Чтение онлайн

— Ну что, Бес, расколупаем сундучок? — Пингвин кивнул на контейнер.

Хмурый высокий мужик со свернутым набок носом внимательно осмотрел замки.

— Немецкий, уважаю, — прогудел, — Ничего, не такие брали.

И принялся колдовать над контейнером. Пингвин в нетерпении заходил по вагончику но, когда едва не опрокинул лампу, Бес не выдержал:

— Хере мельтешить, на мозги давишь.

Но Паша и тогда не унялся. Подошел к полке, достал початую бутылку водки и прямо из горлышка сделал несколько крупных глотков.

— Готово, — Бес отступил в сторону.

Пингвин подскочил к контейнеру и распахнул крышку.

Погруженные в зеленые пенопластовые вставки, тускло блестели стеклянные и металлические трубки, пластины, еще какие-то непонятные детали. Из знакомых предметов Паша заметил лишь приклад, из какого-то легкого материала, смахивающего на весьма твердую пластмассу.

— Я не врубился, Бес, это и есть обещанная волына? — Паша уставился на все это блестящее богатство, и похоже, ожидаемое нисколько не срасталось с тем, что лежало перед ним сейчас.

— А ты думал, тебе прямо так все и притаранили в готовеньком виде?

— И что это за конструктор такой? Да я этого фраера запрягу собирать. До утра не склепает — пусть сам себе в лесу дерево для удавки мает.

Бес пожал плечами: он свою работу сделал. Но все же решился посоветовать:

— Может, толкнуть кому тонн за десять?

— Моя волына, никакому фраеру ушастому толкать не буду. Пусть урод этот подсасывает, что цинк пустил, уж я его в конструктор поиграть заставлю.

— Лысый не при делах, — заметил Бес, — ты просил караван слить, он слил. Вот если б там не «Гаусска», а порожняк какой-нибудь — тогда уж…

Пингвин знал, что это правда. Никто не обещал, что Гаусс-пушка будет в собранном виде и с боекомплектом. Конвоировали из пункта А в пункт Б, но с какими клиентами связался, Паша не знал. Хотя и не сильно волновался по этому поводу: мало кто рискнет сунуться в укрепленный лагерь, чтобы отбить товар. Да и кто узнает? Свои не сдадут, поскольку сами повязаны, а жмуриков наверняка уж мутанты на запчасти растащили. Не дошла посылка — и точка. Ищи теперь свищи по всей Зоне!

Но что теперь делать с разобранной пушкой, Пингвин тоже не знал. «Гаусска» не «Калашников» — тут даже ни единой детали знакомой не наблюдалось, кроме приклада. Даже ствол (кажется, это был все-таки он) выглядел непривычно. Весь в каких-то тонких проводах и катушках. А еще на какой-то ребристой коробочке прилепилась желтая наклейка с английскими буквами, но черный череп был выразительнее всяких угрожающих надписей.

И сбыть такой товар проблемно. В Зоне можно хоть вагон «Макарычей» за один присест толкнуть — особенного шухера не поднимется, а вот «Гаусска» — серьезная тема. Это все равно, что на блошином рынке танками торговать. Не зря в конвойных «Долг» подрядили, эти ребята идейные, за бабло просто стоять будут, а за идею — насмерть. Стало быть, шуганули они сегодня кого-то из серьезных людей, раз за тех даже долговцы подписались.

Да кто ж знал, что пушка на запчасти разобрана?

Он попробовал сам соединить между собой хоть какие-то части, но никаких дырок или защелок, за которые можно было одну часть прицепить к другой, не обнаружил. Зато под пенопластом открылся еще одна вкладка. В ней ровными рядами расположились желтоватые полупрозрачные шарики, размерами немного меньше яйца.

— Маслины, — догадался Пингвин.

Он взял один. Прохладный и твердый на ощупь, шарик был похож на большой кусок янтаря, который Паша видел в ювелирных магазинах. Но янтарем брезговал, считал его дешевкой и вообще «рыжуха всегда в теме». Как заряжать и откуда вообще тут что вылетает, Пингвин не понял. Подбросил на манер мячика.

— Ты бы того, а то рванет… — с опаской проговорил Бес.

— Не шугайся, — усмехнулся Пингвин, он был почему-то твердо уверен, что не рванет.

Вдруг снаружи послышался странный шум.

— Атас! — кто-то прокричал совсем рядом, а затем грохнуло. Со всех сторон застучали автоматы.

Паша отчего-то вдруг ясно понял, что это не случайное нападение, а связано именно с лежавшей перед ним разобранной «Гаусской»…

Он схватил автомат и выбежал из вагончика.

Нападавшие, судя по всему, вели огонь со стороны холма. Грамотно расположились, сволочи — именно оттуда база простреливалась лучше всего. И пацаны, которые там на шухере были, не успели подать ни звука — видать, сразу завалили. Дело стало совсем дрянь, когда с холма тяжело заработал «станкач». Такие были только у вояк и «Долга». Наемники не в теме: им в рейдах лишние килограммы не нужны. А ни гула вертушек, ни звука машин, значит, не вояки — те пехом на свои операции никогда не идут. Остается «Долг» — тогда точно не случайно пришли.

Трассы, казалось, пронизали все вокруг. Один за другим с криком падали простреленные насквозь бойцы. Грохотало железом, ворота на входе в миг превратились в решето. Наверняка, бил не один пулемет. Пока перезаряжали или остужали первый, в дело включался второй.

— Ша, пацаны! Щемись по стеночке! — и бандиты бросились врассыпную. На открытой площадке осталось лежать никак не меньше тридцати тел. Некоторые были еще живы и со стоном корчились в крови.

Пингвин понял, что потом в атаку пойдут «тяжелые» долговцы — и тогда точно труба. Он метнулся назад в вагончик, в бешенстве пнул бесполезную пушку и с хрустом растоптал. Потом бросился к сейфу, сорвал с груди ключ, трясущимися руками открыл тяжелую дверцу. Выгреб тугие пачки денег, распихал по карманам и под одежду, рванулся к двери, но вернулся, схватил АКСУ и вывалился на улицу.

Бандиты вели беспорядочную стрельбу по невидимым целям, но конец уже был предрешен. По-прежнему повсюду сверкали цветные трассы, грохотало прошиваемое пулями железо, тяжелыми шмелями жужжал рикошет.

Пингвин отыскал Беса. Тот сидел за пустой цистерной и коротко стрелял по холму.

— Рвем когти! — проорал; за общим грохотом вообще мало что было слышно.

— Один линять придумал?!

— Валим, говорю, пока не обложили!

— А пацаны?!

— Ты че, дефективный? Какие пацаны? Кучей уйти не реал!

Бес, похоже, и сам понимал безысходность ситуации. Даже небольшую группку легко отследить, а уж отстреляют, как котят, — это дело техники. А вот одного-двух вряд ли сразу приметят. Тем более, под прикрытием общей неразберихи уйти гораздо легче.

В этот момент «станкач» на холме умолк, и оттуда в полный рост двинулись черные рослые фигуры. Человек пятьдесят. «Если и не из-за пушки такой шухер подняли, то за жмуров своих мстят», — подумал Пингвин.

— Покрошат! — сказал Бес и согнувшись стал отходить к запасному выходу.