Чтение онлайн

Приходит СМС из нью-йоркского офиса о подтверждении места и времени следующих встреч Вайнштейна. Уф, неожиданно образовалась небольшая пауза, я бросился за едой в суши-бар по соседству.

На сегодня Харви предстояло принять участие в церемонии открытия фестиваля, подняться в 19.30 по красной ковровой дорожке. Затем в 22.00 намечен торжественный ужин в B^aoli, а в час ночи – тусовка на частном пляже Vega-luna. Все ясно, несложно. Было дано и дополнительное задание – поехать в соседний Сен-Поль-де Ванс, забрать в Caf'e de la Place некую китаянку по имени Ам Шу и доставить ее в 18.30 к отелю Majestic.

Я выехал из Канн около 16.00.

В Сен-Поль в Caf'e de la Place тотчас же увидел единственную китаянку на террасе. Красивая и стройная, она была одета вызывающе. Вздрогнул, когда девушка подала мне руку для знакомства – от нее будто исходили электрические заряды мощной и вульгарной сексуальной энергии. Повезло старику Харви, заполучившему в подружки 20-летнюю нимфу, – пронеслось в голове. Интересно, его жена в курсе?

Мы ехали в Канны, сохраняя молчание. Девушка получила СМС с номером комнаты и, как только наша машина остановилась у центрального подъезда, изящно выскользнула наружу и улетела куда-то на верхние этажи. А я опять занял теперь уже привычную для себя позицию нудного ожидания. В 19.00 позвонила Анна, чтобы предупредить – Харви раздумал посещать церемонию открытия. Догадываюсь, по какой причине! Тогда я еще ничего не знал о технике его взаимоотношений с женщинами! Мне наивно казалось, что они с радостью бросались к нему в объятия, удерживали подле себя, а он как бы вяло и «дружелюбно» принимал поток ласк. Нет, нет, он не казался мне насильником. Мистер Вайнштейн был попросту могущественным и влиятельным богачом, которого мечтала очаровать любая женщина! А он и не сопротивлялся! Бабник – да, свинья – похож внешне, но насильник, преступник – точно нет! Вспомнив слова пенсионеров Карлоса об оргиях, которые якобы устраивал Вайнштейн в Каннах, подумал, что это вполне могло быть рекламным трюком. Скандальной уткой, запущенной в форме негативных слухов, чтобы пробудить интерес к новым фильмам. Обычное дело. Как-то не похоже, что знаменитый продюсер мог участвовать в какой-то возне. Зачем это ему?

…Итак, после отказа Харви у меня опять образовалось свободное время, и я решил позвонить жене, чтобы обрадовать ее – мы сможем поужинать вместе! Но как только потянулся к телефону, как мне позвонили с незнакомого номера.

– Привет, Майкл. Вы меня не знаете. Я Тони, друг Пьера. Это он дал мне ваш телефон. Пьер передал для Харви очень важный конверт. Содержимое в нем хрупкое, боится температурных перепадов и света. Как его передать?

– У меня… вроде как свободное время образовалось, – промямлил я. – Хочу уехать по своим делам.

– Нестрашно, я вас вижу – стою прямо напротив вас! В белой шляпе!

Тип мне совсем не понравился и показался подозрительным – очки, шляпа, сумка через плечо, большие белые кроссовки. При его приближении опустил боковое стекло.

Тони протянул мне конвертик, чем-то плотно набитый.

– Передайте Харви, но пока – положите в холодильник.

– Можно узнать, что там?

– Нет, простите, это личное.

– Тогда стойте и ждите сами, не хочу брать неизвестные пакеты с неизвестным содержимым.

– Но Харви в курсе…

– Тогда идите к нему напрямую, отдайте консьержу или пошлите ценной почтой – вариантов много.

Тони прошептал какие-то проклятия и спешно ушел.

Нет, я не сделал ничего плохого. Знаменитостей всегда осаждают люди, которые пытаются им что-то навязать. Надо быть осторожным и не допускать посторонних к тем, за кого ты несешь ответственность. Наблюдавший за нашей пикировкой Лео, старый консьерж, рассказал мне напоследок пару анекдотов о Харви, подтвердив мои худшие опасения. Этот Тони в белой шляпе был местным дилером, и Харви регулярно к нему обращается, когда бывает в Каннах. Все просто.

А как же быть с услышанной мной ранее информацией, будто бы мистер Вайнштейн отказался от кокаина? Старые демоны отказывались в это верить и продолжали его преследовать? Возможно. Кому и чему было верить?

В любом случае я понимал, что ни при каких обстоятельствах не должен был ничего ни у кого брать. Лео советовал то же самое:

– Гони их прочь, даже не смей в руки брать.

Лео рассказал, что помнит Харви молодым. Лет двадцать с лишним тому назад он приезжал в Канны, будучи никем, каким-то помощником на подхвате у музыкальных продюсеров. Конечно, у него не было места в роскошном отеле, но он приходил сюда каждый день, чтобы завязать нужные связи, познакомиться. Персонал его пропускал, он ночевал на скамье в подсобке, утром умывался в туалете для обслуживающего персонала. Денег у него совсем не было, консьержи угощали его сэндвичами и давали поносить галстук. Он юрко проникал на закрытые вечеринки и мало-помалу добирался до нужных людей, которые вскоре помогли ему подняться. Вот почему Харви принципиально занимает в Каннах только лучшие номера – берет реванш за прошлое.

Первое время я любил развлекать жену, изображая, как себя вел Харви. Она смеялась или даже подпрыгивала на стуле, когда я орал: «Май-а-а-акл, сука, прибавь газу». Красочно описывал, как Вайнштейн двигался, говорил, ругался. Мириам думала – мой клиент сам Джерри Льюис, комик:

– Рада, что новая должность приносит тебе столько положительных эмоций, – говорила она.

Рассказывая, как прошел первый день, признавался – несмотря на все предупреждения, мистер Вайнштейн не такой уж и страшный. Просто чудной со всеми своими прибамбасами, и все. Видела бы Мириам лицо Анны, и как она побледнела от ужаса, когда босс потребовал попросту подзарядить ему телефон. И как стелились перед ним консьержи. Не понимаю.

– Зная твой характер, уверена, вы с ним найдете общий язык. Ты всегда стараешься, у тебя все получится, – уверила меня Мириам.

О вульгарной китаянке, странном Тони с конвертом, прозвище «свинья» говорить ей не стал, но она и так догадалась:

– Колись, он успел сходить на свидание?

– Нет, точнее, в общем…

– Слушай, хватит, а? Думаешь, не знаю о его репутации?

Мириам поделилась со мной интересным наблюдением, сравнив Харви с Циклопом. Когда-то мы ходили с ней в театр, на нас произвел особое впечатление актер в гриме, игравший одноглазого великана, пытавшегося сожрать Улисса. Каннибал был подлецом, смотрящим на мир одним глазом в одном направлении, никого и ничего не замечая вокруг.

Конечно, жена расстроилась, когда я обрисовал картину своей занятости на ближайшие две недели. Непрограммируемый рабочий день, постоянная перемена планов, возможные задержки на всю ночь. Мириам понимающе кивала – мы так нуждались, что за мое неожиданное повышение она готова была согласиться с любыми неудобствами.

22 часа. Занимаю место в почетном карауле при входе отеля Majestic. Мистер Вайнштейн выходит через пару минут, окруженный толпой ассистентов, переводчиков. Тут же и та самая красавица-китаянка, которую я привез ему из Сен-Поль де Ванса сегодня днем. Шумная компания была на волне положительных эмоций и готовилась штурмовать ночь шикарных каннских вечеринок. Но… Неожиданно распрощавшись с коллегами на полдороге, Харви направился к нашей машине в сопровождении китаянки и двух юных красоток. Галантно распахнул перед ними дверцы мерседеса, дождался пока они устроятся – у него получалось быть обходительным. Заняв место рядом со мной, Харви чуть ли не сразу «зазвенел» – умная система просила пристегнуть ремень безопасности, о чем я постарался максимально вежливо намекнуть.

– Че за на хуй? Гребаный звонок!

Казалось, бытовые мелочи были вне его понимания. Мы поехали в сторону B^aoli. Этот ночной клуб походил на огромную джонку (легкое китайское парусное судно). Девушки смеясь выбежали первыми, Харви задержался в машине – ему опять звонили по делу. Присутствовать при подобных разговорах – настоящая каторга. Харви не говорил, а орал во все горло так, что ор этот отзывался в салоне машины эхом и легким дребезжанием мелких деталей. За первым звонком последовал второй, третий. Не прерывая разговора, Харви вышел из машины и направился ко входу клуба, где на него уже нацелились накачанные охранники. Парни совершенно бесцеремонно принялись обыскивать толстяка – правила безопасности для всех одинаковы. Повернувшись ко мне, Харви крикнул:

– Эй, Майкл, скажи-ка этим мудилам, кто я, чтоб не лапали.

Подбежав к ребятам, попытался уладить ситуацию.

– Этот жирдяй с тобой, чел? – спросил один из них.

Слава богу, Вайнштейн не говорил по-французски!

– Ребят, вы полегче! Месье очень важный дядя, к тому же мой клиент. Вы его особо не мните, мне с ним весь фестиваль работать, – включил шутливый тон, который не произвел никакого впечатления. Но обыскивать Харви все же прекратили.

Во избежание дальнейших неприятностей решил проводить его внутрь. В клубе было темно и душно, оглушительно гремело техно, мерцали разноцветные огни, вальяжно расхаживали, собирая взгляды, совершенно сказочные по красоте девушки. Они пришли сюда в поисках удачи, богатого и влиятельного мужчины. Они готовы были на все, лишь бы заполучить приглашение на кинопробы или фотосессию. Выглядели они вульгарно, предлагали себя, как товар, и казались абсолютно доступными. Вспомнил напутствие Карлоса – это не мой праздник, не мое дело. Поэтому и поспешил ретироваться, ждать возвращения клиента «за дверью».