Чтение онлайн

— Никакой Госпожи Номуры? — Я взглянула на него, когда последовала тишина, задаваясь вопросом, поднялся ли он и ушел, оставив меня. Его лицо было омрачено печалью. — Извините, это было невежливо. У меня быстрый язык, он говорит всякую ерунду, прежде чем мой мозг успевает остановить его.

Намек на веселье прорвался сквозь облака, прежде чем они снова сошлись вместе, на его лице.

— Это справедливый вопрос. К сожалению, моя жена умерла несколько лет назад. Она была одаренной женщиной с любовью к археологии — это была ее работа, и она постоянно исследовала, помогая глобальному магическому отделу артефактов в их поисках мощных объектов. Она пропала на раскопках в Антарктиде, ища остатки тайника, который был похоронен древним магом, и они нашли ее тело месяц спустя, под снегом. Должно быть, лавина застала ее врасплох, и она не смогла выбраться.

— Мне очень жаль. — Вот почему ты не задаешь личных вопросов! Я пожалела, что не держала рот на замке.

— Это было сложное время. Я никогда не знал такого горя, — спокойно ответил он. Примерно в это же время я открыл для себя медитацию и провел год с Эйфориками. Мой сын пошел со мной. Возможно, именно в этот момент он решил пойти по моему пути и излить свою боль во что-то конструктивное. Мне не нужно говорить тебе, как тяжело жить без родителей.

Я покачала головой.

— Да, это действительно паскудно.

— Ты когда-нибудь задумывалась о литературе? Ты так очаровательно умеешь обращаться со словами, — поддразнил он меня.

— Люди постоянно твердят мне об этом, — ответила я, радуясь тому, что напряжение спало. Я больше не могла выносить печаль, хотя боль, исходившая от него, была вполне ощутимой, и не только из-за моих эмпатических способностей. Он носил каждое воспоминание об этом на своем открытом лице, его закрытые глаза мерцали.

— Даже сейчас мне кажется странным, что она не войдет в эту дверь. К этому невозможному отсутствию труднее всего привыкнуть, — сказал он. — Теперь я чувствую это к Джасинте. Мы с ней обычно проводили послеобеденные часы за чаем и обсуждали глобальные проблемы. Это кажется таким абсурдным, что она никогда больше не постучится в эту дверь и не присоединится ко мне в моей медитации.

Я отхлебнула чаю.

— Может быть, ты расскажешь мне о ней? — Я слишком мало знала о ней, и это заставило меня почувствовать непреодолимое чувство вины и горя. Было уже немного поздно, но мне хотелось узнать больше.

— С удовольствием, — ответил он. — А ты знаешь, что в культуре аборигенов считается неуместным упоминать имя умершего после того, как он скончался?

— Я не знала.

— Они верят, что оно удерживает душу запертой в мире живых, не позволяя им вернуться в мир духов. — Он неглубоко вздохнул. — Во всяком случае, мы можем назвать ее имя, и я так и сделаю. Джасинта Паркс была яркой женщиной с дурным чувством юмора. Я помню, как однажды мы с ней сидели здесь до самого утра, пили саке и говорили о нашей юности. Я думал, что мои ребра могут сломаться, так сильно я смеялся. Она рассказывала мне историю о том, как случайно превратила бывшего бойфренда в ящерицу и вынуждена была прятать его, пока не придумала обратное заклинание. Отец вошел в ее комнату, и она засунула ящерицу себе под рубашку. Каждый раз, когда он выскакивал, ей приходилось толкать его обратно вниз, одновременно пытаясь завести с отцом разумный разговор о колледже. То, как она вела себя… Ты, вероятно, должна была быть там, но я никогда так много не смеялся за всю свою жизнь.

Я усмехнулась, представляя себе это.

— Она была добра, всегда помогала новичкам, особенно Астрид. Именно Джасинта взяла ее под свое крылышко, когда та появилась, робкая, как новорожденный жеребенок. И, честное слово, Джасинта была потрясающей кухаркой. Однажды она приготовила потрясающее рагу для Астрид, которая была больна гриппом. Я попытался стащить кусочек, ничего не мог с собой поделать, но она шлепнула меня по руке прежде, чем я успел сунуть ложку в рот. Вся комната отдыха персонала разразилась смехом, естественно, а я стояла там перед кастрюлей, без ложки и потрясенный.

— Похоже, она сильная женщина, — сказала я, улыбаясь. Номура всегда казался таким уравновешенным и собранным; я не могла себе представить, чтобы он стоял там в такой забавной манере, а сердитая Джасинта била его.

Он кивнул.

— Так оно и было. Даже когда этот монстр убил ее, я думаю, она сопротивлялась.

— Вы так думаете?

Номура кивнул.

— Джасинта всегда была бойцом. — Я слышала боль в его голосе, заставляя меня понять, насколько человечны были наставники, несмотря на их формальные, образовательные фасады. Это было похоже на встречу с учителем средней школы в торговом центре или в кино. Они любили, теряли, страдали, смеялись и жили, как и все мы.

— Я думаю, мы все хотели бы узнать ее получше, — ответила я.

— Она была очень высокого мнения о тебе.

— Она так говорила?

Он кивнул.

— Хотя она, скорее всего, переломала бы мне ноги за то, что я рассказал тебе о Сангвиническом заклинании.

— Я ничего не предприняла, если вы беспокоитесь.

— А я и не волнуюсь. Это зависит от тебя, как ты решишь использовать предоставленную тебе информацию. Однако я думаю, что мы все можем понять твое разочарование, связанное с подавителем, даже Элтон. Я просто могу признать, что это не так. Учитывая его роль в этом ковене, он не в состоянии изменить правила так же гибко, как другие.

— Эй, я не в том положении, чтобы болтать о всякой ерунде, — заверила я его.

За последние несколько дней я не слишком много размышляла о Сангвиническом заклинании и подавляющем разрыве, учитывая все остальное. К тому же, учитывая смерть Джасинты и побег Кецци, сейчас было не самое подходящее время нарушать правила. Отношение Элтона ко мне никогда не изменится, но мне нужно было выбрать момент более тщательно, на случай, если меня выгонят или сообщат об этом.

Я не могу потерять и эту семью тоже.

Глава 24.

Харли

На следующий день, с новой решимостью, я отправилась в запретную секцию, чтобы узнать больше о сангвинических заклинаниях. Например, что я должна была делать, когда у меня будет кровь? Неужели мне придется ее проглотить? Одной этой мысли было почти достаточно, чтобы заставить меня ждать, пока Кригер сделает операцию вместо меня. Если бы только у нас было на это время. К сожалению, у нас его не было.

Я остановилась на пороге библиотеки, пораженная фигурой, сидящей в дальнем конце комнаты, сгорбившись над книгой, не обращая внимания на мое присутствие. Луэлла… что она здесь делает? Она даже не должна была быть в состоянии войти. Я вспомнила о ее способностях, вспомнила те, которые мы еще не видели, чтобы она испытывала. Помимо того, что она была регентом, она обладала телепатическими и слуховыми способностями, хотя мы понятия не имели, насколько сильны были последние два. Мы все еще не видели никаких признаков ее телепатии, хотя эта способность, по самой своей природе, беспокоила меня. Это заставило меня понять, что чувствовали другие, когда я использовала свою эмпатию к ним.

Я прочистила горло.

— Луэлла?

Она удивленно подняла голову.

— Харли. Я тебя не видела.

— Тебе не следует здесь находиться, — сказала я.

— О, неужели? Я думала, что это просто библиотека. — Я пойду. Сожалею об этом.

Я улыбнулась.

— Не так быстро. А как ты сюда попала? У этого места есть пароль, который, как я полагаю, ты уже знаешь.

Ее лицо побледнело.

— Все в порядке, я не Элтон и не собираюсь доносить. Я просто хочу знать, что ты здесь делаешь… и как ты сюда попала.