Чтение онлайн

– Ну, я думаю, имею право находиться здесь. И право это – право того, кто поднял эти стены, того, кто построил этот мост. А еще это право того, кто сидел за одним столом с самим Аскеназом – и у Врат Богов, и в землях Араратских, когда он жил в землях племянника своего Айка.

При этих словах глаза собеседника расширились:

– Этого не может быть, ты лжешь!

– Ты следи за своим языком, одноглазый. Никто не смеет называть меня лжецом, – грозно ответил Никита. – Но я прощаю тебя… в память о том, что твой великий предок когда-то помог нам и пропустил через свои земли к Зиккурату и, пока мы разбирались с храмом Бела на вершине Башни, стерег наших лошадей и охранял наш отход. Я не хочу вернуть наш город, который вы заняли, слишком давно мы ушли отсюда, а… пусто место свято не бывает. Но говорю вам: не стоит людей обижать. За них мы всегда были в ответе, и обижать их никому не дадим.

– И что ты сделаешь, лгун?

Никита повернулся, кивнул, и один из воинов бегом принес его меч и старый щит – с крестом-деревом на нем, и крикнул:

– Спустись со стен сюда, ко мне, и я объясню, что я сделаю, а заодно и накажу за твои слова!

Увидев щит, вернее, крест на нем, люди на стене зашушукались.

– Ваны! Ваны!

– Кто вы? – спустя мгновение спросил Один. – Вы говорите, как сыны Фаргома. И я слышал о знаке на твоем щите. Неужели это правда?

– Как видишь, – развел руками Никита.

– Не верится, что передо мной стоит сам Ара, – удивленно произнес Один.

– Я не Ара, я его брат Никита. Но здесь меня называют Ньёрд 76 , – ответил Никита.

– Ван Ньёрд, я многое слышал о тебе. О том, как ты и твои люди помогали всем. Как научили обрабатывать землю, строить дома, изготавливать инструменты. Но ваше время ушло вместе с вами, когда вы покинули эти земли, – все так же с гонором поставил вердикт асгардец.

– Мы не претендуем на земли, мы всего лишь хотим, чтоб вы оставили в покое людей, – успокоил его Никита

– Я подумаю об этом, – ответил Один, но в этот момент к нему подошел… скорее – словно подплыл по воздуху, какой-то субъект в капюшоне, натянутом аж до подбородка, так что лица совсем не было видно, но узоры на его одежде, да и повадки были очень знакомы.

– Никит, тебе этот мужичок никого не напоминает? – тихо сказал Никите Кузин, которому стало не по себе.

– Кого-то… да, а вот кого, не пойму, – задумчиво произнес Никита.

– Этот плащ я в последний раз видел… на Хете, – вспомнил Кузин.

Никита оглянулся, еле сдерживая страх.

– Сатана? – переспросил он.

– Не дай Бог, лучше, если б я ошибся, – промолвил Кузин.

А тем временем неизвестный, что-то шепнув на ухо Одину, повернулся, медленно поплыл в сторону и скоро исчез из глаз.

– Знаете что, – вдруг резко поменял настроение Один, – я не думаю, что мы откажемся от всего, что уже и так наше. Так что можете убираться с наших земель, ваны, это Асгард, земля асов – детей Аскеназа.

– Аскеназу было бы стыдно за тебя, Один, – печально ответил Никита.

– Вечером перед сном, когда я буду молиться и беседовать с предками, я спрошу у него, как он относится ко всему этому, но я думаю, это мало изменит ситуацию… – сделав паузу, Один продолжил, – разве что… если вы заплатите за них дань вперед.

– Это сколько? – спросил Никита

– Двести мин 77 .

Сзади Кузин присвистнул.

– Нехило запросили! – обалдел Смит.

– Это сколько? – поинтересовался у друга Никита.

– Почти сто кило.

– Н-да… действительно нехило, но у нас в схроне есть столько? – задумался Никитенко.

– Есть. Даже раз в десять больше есть, но все равно… многовато просят, – сказал Поляков.

– Слышь, Один, многовато запросил! – крикнул Никита.

– Ну, как знаешь, я сказал – ты услышал, – ответил Один и сделал вид, что уходит, хотя и ежу было понятно, что это был понт.

– Ладно, мы согласны, но с одним условием, – остановил его Никита.

– Каким же? – сразу оживился правитель Асгарда.

– Ты навсегда оставляешь в покое этих людей, – выдвинул встречное требование Никита.

Секунду подумав, Один махнул рукой.

– А, твоя взяла!

– Врет же, – прошептал Смит.

– Надеюсь, что нет, – ответил Никита.

– Да, но и у меня будет условие, – вдруг прокричал со стены Один.

– Какое? – встревожился Никита.

– Я не такой дурак, чтоб пропускать вас в город, поэтому подыщите кого-нибудь не из ваших. Пусть он привезет сюда золото.

– Хорошо, – ответил Никита.

Вечером, когда собрались у костра в своем временном лагере, ребята стали решать, кто же повезет золото в Асгард.

– Никит, по-моему, это беспонтово, они обманут нас, – сказал Смит.

– Но попробовать-то нужно, чтоб потом не жалеть. Только… кто повезет его? Местные даже близко к мосту не подойдут, они его как огня боятся, а нас асгардцы сами близко не подпустят, – Никита задумался.

– Н-да-а, незадача. А вдруг получится? Давай я, а? – предложил Кузин.

– Не хочу рисковать, подъехать не успеешь, и они из тебя ежика сделают, – остановил его Никита.

– А давайте… я, – сказала Гулька, подсев к ним, поближе к костру.

Гулька – жена Никиты уже третий год, целительница, которая лечила и ребят, и их воинов из местных. Ее не то чтобы боялись, но опасались – она колдунья, вдруг возьмет и в лягушку превратит. Кстати, Кукконен с ее сестрой встречался, она его и спасла в тот последний день.

– Гулька, ну хоть ты не лезь, маленькая моя, – и действительно, рядом с великаном Никитой Гулльвейг 78 выглядела крохотной Дюймовочкой.

– Ник, ты сам говоришь, вас они не подпустят, местные сами не подойдут, а я всего лишь хрупкая женщина, чего с меня взять. Оставлю золото и обратно вернусь.

Все задумались. Повисло тяжелое молчание. Но принимать решение Никите.

– Никит, – прервал его раздумье Смит, – по-моему, у нас реально нет другого выхода, подумай.

– А почему именно моя жена? – Никита явно нервничал.

– Любовь моя, потому что я сама предложила, – ответила она за всех и поставила точку поцелуем.