Чтение онлайн

Разумеется, первым делом после пар я вновь направился в комнату для магических тренировок, испытывать свой дар уже с артефактами, которые у меня имелись.

Мой огонь был белым, жёстким белым с синевой. Холодный белый, как его называют, и довольно яркий. При этом при напитке его энергией синева пропадала, а свет становился практически ослепительным.

Но что ещё примечательно, при желании, но только при помощи браслета, я мог менять цвет пламени на любой. Тогда он терял свойство не греть и температура снижалась, но это не принципиально.

То есть, я вполне мог скрывать своё новое пламя ото всех, а так же надеялся, что со временем научусь делать это и без артефактов. В любом случае, дополнительные проверки мне никто устраивать не будет. И о том, что я уже подмастерье, преподавательский состав узнает лишь в конце года. А других товарищей ждёт очень неприятный сюрприз.

Ещё я понял, что управление даром — это, конечно, хорошо, но мне не помешал бы артефакт для медитаций. Венец неплох, но он всё же имеет несколько иное предназначение, как и Око. Так что мой следующий артефакт будет медитативного типа.

Усиление способностей идёт гораздо быстрее, чем я успеваю их осознавать и принимать. Огонь легко лился из меня, но не совсем так, как того мне хотелось бы. Ограничивать его было очень неудобно, но управлять им должен я, а не он сам.

До дуэли с Хомутовым оставалось не так много времени, лишь пара дней. Благо, у нас разрешение на использование артефактов.

Второкурсник против четвёртого курса, магистранта. Подобное было редкостью, но не чем-то уникальным. В отличие от того, когда я, будучи первокурсником, дрался с третьекурсником. Важно понимать, что пробуждение дара происходило именно в день совершеннолетия, до этого момента человек магией не владел.

Но люди не идиоты и всегда понимали, что ребёнка можно подготовить к будущему. Потому аристократы были настолько сильными студентами. Чем больше вложено в образование и развитие тела будущего мага, тем стремительнее будет продвигаться его обучение. Так что мой прогресс, как и прогресс, например, того же Валентина, не вызывал слишком уж большого ажиотажа, поскольку вкладывался в потенциальную норму. Вот если бы кто-то узнал, что Алексея совершенно никак не подготавливали, либо если бы я являлся простолюдином — тогда возникли бы закономерные вопросы.

Спустя год использования своего дара аристократ-маг уже был достаточно сильным. За этот срок вполне реально овладеть своими новыми возможностями на приемлемом уровне, и прогресс замедлялся.

Прорыв на уровень подмастерья тема болезненная, подготовить к этому можно было, разумеется, но не со стопроцентной гарантией. Некоторые студенты из тех, кому повезло достичь третьей звезды неофита, зачастую на ней надолго и задерживались. В любом ранге было много магов, застрявших на третьей звезде. Это не являлось чем-то необычным. Потому четвёртый и пятый курсы вполне могли быть третьезвёздными неофитами.

Среди выпускников насчитывалось крайне мало подмастерьев, лишь около тридцати процентов. Когда в конце года пройду проверку, это точно станет сенсацией. Закончивших второй год в таком ранге по всей Российской империи можно было по пальцам пересчитать.

Сейчас мне не о чем было переживать. Мои артефакты скрывали цвет пламени, при этом от прежней силы до возвышения навыки не отставали, а даже наоборот, превышали показатели. Пусть и незначительно. Но так я точно не буду выбиваться из общей картины.

Песок под ногами привычно скрипел под моими кедами. Мы с Хомутовым эпично открывали дуэльный сезон, и трибуны предсказуемо были полны народа. После нас ещё несколько спаррингов намечалось. Особый интерес к нам был вызван тем, что использовались артефакты.

Хомутов стоял в двадцати шагах от меня. Он светился гордостью и превосходством. Как и у меня, у него не было защитных артефактов. Один атакующий и один для концентрации — всё честно. И всё же от парня шло заметное раздражение. Неужели я настолько неприятен ему? Как-то больше ожидал от него предвкушения скорой победы, это была бы более логичная эмоция. Но с моим контролем, ещё и с Венцом, даже этих крох энергии хватит. Тем более для начала.

Виктор перебирал пальцами рукоять своего меча, будто в нетерпении. При этом позой пытался показать расслабленность, хотя нервозностью так и сквозило от него.

Моя же стойка была нейтральной, экономичной — никакого лишнего напряжения, только готовность к бою. Потому что в победе я и не сомневался, да и вообще сдерживался.

— Как мило, что комитет ограничил меня лишь двумя артефактами, — голос Виктора, слегка приглушённый, донёсся до меня. Он улыбался, и в этой улыбке было столько же тепла, сколько в лезвии его клинка. — Иначе, Стужев, я бы разбил тебя за пять секунд. Жаль лишать публику зрелища, но что поделать — правила.

Как интересно. То есть, он хотел навесить на себя больше артефактов? И как он это себе представлял? Что хватит связей для такой наглости? Кстати, никаких ограничителей или тестеров на нас не надевали, как было перед нашим боем с Огневым. Потому что тут по-любому предел будет нарушен, ведь артефакты способны поднять боевую мощь в разы.

Кстати, о мечах. Из-за артефактов нам предоставили внешне такие же металлические болванки, какими я пользовался в дуэлях и прежде. Но какое-то неуловимое отличие всё же было. Вид стандартный, без изысков, но в них ощущалась скрытая мощь. Что-то похожее я чувствовал от своих артефактов, нечто манящее. Какой-то интерес, привлекательность… Это невозможно было объяснить логически. Но к мечам тяга была ниже. Если это и артефакты, то явно совсем простые. Око Саламандры и Венец Феникса фонили куда больше.

Наконец, затянувшаяся речь диктора об условиях поединка завершилась, и раздался звуковой сигнал.

Хомутов начал первым — видимо, ему не терпелось устроить показательный разгром в первые же секунды боя на виду у всех. Меня удивило лишь, что магию он не применил — атаковал честным фехтовальным выпадом. Неожиданно как-то для такого падкого на грязные методы парня.

Рывок был стремительным, укол — точным, направленным в горло. Я парировал вовремя, почувствовав по вибрации клинка его силу. Да, мы были примерно равны в технике. Но равны только пока я сдерживался. Прощупывать его собирался налегке.

Неужели хотел попытаться задавить меня простым фехтованием?

Но нет смысла размышлять об этом, зачем мне его мотивы. Моя цель — показать тотальное превосходство при минимуме магии.

Мы сошлись в серии быстрых, звонких касаний. Сталь яростно звенела, у меня же мелькнула мысль, что обычная болванка точно бы сломалась от такого напора. Мечи явно близки к настоящим, способным вынести всю мощь полноценного дара.

Виктор атаковал агрессивно, стараясь ошеломить, подавить. Я работал на контратаках, изучая его стиль боя. Уже было ясно, что он любит короткие серии с финальным мощным уколом. Минимум вариативности, что довольно предсказуемо.