопот. Картина расплывалась, словно марево, но постепенно он заставлял ее становиться все четче и четче.

А потом обнаружил себя, размахивающего розовым зонтиком и рьяно убеждающего Снейпа и Блэка держаться во что бы то ни стало, потому что это очень нужно, потому что там их ждут… потому что Гарри скоро проснется, и что они там устроят с неистовой и больной на всю голову бабой Валей, непонятно, поэтому надо собраться и надо на Гриммо, Гриммо двенадцать, надо скорее, пока не проснулись, надо… домой, Регулус, домой, все закончилось…

Как и боялся Андрей, Гарри проснулся первым. Никого не увидел, кроме спящей леди и, естественно, потопал к ней…

Вальбурга выплывала словно из небытия. А что вы хотите, дважды за день кондратий приобнял! Но детские ладошки на своем лице она ощутила. И замерла, не веря самой себе. Не может быть… Ее волосами любил играться ее первенец, ее маленький Сириус, самый любимый, самый красивый, самый талантливый… Горло перехватило, и она открыла глаза.

Это был не сон, но это был и не Сириус, а его маленький крестник. Малыш смотрел сурово, и она почувствовала запах — им нужно заняться.

— Кричер! — проскрипела она.

Домовик не отозвался. Не отозвался он и на прямой приказ заняться Гарри.

Пришлось разбираться самой. Колдовство получалось с трудом, словно она пробивалась через толстый слой воды, в ушах шумело, голова была ватной, но внутри от присутствия ребенка разливалось давно забытое тепло.

Пока малыш здесь, она справится.

Каша немного подгорела — все же леди кухней не занималась несколько десятков лет, а точнее, с тех пор как закончила школьное обучение — тогда ее учили и всем домашним делам, что она с трудом терпела… Но усадить Гарри поесть ей не удалось.

— Мама! — требовательно заявил малыш и отправился в коридор.

А потом начал открывать одну дверь за другой, все так же зовя «маму». О, Вальбурга прекрасно поняла, кого малыш ищет! Но ни отвлечь, ни хоть как-то повлиять на него у нее не получалось.

«А ведь они ушли за Регом, — подумала она. — За телом Регулуса, — поправила она сама себя, и на глаза навернулись слезы. Хотелось завыть, благо никто не видел, а малыш не скажет, но по щекам только пробежали две мокрые дорожки.

Гарри уселся на верхней ступеньке лестницы — там, где она впервые увидела незваных гостей, и ей ничего не оставалось, как устроиться рядом — хотя бы проследить, чтобы ребенок не упал. Нет, она попыталась развлечь его с помощью того самого ифрита, но малыш даже не посмотрел в его сторону, заизвивался, не желая оставаться у нее на руках, и, конечно, добился своего.

Долг… У нее долг жизни и долг смерти перед этим… Хагридом. Это неимоверно раздражало ее. Раньше. Признать такой долг перед волшебником, пусть и полукровкой, было намного легче, но Хагрид… ее аж передергивало, едва она слышала его голос. А теперь все это казалось просто очень, очень странным, словно негодование понемногу отпускало, было уже не таким яростным — оставалась лишь досада, в том числе на себя саму. Нет… Благородные леди себя так не ведут.

«Гарри, кажется, собрался просидеть на этом месте всю оставшуюся жизнь», — подумала она, когда тот опять проигнорировал все ее попытки: ребенок не хотел ни есть, ни играть, ни, кажется, вообще двигаться. Да, просто ей не будет — поняла она наконец. И в последний раз позвала старого слугу…

Дом вздрогнул, когда внутри него обрушилось… нечто. В прихожей хрупнула троллья нога вместе со старыми зонтами, Гарри с торжествующим воплем бросился вниз, споткнулся, полетел, она — за ним, так что приземлились они прямо в кучу из четырех тел, но совсем не мягко, по крайней мере, Вальбурга ощутила исключительно кости… А когда встала — ахнула.

Более-менее напоминал живого только полувеликан, обнимающий, словно огромный букет, тело ее сына, тело Снейпа и бесчувственного Кричера и детский розовый зонтик. Хагрид выдохнул, закрыл глаза и отвалился, больше ни на что не реагируя.