Химеры Апокалипсиса
Шрифт:
— Что ты так смотришь? — смущенно пробормотала я. — У меня шоколад на носу?
— Да нет, просто нравится глядеть на тебя. Думаю, что совсем скоро ты будешь вот так пить горячий шоколад у себя, в России, и вспоминать обо мне. Будешь?
— Буду, конечно. Я тебя никогда не забуду. Твою поддержку, дружбу… твой фирменный омлет с грибами, — я фыркнула.
— И все?
— А что еще?
— Найдешь себе какого-нибудь сурового русского парня с бородой, не такого, как я, изнеженного англичанина….
Я рассмеялась.
— Кто тебе сказал, что русские парни обязательно носят бороду?
— Не в этом суть, Энджи. Ты обещаешь не забывать меня?
— Клянусь тебе, Морган. Как я могу забыть такого друга?
— Да… Друга… — протянул он с какой-то, как мне показалось, горечью.
— Да ты сам меня первый забудешь. Женишься на воспитанной английской леди, спокойной, деловой, бросишь свою опасную работу, остепенишься…
Морган фыркнул в чашку, я тоже улыбнулась. Мой черноглазый англичанин… Может, правда, плюнуть на все и остаться с ним в Лондоне?… Но между нами не было сказано ни одного слова о том, что так будоражило мое воображение, о чувствах, которые находили выражение лишь в странных полунамеках и неосторожно оброненных фразах… Если бы только Морган наплевал на свою тактичность и безупречное воспитание, если бы он только сделал первый шаг, произнес первое слово… Чего он боится? Чего ждет? Ведь я улечу, и мы, скорее всего, никогда больше не увидимся.
На улице окончательно стемнело, когда мы практически на ощупь возвращались домой. Смутный свет фонарей едва рассеивал плотную белую завесу. Странно — все вокруг стихло, лишь гулкое эхо наших шагов терялось где-то вдалеке. На пути мы не встретили ни одного прохожего, хотя время было еще совсем не позднее. И, кажется, мы заблудились. Во всяком случае, вместо длинной витрины магазина, мимо которого мы проходили в первый раз, мы очутились у какой-то решетчатой чугунной ограды.
— Что за чертовщина, — пробормотал детектив, озираясь. — Куда, хотел бы я знать, нас занесло? Я был уверен, что мы идем в нужную сторону!
— Возможно, мы заговорились и не заметили, что не туда свернули, — предположила я.
— Да, но мы заблудились. Вот так приключение, — Морган растерянно развел руками. Я с улыбкой погрозила ему пальцем:
— Признайтесь, господин детектив, вы специально заманили на этот пустырь невинную беззащитную девушку?
Морган решил подыграть.
— О да, отсюда никто не услышит ее отчаянных криков о помощи.
— А она вовсе и не собирается кричать, — тихо сказала я.
Я прижалась спиной к ограде, смотрела с вызовом. Выражение глаз Моргана изменилось, они еще больше потемнели. Он шагнул ко мне, опустил ладони на прутья решетки по обе стороны от моих плеч, так что я оказалась запертой в кольце его рук. Сердце у меня жалко пискнуло и подскочило куда-то к горлу. Я втянула в себя воздух и забыла его выдохнуть. Глаза, губы Моргана оказались так близко, близко…
— Энджи… — прошептал он чуть слышно.
— Как трогательно, — заметил чей-то голос за его спиной. Детектив резко повернулся, заслонил меня — перед нами, вынырнув из тумана, остановился Артур Блэк, вернее, тот, кто владел его телом. Длинный щегольский плащ нараспашку, волосы чуть вьются от сырости.
— Нет-нет, продолжайте, прошу вас, — вскинул он руки в насмешливом протесте. — Я подожду. Право же, это так мило…
— Предупреждаю, мистер Блэк или как вас там, — еще один шаг, и я стреляю, — хладнокровно заявил Морган, в руке которого совершенно неожиданно оказался маленький старомодный револьвер.
— О, я вижу, вы, наконец, докопались до моего прошлого, — приподнял бровь Блэк. — Вернее, до прошлого этого тела, которое мне пришлось на время позаимствовать. Впрочем, весьма привлекательного, если не сказать, совершенного, тела. Как ты считаешь, Ангелина?
— Урод, — скрипнула я зубами. Ноги сами понесли меня к Блэку, но рука детектива схватила меня за шиворот и оттеснила к ограде.
— Чего ты хочешь? — спокойно спросил Морган, не опуская руки с револьвером.
Зеленоватые огоньки узких глаз Блэка тускло засветились, как у готовящегося к прыжку хищного зверя. Странная и жуткая то была сцена — пустынная улица, тишина, густой туман, и три человека, неподвижно замерших друг напротив друга. Впрочем, одного из нас при всем желании трудно было назвать человеком…
— Чего я хочу, детектив Фэйр? Я хочу вашу спутницу. Мне нужна Ангелина. Сейчас она пойдет со мной, и мы разойдемся мирно и спокойно.
— Через мой труп. — процедил англичанин, и Блэк дьявольски усмехнулся:
— Что ж, это можно устроить.
— Нет! — вмешалась я, холодея от страха за Моргана. — Нет! Ты сказал, я должна пойти с тобой добровольно, по собственной воле! А я не хочу!
— Ты пойдешь со мной, Геля. Я не успел показать тебе всего, что я могу тебе предложить. Ты не видела и миллионной доли моего могущества. Ты не сможешь отказаться от моего предложения. Хочешь, я открою тебе тайны мироздания, смысл бытия, поведаю истины, в поиске которых целые народы шли на смерть?
— Просто уйди и оставь нас в покое, — дрожащим голосом ответила я.
— Прекрасно. Сокровища, тайны и власть тебе не нужны. А что ты скажешь, если я пообещаю спасти жизнь дорогого тебе человека, который обречен на скорую смерть? Я имею в виду твоего обожаемого детектива, мистера Фэйра.
— Он не умрет. — твердо сказала я, хотя сердце разом окаменело от ужаса. — Ты не посмеешь тронуть его!
— Конечно, не посмеет, — насмешливо добавил детектив, играя револьвером. — Я меткий стрелок, учти, Блэк.
— Вы меня забавляете, дети. — Блэк вздохнул и обескураживающе покачал головой. — Мне стоит шевельнуть пальцем, и земля разверзнется у вас под ногами, и оба вы полетите в адское пламя. А вы стоите передо мной, полные отваги и решимости, смеете спорить, отвергая мои щедрые предложения, да еще угрожаете мне жалким человеческим оружием! Непостижимо, клянусь святыми мощами!
С этими словами он решительно сделал шаг нам навстречу. Морган сразу напрягся, загородил меня собой.
— Один шаг, Блэк, один лишь шаг! — крикнул он, прицеливаясь.
Тот молча и неторопливо продолжал идти к нам по таявшему в тумане тротуару. Морган нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел, правда, гораздо менее громкий, чем я ожидала. Когда я осмелилась открыть один глаз, Блэк, пошатываясь, стоял в паре метров от нас, и сквозь пальцы прижатой к груди ладони обильно струилась кровь. С несколько удивленным видом он посмотрел на рану, потом поднял голову. Я с ужасом увидела, что он улыбается. Шаг, еще шаг. Еще. Выстрел. Еще. И еще. И вот Блэк оказался прямо перед детективом. Продолжая широко ухмыляться, Блэк небрежным движением разорвал на груди рубашку, и я ахнула: маленькие круглые дырочки от пуль затягивались на глазах, оставляя лишь потеки крови на коже. Блэк вытянул вперед кулак, разжал его, и под ноги нам полетели все четыре выпущенные в него окровавленные пули.
— Что-нибудь еще в вашем арсенале есть? — с надеждой осведомился он.
— Беги, Энджи, — выдохнул детектив, толкнул меня в плечо, и я послушно кинулась бежать вдоль решетки, не оглядываясь. Морган бежал следом, прикрывая мою спину. Буквально через десять секунд мы налетели на калитку в ограде, навалились, калитка со скрипом поддалась, и мы продолжили бегство по широкой, усыпанной гравием, дорожке. Она скоро привела нас к порогу церкви. Морган толкнул тяжелые створки дверей — они тоже оказались незапертыми. Он втянул меня внутрь и запер за мной дверь тяжелым старомодным засовом.