Чтение онлайн

Вернулся домой к родной семье с каким-то волнением как после долгой разлуки, разглядывал и вспоминал знакомые окрестности, свое детство. С отцом и сестренкой встретился с душевной теплотой, много говорили, делились впечатлениями и планами. Отца по службе повысили, этим летом присвоили звание майора и назначили начальником штаба батальона. Сестренка перешла в десятый класс, учеба ей дается без особых трудностей, в дневнике одни пятерки и четверки. Собирается после школы поступать в педагогический университет в Алмате, хочет в большой город, хотя такой же есть в нашем городе. О своих планах сказал, что поживу дома год, дальше будет видно, о возможной перемене ВУЗа и будущей профессии не стал говорить, мне надо самому определиться с ними. Так и решили, все по утрам уходили на службу и учебу, я дома оставался один, много размышлял, о своем месте в этой жизни, сравнивал с прежней, строил умозаключения и планы.

Понемногу произошел сдвиг в работе со своей энергетикой, что-то стало получаться, появилось видение поля и внутреннего строения, мог проверить свое состояние. Как-то влиять на него пока не могу, но, думаю, в будущем при должной подготовке такое мне будет по силам. Признаю себе, мое собственное тело существенно уступает по способностям прежнему, Ивана, но не безнадежно, какой-то дар имеется, надо его только хорошо развить, чем я усердно занимался каждый день. К весне я уже мог управлять своей энергетикой, а также влиять на поле других, пусть и в малой степени. Даже принялся исподволь лечить своих близких и окружающих, причем с заметным успехом. Прежняя богатая практика лекарства дала результат в новом теле, постепенно я пришел к мысли и впредь, уже профессионально, заниматься врачебной деятельностью, о чем сообщил своим родным, немало удивив их.

С этого дня стал целенаправленно готовиться к поступлению в медуниверситет, также в Алмате, как и мой политех. То, что я, поступая в медВУЗ на первый курс, теряю еще год, меня не тревожило, как и семилетний срок обучения, считая с ординатурой. Года пройдут быстро, а нужное дело останется на долгую жизнь, это понимание приходит с возрастом, чем я и руководствовался. Занимался по школьной программе предметов, сдаваемых на вступительных экзаменах, дополнительно изучал медицинские издания для первокурсников. Занятия шли быстро, растущие способности сказались на усвоении материала, после одного прочтения он буквально впечатывалось в мою память, я видел каждую страницу учебника. В конце июля выехал в Алматы, подал в приемную комиссию документы для поступление - аттестат, справку о прохождении ЕНТ, а также зачетную книжку политеха, некоторые общеобразовательные предметы могут зачесть в новом ВУЗе.

Экзамены сдал успешно, по химии и биологии на отлично, сочинение по русскому зыку и литературе на четверку. На собеседовании поразил членов комиссии знаниями анатомии, один из них, старый профессор, увлекся, стал гонять меня по другим предметам первого курса - латинскому языку, истории медицины и фармации, гистология, а потом перешел на предмет второго курса - пропедевтику внутренних болезней. Без каких-либо обсуждений комиссия единодушно высказалась за зачисление меня на первый курс, профессор даже выразил мнение о возможности приема на второй курс. Такое обычно не практикуется в медВУЗах, только в виде исключения, по-видимому, профессор посчитал дело со мной именно таким. В сентябре приступил к занятиям по предметам, уже изученным мною, больше времени отводил практическим занятиям, в том числе в анатомическом театре, которого многие первокурсники боятся как огня, у некоторых непереносимость к виду трупов. Меня, привыкшего в прошлой жизни к самым страшным ранам, подобная проблема не беспокоила, спокойно часами занимался в анатомичке, даже ассистировал преподавателю.

Так неспешно, год за годом, прошло мое обучение в университете, на четвертом курсе выбрал специализацию - психиатрию и психотерапию. На факультативных занятиях увлекся исследованиями особых способностей человека, называемых современной наукой паранормальными - предвидением, телепатией, психокинетикой, левитацией. На практике в лечебных учреждениях незаметно для других проводил сеансы своих воздействий на самых трудных больных, зачастую с неплохим результатам, лечащиеся врачи поражались сдвигам в состоянии подопечных, считавшихся безнадежными. После шестого курса защитил дипломный проект по близкой мне теме - психосенсорные реакции и расстройства, еще год проходил ординатуру в одной из больниц города. Уже полноценным врачом-психиатром поступил на работу в центр психического здоровья, более свободно проводил с закрепленными за мной подопечными свое лечение.

К своим 27 годам так и не женился, несмотря на уговоры мамы, других родственников. Не скажу, что я сторонился женской половины, напротив, меня укоряли излишней любвеобильностью, мол, ни одной юбки не пропустит, но такую близкую моей душе, как Ксения, девушку не встретил. Потом подался настоянию мамы, женился на Сашеньке, скромной и миловидной дочери ее подруги, мы с ней прожили в ладе долгую жизнь, родили троих детей, дождались от них внуков. Все считали нас счастливой парой, но Сашенька мучилась, не подавая вида другим. Я не старался лукавить с ней, прямо признался, что у меня к ней особой любви нет, только доброе отношение, как к близкому другу. Сама же Сашенька отдалась любви ко мне самозабвенно, ее чувство с годами не ослабло, вызывая во мне чувство признательности, но и досады на себе, сам я не мог ответить ей тем же самым. К тому же грешил супружескими изменами, о которых Сашеньке исправно сообщали доброжелатели, но ни слова укора я от нее не услышал, стойко несла крест беззаветной любви.

Когда выдавалось свободное время, принимался за психологические опыты, как-то объясняющие мой дар. Пытался разобраться в его природе, отчего он зависит, можно ли поднять и расширить данные от природы способности. Некоторые эксперименты над собой и пациентами в условиях клиники давали надежду на успех, но продолжить не получалось, не хватало знаний, а, главное, из-за слабого уровня моего дара, у моих детей в прошлом мире был даже выше. Не оставлял попыток развить его, продумывал различные методики тренировки, таким долгим путем через многие годы упорных занятий достиг небольшого прогресса, на этом он остановился, несмотря на все старания. Но даже с такими способностями я мог успешно лечить психозы и неврозы, психопатию, эпилепсию, избавлять от наркомании и алкоголизма. Постепенно круг моих пациентов расширился, стал пользоваться среди них известностью, ко мне приезжали на лечение со всей республики, России, других стран.

Я ушел из диспансера и открыл собственную клинику, но не порвал связей с лечебными учреждениями, меня довольно часто приглашали на консультации и консилиумы. Не отказывал в помощи, советовал и наставлял коллег и молодых врачей, принимал на практику студентов из разных ВУЗов. По просьбе ректора своего альма-матер читал лекции по психиатрии, клинике и лечению острых психических заболеваний, вел практические занятия. Принял предложение о нештатной работе на кафедре психиатрии и поступлении в аспирантуру, учился сам и учил других. В установленный срок подготовил и защитил диссертацию, мне присвоили ученую степень кандидата медицинских наук. В подобных заботах шли годы, успевал проводить собственные операции и сеансы, учил сотрудников своей клиники, вел теоретические и практические занятия в университете и лечебных заведениях. Работа и благодарность спасенных мною пациентов приносили в мою душу удовлетворение, я был счастлив своим трудом, занимался им до преклонных лет, пока еще были силы, а голова не потеряла ясности ума.

Временами вспоминалась жизнь в далеком прошлом, перед глазами проходила моя юность в Сечи, боевые походы и сражения, добрым словом поминал наставника и Сирко, последующее гетманство и губернаторство, государь Федор Алексеевич, Петр, мои боевые товарищи. В первые годы после возвращения пытался найти отзвуки наших деяний в нынешней истории, но безуспешно, никаких следов, в книгах и трудах о тех временах все осталось как и прежде. Кроме поиска в информационной сети даже предпринял поездку в Украину, объездил и прошел своим ногами места прошлой жизни. Нашел могилу Сирко на Никопольщине, поклонился праху кошевого атамана. Побывал в Киеве, но прежней резиденции и своего дома в Подоле не нашел, на их месте бульвар с высотными зданиями. Из-за ностальгии, если так назвать мое чувство к ушедшей в небытие жизни, наведался в Подолию и Причерноморье, заехал в Умань, Очаков и Белгород-Днестровский (прежний Аккерман).

Иногда на ум приходила мысль, что мои воспоминания наваждение, бред находившего в коме больного, но после раздумья отвергал ее, не может быть в бреду такая ясная, со всеми деталями картина прошедших событий. Да и мои умения и способности переняты из реального опыта, больным воображением их не получить. Достоверного объяснения происшедшему так и не смог дать, только то, что развилки в истории нынешнего мира не произошло. Можно предположить версию о различных мирах нашей вселенной, чудесах мироздания или божественном провидении. Но все эти рассуждения из области фантазии и домыслов, никак не объяснимых наукой или логикой. Вера в бога, которой я искренне придерживался в прошлом, здесь стала для меня иррациональной, я пытался все объяснить строгим научным подходом, даже свои анормальные способности.

Постарели и тихо ушли из жизни мои родители, вначале отец, через пять лет и мать. Я часто проведывал их, поправлял их здоровье, оказывал возможное внимание, как-то скрашивающее их старость. Переселяться ко мне или Лене они отказались, остались жить в небольшом домике в пригороде Щучинска, где отец закончил службу в звании полковника. Сестра со своей семьей живет в одном городе со мной, так что особо приглядывать за стариками некому, но им нравился свой город, да и места там благодатные, курортная зона, наш задымленный и шумный город их никак не привлекал. До последних дней они оба сохраняли бодрый вид и ясную голову, успевали еще повозиться в своем небольшом огороде, выращивали зелень и овощи. После похорон отца я уговаривал маму поехать ко мне, но она твердила по прежнему, хочет остаться здесь, так и похоронил ее через годы рядом с отцом.