Чтение онлайн

И эта противная слабость!

Я оказался чертовски немощным…

Настолько, что просто удерживать ложку в руке стоит мне неимоверных усилий.

А выматывающее душу бессилие от унижения, когда Харлоу, молча предложив свою помощь, кормила меня, не пряча накатывающих слез!

Еще и узнала у медсестер, как купать меня в постели.

Мне лишь оставалось смотреть во все глаза, как она, закусив губу, осторожно водит губкой по моему телу, избегая всякого зрительного контакта со мной…

Харлоу же и рассказала мне о Ханне, упомянув даже то, что мы с ней владели тоннами акций крупнейшей компании Эштона.

Все произошедшее со мной за последний год оказалось всего лишь несущественной деталью грандиозного плана.

Мои боль и разочарования, эти предательства, разорвавшие мне сердце…

Оказывается, это были небольшие жертвы ради избавления от Эштона, сопутствующие потери.

Даже ранен я был из-за своего упрямства.

Лишь потому, что пошел туда, чтобы спасти Харлоу.

Все ради Харлоу.

Но к жизни меня вернула кровь Люка, ее брата.

Как я относился к этому?

Мог ли я винить Хеммингсов в том, что со мной случилось?

Была ли их вина в том, что Эштон был настолько одержим своими идеями?

Харлоу…

Она сказала, что любит меня.

И Она же солгала мне.

Харлоу… Сестра той самой Ханны, чью жизнь разрушил Эштон. Но взамен старшая сестричка отыгралась на мне.

Харлоу… Дочь тех самых Стефани и Смита Хеммингсов, находившихся теперь под стражей опять же из-за Эштона.

Вся жизнь Хеммингсов наполнена ложью и интригами.

Отличалась ли Она от них?

Была ли чистой и наивной, как думал я? Или была такой же? Второй Ханной, но с невинными глазами?

Она ходила к руководству больницы и разговаривала с моими врачами, чтобы убедиться, что меня выпишут как можно скорее.

Она же упросила медсестру приходить каждый день обрабатывать рану в моем плече.

Она же следила, выполняю ли я все предписания врача, необходимые для моего выздоровления.

Она же разговаривала со мной.

Держала за руку.

Смотрела вместе со мной телевизор.

Читала мне книги, засыпая в кресле каждую ночь.

И Она же носила под сердцем моего ребенка.

Я увидел искру надежды в Ее глазах, когда Она сказала мне об этом и, черт, на секунду я тоже поверил в эту надежду…

Тем не менее, я оставался оглушенно невозмутимым, утратив веру в происходящее, отупев от боли.

…Я сгреб с тумбочки таблетки, и Харлоу помогла мне сесть.

Ее слова были стерильно острожными, и все, о чем она говорила, было строго по делу. Словно я не слышал, как она шептала каждую ночь «Я люблю тебя» перед тем, как уйти из моей комнаты.

– Я приготовлю тебе ванну.

Как же бесит, что без ее помощи я не могу даже выбраться из постели.

Погрузившись в воду, я откинулся назад, позволяя Харлоу намыливать мое тело руками, а не мочалкой, как обычно. Казалось, что каждым прикосновением она пытается извиниться, признавая свою вину.

И мне не нравится, что она чувствует себя виноватой.

– Через пару минут Найл будет здесь, - сообщила она тихо, медленно обтирая меня, выползшего из ванной, полотенцем.

Я молча стоял с закрытыми глазами, явно наслаждаясь тем, что она делала.

Тем, от чего и мой член пришел в боевую готовность.

И я знал, что она видела это, но ничего не сказала.

До сих пор я был чертовски слаб, чтобы что-то делать.

Обессилен, чтобы даже говорить или думать о чем-либо…

Так, что даже не запротестовал, когда Харлоу положила на кровать пару боксеров и пижамные штаны. И на время смирился с тем фактом, что стал похож на беспомощного ребенка, пока она помогала мне одеться.

С трудом, но всё же мне удалось натянуть на себя черную майку.

Любое движение больной рукой заставляло меня стискивать зубы, так что процесс надевания чего-то другого причинил бы адскую боль.

Лишь сев на кровать, я заметил, что кто-то успел сменить мне постельное белье.

– Мардж сделала это, пока мы были в ванной, - сказала Харлоу, едва заметно улыбнувшись, прежде чем выражение ее лица снова стало настороженным и недоверчивым.

Я дотронулся до ее руки.

Такой маленькой, такой теплой.

Я поцеловал ее ладонь, и она испустила вздох, который так долго удерживала в груди.

– Я ничего не прерываю? – в комнату заглянул Найл, и Харлоу отдернула свою руку.

Но я был рад его видеть. Он руководил компанией вместо меня и, кроме того, был моим единственным другом в этот момент.

– Пойду, поговорю с Мардж, - Харлоу обняла гостя в знак приветствия. – Буду рада, если ты останешься на ужин, - я таращился на нее удивленными глазами.
– Ты не будешь возражать? – лицо Найла озарила искренняя улыбка.
– Я разговаривала с Норой, и она согласилась приехать.

– Было бы здорово.

Когда девушка вышла из комнаты, я не смог оторвать взгляд от двери, за которой она скрылась.

– Как обстоят дела между вами?

– Превосходно.

– Нора сказала…

– С как это пор ты стал верить сплетням, брат? – спросил я с сарказмом, потому что, черт возьми, был лучшим в этом.

– Прости.

Мне не понравилось, что он, так же как и все, ходил вокруг меня на цыпочках.

– Ты принес бумаги?

Найл кивнул и достал толстенную папку с документами.

Следующие полтора часа мы убили на обсуждение деятельности «Clifford Industries». Моим первым намерением было отказаться от чужого дерьма, и вернуть все Клиффордам. Но едва Найл переговорил с Калумом, как вся их семья дружно заявила, что не хочет иметь ничего общего с этой компанией.

Ситуация оставалась тупиковой, пока Эстель Клиффорд не проявила интерес к встрече с нами. За последние три недели Найл и ее адвокат несколько раз обсуждали сложившееся положение, пока, наконец, не пришли к решению.