Чтение онлайн

Все вновь обернулись. Яксли выпрямился.

–  Мой Господин, на этот счёт у меня есть хорошие новости. Я, хоть и не без труда, успешно наложил Заклятие Империус на Пиуса Тикнесса.

Многие из сидевших вокруг Яксли явно были впечатлены, его сосед Долохов, человек с длинным искривлённым лицом, похлопал его по спине.

–  Хорошее начало, - сказал Волдеморт.
– Но Тикнесс - это один человек. Скримджер должен быть окружён нашими людьми, прежде чем я начну действовать. Одно неудачное покушение на министра - и я буду отброшен далеко назад.

–  Да… Милорд, это так… Но вы знаете, что как глава Отдела Принятия Волшебных Законов, Тикнесс находится в постоянном контакте не только с самим министром, но и с главами всех других отделов Министерства. Я думаю теперь, когда под нашим контролем находится столь важный чиновник, будет легко сделать подвластными и других, а вместе они смогут свергнуть Скримджера.

–  Так будет, если нашего друга Тикнесса не разоблачат до того, как он обратит на нашу сторону всех остальных, - сказал Волдеморт.
– В любом случае, маловероятно, что Министерство станет моим до следующей субботы. Если мы не сможем тронуть мальчишку на его новом месте пребывания, значит, мы должны сделать это во время его путешествия.

–  Здесь у нас есть преимущество, мой Господин, - сказал Яксли, который явно намеревался добиться одобрения.
– Теперь на нашей стороне несколько людей из Отдела Магического Транспорта. Если Поттер аппарирует или использует Каминную Сеть, мы сразу же узнаем.

–  Он не сделает ни того, ни другого, - сказал Снейп.
– Орден избегает любого вида транспорта, который контролируется или управляется Министерством, они не доверяют ничему, связанному с этим местом.

–  Тем лучше, - сказал Волдеморт.
– Ему придётся перемещаться под открытым небом. Так взять его будет гораздо легче.

Вновь Волдеморт посмотрел на крутящееся тело.

–  Я встречусь с мальчишкой сам. С Гарри Поттером было связано слишком много ошибок, и некоторые из них совершил я. Поттер живёт скорее благодаря моим промахам, чем благодаря своим успехам.

Присутствующие с трепетом смотрели на Волдеморта, каждый из них боялся, что это была его или её ошибка - сохранившаяся жизнь Гарри Поттера. Но Волдеморт разговаривал скорее сам с собой, чем с кем-то из них, продолжая наблюдать за бессознательным телом над ним.

–  Я был беспечен, и слишком полагался на удачу и случай, которые не рушат лишь самые продуманные планы. Но теперь я стал мудрее, я многое понял из того, что не понимал раньше. Я - тот, кто должен убить Гарри Поттера, и я обязательно это сделаю.

Словно в ответ на его слова вдруг раздался протяжный истошный вопль, наполненный болью и страданием. Многие из тех, кто сидел за столом, вздрогнули и испуганно опустили глаза, поскольку звук исходил откуда-то снизу.

–  Червехвост, - сказал Волдеморт, не повышая голос, все еще потерянный в собственных мыслях, не сводя глаз с вращающегося тела, - разве я не просил тебя утихомирить нашего пленника?

–  Да, м-мой Господин, - всхлипнул маленький человечек, сидящий в середине стола, который сидел так низко, что на первый взгляд его стул казался незанятым. Затем он слез со стула и покинул комнату, оставляя за собой лишь таинственное серебряное сияние.

–  Как я говорил, - продолжил Волдеморт, глядя на напряжённые лица своих последователей, - я теперь многое понял. К примеру то, что прежде, чем я отправлюсь убивать Поттера, мне понадобится взять волшебную палочку одного из вас.

На лицах окружающих его людей появилось потрясение, словно он объявил, что собирается отнять у одного из них руку.

–  Нет желающих?
– спросил Волдеморт.
– Посмотрим… Люциус, я больше не вижу смысла в том, чтобы ты носил палочку.

Люциус Малфой поднял глаза. Он сильно побледнел, в свете огня из камина его лицо отдавало желтизной и казалось вылепленным из воска, глаза впали и потемнели.

–  Но господин… - сказал он хриплым голосом.

–  Палочка, Люциус. Я требую палочку.

–  Я…

Малфой краем глаза взглянул на сидевшую рядом жену. Она смотрела прямо перед собой, такая же бледная, как и он, её длинные светлые волосы ниспадали по спине, но под столом она на мгновенье сомкнула тонкие пальцы на запястье мужаПосле этого Малфой вынул палочку и протянул её Волдеморту. Тот поднес её ближе к своим красным глазам и внимательно осмотрел.

–  Что это?

–  Вяз, Господин, - прошептал Малфой.

–  А сердцевина?

–  Дракон… Сердце дракона.

–  Прекрасно, - сказал Волдеморт. Он достал свою палочку и сравнил длину.

Люциус Малфой непроизвольно подался вперед, словно в надежде на то, что Волдеморт отдаст ему свою палочку взамен. Волдеморт заметил этот жест, при этом его глаза округлились от злобы.

–  Отдать тебе мою палочку, Люциус? Мою палочку?

Кто- то захихикал.

–  Я дал тебе свободу, Люциус, разве тебе не достаточно? Я заметил, что ты и твоя семья этому не очень-то рады… Тебя что-то не устраивает в том, что я в твоём доме, Люциус?

–  Ничего… ничего, мой Господин!

–  Бесстыжая ложь, Люциус…

Казалось, шипение продолжалось и после того, как жестокий рот перестал двигаться. Один или два волшебника едва не задрожали, когда шипение стало громче; что-то тяжёлое скользило под столом.

Огромная змея вползла вверх по стулу Волдеморта и легла ему на плечи. Она казалась бесконечной, её шея была толщиной с человеческую ногу, её глаза с вертикальными щелями зрачков смотрели немигающим взглядом. Волдеморт рассеянно поглаживал существо длинными тонкими пальцами, продолжая глядеть на Малфоя.

–  Почему же Малфои выглядят такими несчастными, когда им выпала такая доля? Разве моё возвращение, моё восхождение к власти - это не то, чего они так сильно желали много лет?

–  Конечно, милорд, - сказал Люциус Малфой. Его рука дрожала, когда он вытирал пот с верхней губы.
– Мы очень этого желали… желаем.

Сидевшая слева от Малфоя, его жена сдержанно кивнула, старательно отводя глаза от Волдеморта и его змеи. Справа - его сын Драко, который почти всё время пристально глядел на висящее тело, быстро посмотрел на Волдеморта и тут же отвёл взгляд, боясь встретиться глазами.

–  Господин, - сказала тёмноволосая женщина сдавленным от переполнявших её чувств голосом.
– Это честь приветствовать вас в доме нашей семьи. Для нас нет большего удовольствия.

Она сидела рядом со своей сестрой, но насколько темноволосая Беллатрикс с её тяжёлыми веками не походила на сестру внешне, настолько же различалась их манера поведения и держать себя. В то время как Нарцисса была неподвижна и бесстрастна, Беллатрикс, подавшись вперед, всем своим видом выражала желание быть ближе к Волдеморту, которое не могли в полной мере выразить её слова.