Чтение онлайн

– Траут, пошли, – позвал ее Скиппер, когда по громкой связи объявили, что пассажиры ее рейса могут пройти на посадку.

Крупный мужчина в слишком высоких брюках прошел мимо Джимми и наклонился, чтобы заглянуть внутрь машины, а потом выпрямился и ударил кулаком по крыше.

Скиппер оторвался от Мэтти, снова схватив Грейс за руку и потянул ее.

– Траут, пошли.

Ее глаза все еще были прикованы к экрану, но она позволила ему утянуть ее по направлению к выходу на посадку. Последнее, что она увидела, – это был Джимми, которого вели к ожидавшим его машинам, репортерам и толпе. Он повернулся лицом к камере, и тонкая улыбка мелькнула на его лице, когда глаза посмотрели прямо на нее.

Несмотря на прошедший дождь, ночь была ясная и относительно теплая. Несколько одиноких облаков плыли по полуночному небу, за ними ярко сияли звезды. Сиденье Хэдли было откинуто назад, под таким углом, что она видела только небо. Она долго смотрела на Орион – единственное известное ей созвездие. Она узнала о нем во время практики, которую проходила с классом Скиппера в прошлом году, и была удивлена, услышав, что три яркие звезды подряд, которые она всегда считала частью Большой Медведицы, принадлежали совсем другому созвездию и что она всю жизнь ошибалась.

Время проходило в тишине, если не считать проехавшего мимо нее на запад большого грузовика или уханья ночной птицы – совы или, может быть, летучей мыши. Мысли ее блуждали, и она периодически проваливалась в сон, хотя в основном бодрствовала, ее эмоции колебались между ненавистью и любовью к тем событиям, которые привели ее к новому этапу жизни. Она подумала о том, как сильно она ненавидела Фрэнка и как сильно полюбила Грейс, Майлза и Джимми.

Ты была великолепна! Слова Мэтти раздавались у нее в голове, и каждый раз, когда она думала о них, глубокая печаль душила ее и мешала дышать. Как она позволила себе так привязаться к ним и почему это длилось так долго?

Пффф. Фрэнк даже не отреагировал, когда нажал на курок, его лицо было таким пустым, как будто Марк был не более чем раздражающим комаром, жужжащим вокруг его головы. И это человек, за которого она вышла замуж, которому она позволяла воспитывать своих детей!

Она закурила уже третью за ночь сигарету и опустила окно, чтобы дым не наполнял машину. Докурив, она включила радио, которое тут же начало извергать все новые сведения о Джимми. Публика не могла им налюбоваться: его жертвой, его возвращением из Афганистана, чтобы спасти жену и сына… и тем, что он скоро снова должен был стать отцом. Она улыбнулась, когда узнала об этом новом пикантном факте, осознавая, что, несмотря ни на что, Джимми не смог не похвастаться своей семьей.

Когда ее веки отяжелели, она выключила новости, закрыла окно и попыталась отдохнуть. Время текло медленно, минуты тикали, как часы, пока, наконец, не наступил рассвет, а ее лодыжка не окрепла настолько, чтобы она могла продолжать путь.

Вчерашняя буря осталась лишь в воспоминаниях, а утреннее небо было безоблачным. Ей было интересно, как там Грейс, Мэтти, Скиппер и Майлз. Она представила их в Лондоне: Мэтти тащит за собой Скиппера, который, пошатываясь, плетется сзади с широко раскрытыми от удивления глазами, а Майлз брыкается и бормочет, взволнованный всей этой суматохой.

Мили пролетали незаметно, и она сосредоточилась на дороге и на том, чтобы не заснуть. Такое ощущение, что она не спала целый год, усталость опасно убаюкивала ее, а звук шин был похож на колыбельную. Несколько раз ее глаза закрывались, и она резко открывала их за секунду до того, как съехать с дороги.

Незадолго до обеда табличка на въезде сообщила, что она находится в резервации Гранд Портедж Чиппева. Ее желудок сжался от голода, но Хэдли постаралась проигнорировать это ощущени. Она направилась прямо к одному из домиков, подошла к стойке регистрации и попросила о встрече с Деннисом Халлом, который, как сказала ей Грейс, поможет ей пересечь границу.

– Миссис Торелли?

Она повернулась. Разговаривающему с ней мужчине было за двадцать, и он не был коренным американцем. Его кожа была белая, а глаза серые. Он носил удобную обувь и костюм – совсем новый. Она вздохнула с облегчением и разочарованием. Она так устала!

Она признается, защитит Грейс как может, отбудет свое наказание и продолжит жить своей жизнью.

– Меня зовут Кевин Фицпатрик.

– Фитц, – пробормотала она, почувствовав легкую улыбку на губах, радуясь, что это друг Марка арестовывает ее.

Она отшатнулась в сторону, и он потянулся за ней, хватая за локоть, чтобы удержать от падения.

– Ого, – произнес он. – Головокружение? – Хэдли кивнула.

– Что скажешь, если мы немного перекусим? – спросил он с чистым бруклинским акцентом.

Хэдли выпалила:

– Я хочу признаться.

– Хорошо, но как насчет того, чтобы сначала поесть, чтобы ты не потеряла сознание во время исповеди?

Она позволила ему отвести себя за локоть в кафетерий. Он был не очень высокий, может быть, с нее ростом, и худощавый, его костюм висел свободно, как будто внутри совсем ничего не было.

– Ты теперь полевой агент? – спросила она. – Марк был бы так рад за тебя!

– Это он меня порекомендовал, – ответил Фитц гордо, но в то же время грустно.

Марк рассказал Хэдли о Фитце, рассказал, что это именно он заметил их на камерах видеонаблюдения в ту ночь, когда они забрали деньги. «Умный парень, с хорошей головой на плечах, но с мягким сердцем, – сказал тогда он. – А в нашей работе так нельзя». – Она чувствовала его беспокойство, как сильно он любил Фитца и хотел защитить его. Тогда она этого не понимала, а теперь понимает. Фитца больше беспокоил ее обморок, чем признание.

Пока хозяйка вела их к столику, она огляделась вокруг в поисках других агентов.

– А где остальные?

– Тут только я. На самом деле я должен был ехать в Южную Дакоту, но вместо этого приехал сюда.

Хэдли буквально упала на стул, а Фитц занял место напротив нее. Он пододвинул к ней стакан с водой. Она сделала глоток и вдруг почувствовала сильную жажду. Хэдли осушила стакан и только после того, как закончила, осознала, что ничего не пила и не ела с тех пор, как покинула город Маккук.

Фитц заказал чашку кофе и тарелку супа, и Хэдли последовала ее примеру.

– Как ты узнал, где я? – спросила она.

– Можно сказать, что я немного детектив-задрот. В течение года я работал по этому делу. Моя работа заключалась в том, чтобы передавать информацию Марку и обновлять материалы дела. Не самая захватывающая работа, но она помогает взглянуть на вещи под разными углами. Все стало куда интереснее, когда вы с Херрик украли деньги.

– Ну, это одна из возможных формулировок, – уклончиво ответила она. Та ночь казалась такой далекой, будто совсем в другой жизни.