Чтение онлайн

— Наверное, нам повезло, что способность убеждать людей это одна из моих сильных сторон.

ГЛАВА 8

Пенелопа

Я надела фартук. Я знала, что это было безумием. Так же понимала, что парням вроде Джеймса Харрисона нравятся такие девушки как я, в фартуке и готовящие ужин. Камден сидел в углу в кресле качалке, воркуя что-то себе под нос.

Теперь у него было кресло-качалка. Это стало для него чем-то новым. Он получил так много всего того, что не имел раньше. Не то, чтобы я до этого не могла обеспечить сына, но у Харрисона были деньги на все. Я упомянула, что видела кресло, которое, как мне показалось, должно было понравится Камдену, и внезапно мы взяли такое домой. Мне нужно было несколько новых бутылочек, но когда мы пошли платить, Харрисон оказался проворнее и отдал кассиру свою кредитную карту. Я чувствовала себя неловко, беря его деньги. Я знала, что не должна, пусть Камден и был его ребенком, но я пришла к Харрисону не потому, что решила, будто обеспечивать нашего сына его обязанность. Я приехала к нему за помощью, за безопасностью. Я не хотела, чтобы он решил, что я воспользовалась его щедростью.

Я периодически играла в прятки с Камденом, сидящим в кресле. Я пошевелила кастрюльку на плите. Домашний соус, который моя мама делала для отца. У меня появилось ощущение, что Харрисон оценит домашнюю кухню. Я не была уверена, готовил он или нет, но я сомневалась в этом. Прежде чем попросить меня переехать, он упомянул о том, что ел почти каждый вечер. Он определенно являлся парнем, любящим мясо и картошку. Я надеялась, что он по достоинству оценит настоящую еду. Харрисон, должно быть, пил только воду, что было видно по отсутствию чего-либо еще в его холодильнике.

Он взял меня за покупками в магазин и сказал брать все, что мне только было бы нужно или просто захотелось бы. В основном, это означало фрукты, овощи, ингредиенты для приготовления пасты и немного детского питания для Камдена. Нам было нужно не так уж и много. Раньше хватало и меньшего. Но стоило мне только заикнуться о том, что он слишком много платит, как казалось, что Харрисон вообще не слышал, что я говорила. Он сказал, что теперь, когда мы остановились у него, нам нужно привыкать, что о нас есть кому позаботиться. Если бы он только знал, насколько трудным для меня это будет, то, возможно, не предложил бы все так, словно это ничего не стоило.

Мой отец умер, когда мне было четырнадцать, а мать после этого так никогда и не стала прежней. Мы с ней остались только вдвоем, и хотя это были отличные отношения, но когда мама вновь вышла замуж, я отошла для нее на задний план, и наши отношения изменились. Дело было не в том, что новый муж был плохим парнем. Он просто не был моим отцом, и я боролась с этим. Но мать была счастлива, а я была рада за нее. Она была чудесной женщиной и не заслуживала провести жизнь в одиночестве.

Я помнила ту ночь, когда нам позвонили. Полицейский на другом конце провода попросил позвать маму. Когда я спросила его, в чем дело, он не объяснил, что произошло. Тогда я и услышала слова: все будет хорошо, это был просто несчастный случай. Но они не могли понять, что произошедшая случайность полностью изменила мою жизнь. Поменяло в корне то, как я рассматривала людей и весь остальной мир.

Через год, я упаковала одежду отца и вытащила ее из маминого шкафа. Я знала, что она никогда не смогла бы сделать это сама. После этого мама ни слова не сказала об этом. В один день вещи просто исчезли, и она сделала вид, что не заметила. Я знала, что мама все видела и понимала, но если именно это ей нужно было сказать себе, чтобы почувствовать себя лучше, то пусть будет так. Все вещи исчезли, как и сам отец.

Я никогда не просила показать его тело. Моя мать опознала его, и этого было достаточно для меня. Я хотела помнить его таким, каким он был, счастливым, здоровым и невредимым. Я не хотела вспоминать его покореженное тело, лежащее в морге, после ужасной автомобильной катастрофы. На том столе находился не мой отец. Я не позволю этому стать моим воспоминанием о нем.

Я услышала, как дверь открылась, и я внезапно растерялась, не понимая, что именно должна была делать. Должна ли я поприветствовать Харрисона объятиями и поцелуем? В таких ли мы были отношениях? Переспать друг с другом пару раз и иметь общего ребенка еще не значило, что мы стали официальной парой. Когда он завернул за угол, я хотела приблизиться и поприветствовать его дома, но Харрисон не двигался, также, как и я.

— Надеюсь, тебе нравится паста. Я вспомнила, что тебе всегда нравилось есть ее в закусочной.

Его лицо просветлело.

— Это замечательно. У меня был долгий день.

— Кажется, у тебя каждый день долгий.

— Эти последние несколько недель такие и есть. Спасибо за то, что приготовила ужин. Тебе не нужно…

Я прервала его.

— Нет, нужно, — он принял нас без вопросов, так что приготовить ужин было такой мелочью. — Самое меньшее, что я могу сделать, это убедиться, что, когда ты вернешься домой, тебя будет ждать хорошая еда. Кроме того, мне давно не приходилось готовить. По крайней мере, не было никого, кто смог бы оценить рецепт моей матери, как я.

— Ну, у меня, конечно, есть слабость к красному соусу. Но мы можем присесть на секундочку? Нам нужно поговорить.

Вот и настал этот момент. Я подумала, что это начинался один из «у нас ничего не получится» разговоров. Я была настолько уверена, что приехать сюда будет в интересах Камдена и моих. Но, возможно я ошиблась. И это стало слишком много для Харрисона. Он не просил об этом. Впрочем, как и я.

Мое сердце сжалось в груди.

— Давай поедим, а потом поговорим, это всегда делает вещи немного менее некомфортными.

Харрисон кивнул и достал две тарелки, положив еду не только себе, но и мне.

— Пахнет прекрасно, — сказал он, садясь за стол, сразу же хватая вилку и набирая на нее спагетти, пока я на мгновение замерла, прежде чем его глаза взглянули на меня.

— Ох, черт, ты религиозна? Я не молюсь или что-то еще, но ты можешь.

Я рассмеялась.

— Нет, я не религиозна. Просто не думаю, что когда-либо видела, что кто-то так ест. Это же не последняя еда на земле.

Харрисон замер на миг и улыбнулся, продолжая поглощать пищу.

— У меня давно не было такого хорошего ужина. Ну, кроме тех, что подавали в закусочной.

— Ты прекратил приходить.

— Я думал, что ты так хочешь, помнишь? — он минуту помолчал с задумчивым взглядом, а затем отложил вилку.

Я взглянула на Камдена, который уснул в своем кресле.

— Я помню.

— Я хотел, чтобы ты осталась. Кажется, я ясно дал понять это.

— Ну, я сейчас здесь.

Харрисон потянулся через стол и заправил мне рыжеватую прядь за ухо.

Я пожевала нижнюю губу. Если он собирался вышвырнуть нас, мне нужно было, чтобы он сделал это быстро. Потому что чувства к Харрисону снова переполняли меня. И я не могла остановить это.

— Хочешь, чтобы я ушла? — спросила я.

— Ушла? — он выглядел обеспокоенным — С чего бы мне хотеть этого?

— Потому что это слишком, потому что ты не можешь справиться с этим.

— Пенни, нет! Я хочу, чтобы ты была здесь всегда. Я хотел сказать, что я пойду под прикрытием на следующую неделю или около того, получая информацию от организации, которая приходила за тобой. У меня есть ребята техники, которые пробили номер и имя человека, который дал тебе визитку. Он связан с химическим объектом, расположенным недалеко от города. Мы считаем, что эта организация, стоящая за атаками. За чистоту крови или вроде того. Не знаю точно, но собираюсь это выяснить. Я хотел сказать тебе, что ты останешься одна на какое-то время, но у меня есть люди. Они будут присматривать за вами.