Чтение онлайн

– Знаю, что не боишься, – промурлыкал Джокер. – В том-то и проблема. Я просто не могу позволить, чтобы ты мелькала у них перед глазами и говорила все, что тебе вздумается. Они не должны думать, что я считаю тебя равной себе.

Харли в шоке уставилась на него.

– Это шутка?

– А мы смеемся?

– Нет.

– Значит, не шутка, – его рука легла ей на шею. – Если бы я шутил, ты бы уже хохотала вовсю, – он внезапно потянул ее за волосы, заставляя кивнуть. – Разве не так? Я же смешной? – Снова кивок. – Смешной?

– Очень смешной, – Харли попыталась улыбнуться сквозь боль его железной хватки.

– Отлично, тогда давай подведем итоги, – он разжал руку, откинулся в кресле и принялся загибать пальцы. – Никаких воздушных поцелуев, никаких объятий, никаких нежностей, кроме как за плотно закрытыми и запертыми дверями. Мои шестерки меня боятся, так что тебе тоже следует выглядеть слегка испуганной, словно ты не представляешь, что я сделаю в следующую минуту. А ты действительно не представляешь. Ты мне не ровня: я всегда буду выше тебя, и ты будешь делать то, что тебе прикажут. Я что-нибудь забыл?

Харли открыла было рот, чтобы возразить, но он не дал ей сказать ни слова.

– Ах да, вот еще что: это мой кабинет. Здесь я веду свои дела. У нас с тобой никаких дел нет, – он стряхнул ее с колен так, что она едва не упала. – Поэтому прекрати досаждать мне своими дурацкими девчачьими проблемами! Убирайся отсюда и не появляйся, пока не позову!

Харли бросилась к двери.

– Пошла вон! Вон! – орал Джокер ей вслед.

В соседней комнате сидели его люди, те, что в «костюмах», и те, что «мусорные баки». Ее встретили смешками. Разумеется, они все слышали. Харли выпрямилась, поправила одежду и, надув губы, обвела их взглядом, притворившись, что готова разрыдаться.

Увы, играть на публику почти не пришлось.

– Ребятки, вы не сердите его сегодня, – пробормотала она. – Он что-то не в настроении.

И бегом бросилась в спальню, слыша за спиной громкий хохот. Не похоже, чтобы они так уж боялись шефа. Хотя, вполне возможно, смех просто скрывал нарастающий ужас. Ей вспомнилась самая страшная ночь в ее жизни: она тоже тогда расхохоталась.

Харли захлопнула дверь, заперла ее на ключ и ничком повалилась на кровать.

«Можете ржать, сколько угодно, ребята, но он на самом деле не в духе».

Харли надеялась, что любимый оценит ее готовность подыграть ему, но почему-то подозревала, что надежды тщетны.

Когда Харли сжала в руках противень с шоколадным печеньем, она поняла, что видит сон. Во-первых, она никогда в жизни не пекла печенье, во-вторых, в их логове не нашлось бы столь роскошной белоснежной плиты с гигантской духовкой. У них и кухни-то не было! Тем более такой: залитой солнечным светом, льющимся из огромных окон с видом на тихую, пригородную улочку.

Харли посмотрела на себя. Черно-красное платье обтягивал безукоризненно белый передник в оборочках, на ногах красовались мягкие бордовые тапочки с пушистыми черными помпонами. Она выпрямилась и невольно улыбнулась, услышав, как тренькнули колокольчики. Джун Кливер пылесосила квартиру в жемчугах, так почему бы Харли не печь печенье в шапке с колокольчиками? Может быть, если прислушаться, она услышит смех за кадром, как в шоу Джун?

Вместо смешков до нее донеслись детские голоса. Маленькая девочка кричала и жаловалась на брата, который гонялся за ней по гостиной. Харли обернулась. На девочке оказалась миниатюрная версия ее собственного клоунского наряда, включая шапочку и колокольчики, а мальчик брызгал на нее чем-то из огромного искусственного цветка, прикрепленного к его рубашке.

– Папочка, папочка, он меня отравил! – кричала девочка.

Ее любимый нежился с газетой в шезлонге посреди гостиной, заваленной полусобранными бомбами и разнокалиберными пилами.

– А ты его тоже отрави, солнышко! – весело посоветовал Джокер.

На висках у него пробивалась седина, на носу томились очки для чтения, но он был все так же хорош собой. Джокер встряхнул газету. Заголовок на первой странице гласил:

ТЫСЯЧИ ПОГИБШИХ В РЕЗУЛЬТАТЕ

ЗАГАДОЧНОГО ВЗРЫВА НА ТУАЛЕТНОЙ ФАБРИКЕ

Память услужливо подсказала ей, что это они вдвоем с Джокером взорвали фабрику как раз в тот день, когда управление контроля качества проводило испытания новой модели.

Седина на висках придавала Джокеру аристократический, если не царственный вид. Клоун-принц преступного мира и Харли – его королева-консорт.

На глаза ей навернулись слезы радости.

В следующий миг девушка уже глядела в знакомый, темный потолок. Еще никогда Харли не испытывала подобного счастья. Неважно, что ей приснился сон! Ощущение теплоты оставалось настоящим. Ей повезло: большая часть людей проживала жизнь, ни разу не испытав подобного чувства.

Харли повернулась и протянула руку, чтобы обнять своего зайчика. Рядом никого не оказалось. Она вздохнула. Должно быть, сладкий опять сидит в кабинете, изобретая гениальный план отмщения Бэтмену. Надо бы сходить к нему, принести чашку какао (кроме какао в мизерной кладовке за задернутыми занавесками почти ничего не было).

И тут вдруг Харли вспомнила, что Джокер приказал ей не портить его имидж в присутствии подчиненных. Джокер ведь так ее любит! Нечестно заставлять его ругаться лишь для того, чтобы выглядеть сильным в глазах подчиненный. Она не хотела огорчать любимого.

Найдя клочок бумаги и ручку, Харлин нацарапала «Разбуди меня» и положила записку на его подушку.

Он не разбудил.

Жизнь продолжалась.

И продолжалась.

26

Моисей заставил воды Красного моря расступиться, но куда ему до Бэтмена в час-пик в центре Готэма? Моисей рассчитывал только на посох и помощь свыше, а у Бэтмена имелся Бэтмобиль.

Двигатель Бэтмобиля издавал легко узнаваемое дребезжание: низкий тон, разрезающий шум движения. Люди по-разному описывали этот звук: мощный, настойчивый, целеустремленный. Автомехаников Готэма нередко просили сделать так, чтобы двигатель гибрида звучал аналогично, на что механики предлагали проигрывать запись двигателя Бэтмобиля (ходили слухи, что самым скачиваемым треком на Амазоне и iTunes являлся как раз звук мчащегося автомобиля Бэтмена на высшей скорости).

Но в основном жители Готэма видели Бэтмобиль в новостях или на Ютьюбе. Большинство записей были сделаны в темное время суток: Бэтмен, как и летучие мыши, охотился ночью. Поэтому, когда Бэтмобиль появился в самом центре Готэма в середине дня, движение на улице и на тротуарах полностью встало. Люди схватились за телефоны. Для них происходило воистину уникальное событие.

Бэтмен выскочил из автомобиля и выстрелил тросом с крюком, целясь в козырек крыши ближайшего здания. Скользнув над головами потрясенных пешеходов, замерших перед «Лучшим Дели Катца» («Зайди, подзакуси!»), супергерой взлетел вверх и скрылся за парапетом. Одна из женщин на улице потом клялась, что порыв ветра от его плаща взъерошил ей волосы. Вертолет Седьмого канала продолжал за ним следить, и следующие два дня они без конца транслировали репортаж о том, как Бэтмен мчится, перепрыгивая с одной крыши на другую, и спускается по стене здания Кули.