Чтение онлайн

Да, такой разговор может позабавить даже усталого городского мужика, возвращающегося домой с тяжеленными пакетами в руках. И потому Павел даже улыбался. Ведь нечасто можно встретить на улице такого смешного психа.

— Все, что угодно? — уточнил, с трудом подавляя усмешку.

Парень ничуть не смутился:

— Естественно. Но только одно желание. Именно одно ваше желание! Ну есть же у вас же какая-нибудь заветная мечта?.. Вот моя визитка.

На белом картонном прямоугольничке было написано:

«(077)11111111111-555-22. Альген».

И все.

— Что это за номер? — Павел удивленно воззрился на парня, но тот уже уходил, его сутуловатая спина мелькала где-то впереди в вечерней городской толпе…

??

Жена, в фартуке поверх тренировочного костюма, листала на кухне кулинарную книгу. Дома царил грандиозный беспорядок. Где-то в недрах квартиры возилась дочь, гремя дверцами шкафов и напевая песенку. Орал телевизор. Пахло какими-то специями, тушенкой и освежителем воздуха, будто где-то раздавили гнилой апельсин.

Его приходу, когда он вошел и в изнеможении опустил сумки на пол прихожей, никто не обрадовался, лишь жена оторвалась от книги и спросила, купил ли он майонез. Дочь вообще не высунулась.

Павлу хотелось есть. Принять ванну. Полежать — и чтоб никто не трогал. А вовсе не чистить картошку и вытирать пыль ради завтрашних гостей.

— Паш, надо бы еще шампанского взять, — деловито сказала жена. — Гостей будет двадцать человек, а у нас… И хлеба, черного и белого. И маринованных огурцов.

— Денег уже нет. — Павел разулся, повесил куртку и понес сумки на кухню. — Я и так все ухлопал.

— А занять? — Жена с надеждой поглядела на него.

— У кого?! — Он разгружал покупки, и тут его осенило: ну конечно, у Юрки!

— Разве только у Лутовинова, — предположил осторожно.

— Да откуда у него деньги? — удивилась жена.

Тут в кухню вошла дочь, уже заметно беременная, в растянутом джемпере, коротко поздоровалась с отцом и схватила из вазочки горсть печенья.

— Юль, ты ж скоро в дверь не пройдешь! — с жалостью сказал Павел. — Как ты потом худеть будешь?

— Во-первых, меня Миша и такую любит, — гордо отозвалась дочь, — а во-вторых, это печенье диетическое, в нем калорий нет.

«И такую любит, — мысленно повторил Павел, заталкивая в морозилку купленных кур. И усмехнулся про себя: — Когда-то я тоже любил твою мамашу «и такую». Во всяком случае, думал, что люблю. И куда все это подевалось?.. Бедный Мишка! Парню двадцать два года, а уже, считай, отец семейства. В аспирантуру теперь не пойдет. Подрабатывать станет. Как и я в свое время. Все по кругу, эх!..»

Идти к Лутовинову не хотелось (ну, неудобно!), но изобретать какие-то другие способы добычи денег не было ни сил, ни желания. Будь что будет.

На улице быстро темнело, сыпал снег. Павел вошел в знакомый подъезд, позвонил, и тут же в глубине квартиры расслышал быстрый топоток. Вот и Еленка — открыла, сияя:

— Здравствуйте, Павел!

Он еще не успел толком поздороваться, как уже оказался втянут за руку в крошечную прихожую, увешанную псевдоафрикан-скими масками, а дальше освобожден от куртки и шарфа.

— Не разувайтесь, прямо так! А Юрик сейчас придет. Он ненадолго, к маме. Она в клинике лежит, доктор обещал ее через месяц на ноги поставить!

В комнате, заметил Павел, появились обновки — ковер и пылесос.

— Пока наш дом строится, мы решили на время тут остаться, — объясняла Еленка, расставляя на круглом столике чайные чашки. — Зачем лишний раз переезжать, правда? А Юра, кстати, уходить с работы собрался, он вам не говорил? Отдохнуть ему надо. А как у вас дела?

Павел сидел за чайным столиком и улыбался этой прелестной девушке, расслабленно думая о том, до чего же она славная и какие у нее красивые глаза, волосы и руки. Ему нравились молодые женщины, особенно вот такие — простенькие, живые и общительные.

— Дочь замуж выходит. Завтра, — добавил. — А вообще все по-старому.

— Дочь? Замуж? — удивилась Еленка. — Сколько же вам лет, если у вас дочь такая большая?

— Пятьдесят три, — вздохнул Павел. — Сыну моему двадцать девять, а дочери двадцать пять.

— Вы хорошо сохранились, — заметила Еленка. — Я думала, вам меньше.

— Ну, спасибо! — И Павлу стало даже весело…

Юрка появился минут через двадцать, довольный и немного пьяный. Он бурно обрадовался гостю и даже полез обниматься, чего никогда раньше не делал. Расцеловал Еленку. Достал из сумки шампанское и шикарную коробку шоколадных конфет. Уселся. Его лицо раскраснелось от мороза, глаза весело блестели, однако Павел уловил какое-то смутное, исходящее от него беспокойство, какое-то нездоровое возбуждение, и было ли это вызвано алкоголем или неожиданно свалившимися деньгами, он не понял.

Немного посидели просто так, болтая за жизнь. Еленка принесла пиццу размером с хороший поднос, миску крабового салата, фрукты и пирожные в большой розовой коробке. Юрка жадно ел все это, почти не разбирая.

Через полчаса вышли покурить на замусоренную лестничную площадку, и там, смущаясь, Павел высказал свою просьбу, готовый в любую секунду отступить и обратить все в шутку.

Юрка улыбнулся:

— Конечно, Паш, о чем ты! — И буднично залез в карман брюк, будто собираясь достать зажигалку. Но то, что он вынул оттуда, повергло Павла в шок: это были, да, деньги, но новенькие, словно только что отпечатанные: большая пачка в банковской упаковке. Именно большая — а ведь еще за секунду до этого карман ничуть не оттопыривался: Павел заметил бы.

— Держи. — Юрка вложил толстую пачку ему в руку и почему-то покраснел.

— Да-а!.. — ошарашенно пробормотал Павел. — Теперь ты у нас совсем счастливый.

— Знаешь, да! — тихо, но горячо заговорил Юрка. — Теперь — да. Сам не понимаю. Мне как раз денег и не хватало для полного счастья. Честно говорю. Мне почти сорок пять. Всю жизнь вкалывал. Сначала одну семью содержал, квартиру кооперативную им сделал, машину купил, гараж. Потом вторая семья. Ну, понимаешь: ребенка — в спецшколу, в бассейн, жене — шубу. Опять машина, опять мебель. Никогда для себя не жил. Бегал, бегал — как пацан, ей-Богу. Но вот, Еленку нашел — птичку мою. Нашел, а даже колготки приличные не мог ей купить. Ты понимаешь!.. Рехнусь, думал. И вот… привалило. Вот это!.. Я всю ночь не спал — все сидел рядом с Еленкой и думал о том, что теперь мне больше ни черта не надо. Хоть в Африку с ней съездим, например, — ведь столько мечтали! Фильм снимем про слонов… Ты думаешь, я богатым быть хочу? Унитаз золотой себе поставить? Нет! Просто копейки надоело считать.

Павел вздохнул, спрятал в карман куртки Юркины деньги и вдруг — даже сам не ожидал — стал рассказывать о своем сегодняшнем странном знакомом, об Альгене, и даже вытащил из кармана его визитку с невероятно длинным телефонным номером.

Юрка побледнел. Это произошло так внезапно, что Павел за него испугался: не сердце ли?

— И что? Ты будешь звонить? — Голос у Лутовинова странно изменился, стал неестественно высоким и хриплым.

Павели искренне отмахнулся:

— Да ну брось! Просто забавный сумасшедший. Ты-то как, в норме?