Чтение онлайн

Длительность операций находится в тесной зависимости от количества и темпа накопления у обороны новых сил. Если резервы начнут прибывать немедленно и в достаточном количестве, то операция может вступить в новую фазу и затянуться на очень длительный срок, примерно как это имело место в мартовском наступлении германцев 1918 г. Союзники вступили в эту операцию, располагая огромным количеством свободных резервов. Из 175 пехотных дивизий, которыми они располагали к этому времени, 61 (свыше 30%) находилась в резервах в ближайшем и глубоком тылу. Союзники располагали в своем тылу мощной железнодорожной сетью, которая позволяла ежедневно подавать в район завязавшихся боев до 290{60} поездов, и, кроме того, огромным автомобильным транспортом. Это позволило подавать резервы в район прорыва с большим темпом. Бои начались 21 марта, а через 6 дней (к 27 марта) в район 3-й и 5-й английских армий прибыло 10 пехотных, 2 кавалерийских и 1 спешенная кавалерийская дивизия целиком и, кроме того, головные части новых 6 пехотных дивизий. Число переброшенных в район прорыва войск к концу операции (5 апреля) достигло огромной цифры: 40 пехотных и 3 кавалерийских дивизий, 20 артиллерийских полков. Для управления этой массой новых войск одновременно было переброшено 15 штабов корпусов, 2 штаба армий и 1 штаб фронта (группы армий). Операция затянулась на [150] неимоверно длительный срок (более 10 дней), потребовала с обеих сторон ввода в дело огромной массы войск, но не привела к сдвигу фронта обороны и оборвалась.

Совершенно иной оборот принимают боевые действия, когда оборона не располагает большим количеством свободных резервов или когда у нее нет возможности быстрой подачи войск в "район операции (ограниченные транспортные средства), как это имело место у союзников после пограничного сражения в 1914 г. или у поляков после июльского наступления нашего западного фронта в 1920 г.

В 1914 г. во время наступления немцев через Бельгию рокировка сил у французов шла гораздо медленнее, чем в 1918 г. От начала операции и до конца пограничного сражения к левому флангу французских армий было переброшено по железной дороге только 2 корпуса и, кроме того, походом еще некоторые части. Общее усиление 5-й и 4-й французских армий до конца пограничного сражения не превосходило 3 корпусов и 3 кавалерийских дивизий. Эти новые силы по своей малочисленности не смогли повлиять на ход операции — ни достигнуть перелома, ни на очень долго затянуть операцию. Пограничное сражение закончилось 26 августа, в момент, когда была преодолена глубина расположения тех войск, которые с самого начала находились в районе операции.

Темп подачи резервов у поляков в 1920 г. был еще медленнее. Они не имели совершенно свободных сил и должны были пользоваться железнодорожной сетью, расстроенной еще в мировую войну. Поэтому июльская операция западного фронта свелась к преодолеванию сопротивления только тех частей, которые находились непосредственно на фронте.

Имеются все предпосылки для увеличения в будущем длительности операций. Проводящееся уже теперь увеличение количества пулеметов во всех современных армиях и тенденция дальнейшей автоматизации пехотного оружия в значительной степени увеличивают сопротивляемость пехоты и делают оборону более [151] устойчивой и длительной. Недостаток артиллерийских средств, на который мы не раз указывали, всегда будет вредно влиять на обеспечение артиллерийской атаки. Всякая нехватка в средствах подавления, всякое сокращение нормы обеспечения артиллерией атакующих войск будут сопряжены с удлинением срока, в который пехота сумеет преодолеть сопротивление обороны. В сильной степени в будущем осложнится процесс прерывания оборонительного расположения противника и по причине неудовлетворительного разрешения до сих пор вопроса об орудиях сопровождения пехоты во время атаки. Наступление немцев в 1918 г. затянулось в значительной степени из-за кризиса в этих средствах. Войсковая артиллерия на конской тяге была бессильна следовать за пехотой с таким темпом и находиться от нее в такой близости, которые обеспечивали бы пехоте своевременную и достаточную поддержку. В первые же дни боев убыль в конском составе оказалась настолько велика, что артиллерия потеряла требуемую тактическую подвижность и отстала от пехоты. Наступающая же пехота, предоставленная самой себе, не обеспеченная артиллерией в достаточном количестве, несла огромные потери, быстро изматывалась и не смогла справиться с пулеметами обороны.

Все восточноевропейские армии имеют теперь очень незначительное количество танков. Оперативное значение имеющегося количества ничтожно. Таким образом, существующий недостаток в средствах подавления еще более усиливается. Наконец, по сравнению с 1920 г. резко изменились и условия железнодорожного транспорта. Состояние транспорта в 1920 г. и у нас и у поляков исключало возможность каких-нибудь крупных оперативных перебросок. Дивизии, перебрасывавшиеся по железной дороге в ходе операций в район прорыва, исчисляются единицами. В настоящее время состояние железнодорожного транспорта позволяет подавать с тыла на франт протяжением в 100—120 км не менее 2—3 дивизий в сутки, В течение одной недели можно перебросить в район решительных действий от 1/4 до 1/3 всех вооруженных сил Польши. [152]

Все это в совокупности (усиление средств обороны, недостаток в средствах подавления, кризис в средствах сопровождения пехоты во время атаки, улучшившиеся условия ж.-д. маневра) обещает делать будущие операции более продолжительными и трудными. По своему характеру эти операции при современном количестве танков и при той материальной части (стрелковой артиллерии), которая имеется теперь в восточноевропейских армиях, будут более походить на медленно развивающиеся действия 1918 г., чем на полные напора и маневренности действия германцев в 1914 г. или действия Красной Армии в 1920 г. При нынешнем соотношении между средствами обороны и средствами подавления вообще и сопровождения пехоты в бою в частности количество безуспешных атак, захлебнувшихся наступлений, безрезультатных и сопряженных с большими потерями операций будет больше, чем даже в старой царской армии во время мировой войны. Только в результате увеличения средств подавления, введения в дело большого количества танков, проведения широкой моторизации войск темп развития операции может подняться до уровня 1914 г.

Ширина фронта наступления

При современной протяженности фронтов миллионных армий и устойчивости обороны нельзя добиться взлома этих фронтов прорывами на узком участке.

Удар на узком участке, хотя и проведенный на всю глубину оперативного фронта, задевает очень незначительную часть неприятельских сил Остаются незадетыми как те силы, которые расположены на всем остальном огромном фронте, так и многочисленные резервы, находящиеся в ближайшем и глубоком тылу. Эти силы успевают не только образовать вокруг прорвавшихся войск наступающего новый фронт, но и организовать против них контрудар. [153]

Ярким примером беспомощности таких прорывов служит весь опыт позиционного периода мировой войны и, в частности, мартовское наступление немцев в 1918 г. в Пикардии. В этом сражении немцы, имея общий фронт протяжением 730 км, для прорыва избрали участок в 80 км. Из 175 пехотных дивизий, которыми к этому времени располагали союзники, на участке атаки стояло всего 29 пехотных дивизий. Из остальных войск 85 пехотных дивизий занимали остальной фронт, а 61 пехотная дивизия находилась в резерве. Германское наступление, предпринятое с большим превосходством в силах, имело успех и вклинилось в расположение противника до 55—60 км и, несмотря на это, не могло привести к сдвигу хотя бы соседних с районом прорыва участков. Свободных сил у союзников оказалось настолько много, что они сумели подвозом в район прорыва до 40 пехотных, 3 кавалерийских дивизий и 20 артиллерийских полков локализовать этот прорыв. Такая же участь постигла и последующие наступления немцев в мае и июле 1918 г.

В настоящее время, когда роль железных дорог на войне сильно возросла, когда есть возможность в течение 3—5 дней перебросить к слабому участку фронта до 10—15 дивизий с большим количеством артиллерии и специальных пулеметных частей, производство крупных прорывов в высшей степени осложнилось. Прорыв может рассчитывать на успех только в том случае, если он свяжет значительную часть неприятельских сил, занимающих данный фронт, и если направление удара выбрано таким образом, что выводит прорывающиеся войска в выгодное оперативное положение по отношению к остальному фронту неприятеля, если выводит ударную группировку наступающего на пути, откуда возможно развитие удара по флангу и тылу непосредственно не задетого наступлением неприятельского фронта.

Для того чтобы лишить противника возможности широкого маневра резервами, необходимо, чтобы первый удар задел не менее 1/2 , минимум 1/3 неприятельских сил, занимающих данный фронт. Для этого фронт [154] атаки должен быть настолько широким, чтобы образовавшийся в результате ее прорыв для своей ликвидации потребовал силы, равной еще одной трети или второй половины его войск. Естественно, что такой маневр, такая перегруппировка сил обороны потребует много времени, и потому его нельзя проделать без большого отскока всего фронта назад.

Фронт атаки в пограничном сражении доходил до 120 км (из 340 км всего англо-французского фронта) и захватывал 3 французских (ив 5) и всю английскую армии. Наше наступление в 1920 г. имело ширину главной атаки в 140 км (из 500 км всего фронта севернее Припяти) и задевало половину польских сил, оборонявшихся севернее Полесья (8 из 16 пехотных дивизий).

В 1918 г. наступление союзников увенчалось успехом в значительной степени благодаря тому, что оно захватило почти весь фронт германской армии.

В будущем нельзя рассчитывать, что одной ударной армией можно будет добиться успеха, окажем, на Галицийском или Белорусском участке советско-польской границы.

Одна ударная армия может решительно атаковать только на участке 25—30 км. Это по отношению к 400 км фронта — буквально булавочный укол. Такая операция может иметь только ограниченные, местные цели.

Для решительного успеха на фронтах указанной выше протяженности требуется атака на участке не менее 150-200 км, для чего нужно развернуть силы, исчисляемые только в 1-м эшелоне полсотней и более дивизий.