Чтение онлайн

— Джейкоб вернулся, и с ним Айседора, — слабым голосом сказала я.

Он кивнул, явно обходя сложный вопрос. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы сказать его.

— Судя по тому, как на меня отреагировала остальная команда Отбросов, ты не рассказала им о сделке Кецци-Кэтрин-дети? Я ожидал услышать тираду, когда вы все вернетесь. — Он смущенно опустил подбородок на грудь.

— Я им об этом не рассказывала, но они должны знать, — просто ответила я. — Скорее раньше, чем позже. Ты не можешь играть на руку врагу, а затем скрывать все это, не с ними.

— А когда я потеряю свое место здесь?

Я пожала плечами.

— Тогда ты потеряешь свое место.

— А если кто-нибудь похуже займет мое место?

— Мы разберемся с этим, если дойдет до дела. Я не говорю, что ты должен рассказать всем, но ты точно должен рассказать команде Отбросов. Они заслуживают того, чтобы знать.

Элтон казался растерянным, его брови нахмурились в задумчивости.

— У меня есть немного времени, чтобы решить, как действовать дальше? Я не прошу тебя лгать ради меня, просто не говори ничего, пока я не придумаю, что мне делать. Мне очень жаль, что я вообще спрашиваю, но это необходимо прямо сейчас. Сейчас, когда ковен в смятении, мне нужно о многом подумать.

Как он собирается выбраться из этой ситуации? Мой отец никогда бы не отказался от своего места в ковене, ни за что. Он считал, что поступает правильно, защищая меня и возвращая детей. Мне было интересно, каково ему сейчас, ведь я все равно чуть не умерла. Я догадалась, что он, наконец, понял, что это была не самая лучшая идея. Однако это не означало, что он не будет бороться за то, чтобы сохранить свою должность директора. Я видела это по его лицу, взвешивание вариантов. Честно говоря, я этого и ожидала. Он был гордым человеком, который пользовался уважением, которое приходит с тем, чтобы быть директором. Ему будет нелегко сдаться, да я и не думала, что он это сделает. В любой другой день это не вызвало бы у меня ничего, кроме разочарования.

— Какое-то время я им ничего не скажу, — согласилась я. — Я дам тебе некоторое время, чтобы придумать свой собственный способ нарушить молчание, но это не бесконечное молчание. Ты не можешь просто взять и спрятать это под ковер.

Он кивнул.

— Я знаю.

— Я чувствую себя совершенно усталой, на самом деле. Я не выгоняю тебя или что-то в этом роде; я просто хочу спать.

Он улыбнулся и наклонился, целуя меня в лоб.

— Спокойной ночи, малышка.

— Ты не называл меня так уже много лет, — удивленно сказала я.

— Я скучаю по ней, — ответил он. — А теперь отдохни немного. Я вернусь через несколько часов и проверю, как ты там.

Я смотрела на него, пока он уходил, пытаясь найти в себе какое-то ностальгическое счастье от того, что меня снова назвали этим именем. Это напомнило мне о долгих автомобильных поездках, когда я была совсем маленькой, когда он вытаскивал меня из моего автокресла и нес на кровать. Это напомнило мне о том, как он читал мне сказки по ночам и как готовил выпечку в воскресенье днем. Он был ужасен в этом, но он сделал это, потому что я хотела. Это напомнило мне о счастливых временах, но я ничего не чувствовала. Я могла вспомнить эти воспоминания, но они не содержали никаких эмоций вообще. Я не могла плакать, не могла улыбаться, не могла смеяться. Мое сердце продолжало биться, но с таким же успехом оно могло быть мертвым.

Перевернувшись на другой бок, я закрыла глаза и натянула одеяло до подбородка. Как только темнота скользнула на мои веки, тысячи вопящих кошмаров ворвались в мою голову. Я снова попыталась открыть глаза, но они были крепко зажмурены. Я была поймана в ловушку мрака, затеряна среди окружающих меня душ. Я слышала голоса в черном забвении, умоляющие меня позволить им перейти в рай. Я слышала плеск воды где-то вдалеке и крики отчаявшихся, просящих пощады у моего отца, прося его вернуть их, как он сделал это со мной. Каким-то образом между преисподней и реальным миром открылась трещина, и я стала вратами.

Я вернулась не туда, я вернулась не туда, я вернулась не туда…

Мне потребовалось много времени, чтобы заснуть, а когда это случилось, я даже не была уверена, что сплю. Кошмары остались, и как я ни старалась, я не могла заставить свои глаза моргнуть, чтобы проснуться.

***

Если бы я могла, то заплакала бы при виде солнца, льющегося в окна лазарета и будящего меня. Кошмары были прогнаны прочь, и голоса исчезли, хотя я все еще не могла избавиться от странного, пустого чувства внутри. Похоже было, что сон не вернул утраченную часть меня. Она все еще была потеряна где-то там, где я не могла ее найти.

Чувствуя сильную боль, я свесила ноги с края кровати и выбралась наружу. Физически я была не так уж плоха: немного шаталась, но ничего не отслаивалось, и я явно не разлагалась. У меня была склонность зацикливаться на зомби-аспекте воскресших, учитывая, что я вроде как была одним из них. Разумная, более или менее полностью функционирующая, но, тем не менее, зомби. Я подошла к стулу в углу комнаты, где была разложена свежая одежда. Накинув ее, я подошла к двери своей больничной палаты и выглянула наружу. Там было пусто, если не считать одной одиноко вышагивающей фигуры.

Гарретт.

— О… ты уже встала, — сказал он, увидев меня.

— Да, я чувствую себя намного лучше.

— А что сказал доктор?

Я пожала плечами.

— Все мои тесты оказались отрицательными. Я, как говорится, в полном здравии, кроме воспоминаний об усталости и предсмертной смерти. — Я посмотрела на него. — Что ты здесь делаешь, Гарретт?

— Некоторое время назад к тебе приходил Элтон. Он сказал, что, если ты проснешься раньше десяти, я должен отвести тебя к нему в кабинет, но только если ты будешь в состоянии это сделать. Мне тоже нужно быть там, но я подумал, что подожду еще немного, прежде чем проведаю тебя. Я не хотел беспокоить тебя, если ты спишь. — Он выглядел взволнованным, проводя рукой по волосам.

Я молча кивнула.

— Нет проблем. Давай спустимся туда прямо сейчас.

— А тебе и не надо, если ты все еще плохо себя чувствуешь.

— Все в порядке, Гарретт. Со мной все будет в порядке.

Он подозрительно посмотрел на меня.

— Ты уверена? Ты выглядишь ошеломленной.

— Честно говоря, мне просто нужно прогуляться и проветрить голову. Если я снова почувствую себя плохо, то сразу же вернусь. — Я хотела пройти мимо него, но он схватил меня за руку и потянул назад.

— Мы можем поговорить минутку?

— О чем ты? — спросила я, совершенно измученная.

Он глубоко вздохнул.

— Ты. Я. Весь этот бардак.

— Ты очень ясно изложил свою точку зрения на этот вопрос. Нам больше не нужно об этом говорить.

— Астрид… вчера я нес на руках твой труп. Я держал тебя, и я молился любому богу, который послушался бы, чтобы удержать тебя в стране живых. Я умолял тебя держаться, — сказал он, и его лицо исказилось от боли. — Он мне кое-что показал. Это показало мне, что все остальное не имеет значения. Мы поссорились, у нас были большие проблемы, но я так забочусь о тебе. Я не хочу потерять тебя. Если мы сможем это исправить… ну, я хочу. Я думаю, что это стоит исправить.