Чтение онлайн

Двое из экипажа проверяли по спискам каждую группу, а Капитан с первым помощником неторопливо прохаживались по территории городка. В полете все члены экипажа тоже погружались в сон, но лишь после того, как корабль ложился на курс, и в консервацию вводил их сам Капитан. Он оставался последним бодрствующим существом на борту, — роботы не в счет.

На все четыре стороны открывался один и тот же унылый вид: зыбкие гребни барханов под ослепительным небом, бесформенные каменные торосы, полуразвалившкеся строения из металла и пластика. Ничто здесь не радовало глаз, на всем были печать и дыхание смерти. Голая и обезвоженная, готовая испустить последний дух, последний живой крик, Земля стала пройденным этапом для того, кто ее топтал и, как казалось ему, благоустраивал…

И только одно привлекало внимание — зеленое пятнышко близ горизонта. Что это? Почему зеленое? Капитану захотелось узнать, и жестом он предложил помощнику следовать за собой.

?? ?? ??

?? ?? ??

?? ?? ??

— Куда мы идем, Капитан?

— Идем… У нас еще есть немного времени. Ты ведь сам попросился в этот рейс, не так ли?

— Да. Я хотел все увидеть своими глазами.

— Вот и смотри. Запоминай.

— Что же тут интересного? Один песок и камень.

— Именно. Вся штука в том, что мы идем по океанскому дну.

— Вы шутите.

— Увы. Это ложе бывшего Атлантического океана. Слыхал? Вот это он и есть.

— Да ну?

— Мало того. Где-то под этой толщей песков покоится древнейший материк — Атлантида. Считается, что здесь родилась цивилизация.

— Тогда это просто забавно. Последний уходит оттуда, где появился первый…

— Тебе этого не понять. Твоя родина не здесь, а уже там.

— Моя родина — весь мир, Космос.

— Ошибаешься. Твоя родина там, где ты сделал первые шаги, где жили твои отец и мать. И куда бы ты ни умчался, она всегда с тобой…

— Эмоции, мой Капитан. Мы с вами мужчины.

— Да, конечно…

— Ну, а вы-то?

— Что — я?

— Вы-то свою родину покидаете навсегда. Что у вас от нее останется?

— Память. И сожаление.

— Сожаление, о чем? Об этой пустыне?

— О том, что мы сделали. Как умудрились обратить все в прах.

— Простите, но вы идеалист! Разве у вас был другой выход? Все закономерно, любишь кататься — люби и саночки возить.

— Не знаю, — сказал Капитан. — Возможно, и был выход. Но все это, к сожалению, за пределами жизни одного человека и даже целого поколения. А мы и теперь не научились думать о потомках…

— Уж не хотите ли вы сказать, что такое же будущее ожидает нас там, на Эмземле?

— Кто знает, кто знает…

— Что же нам делать?

— Я знаю лишь то, чего вам не надо делать.

?? ?? ??

?? ?? ??

?? ?? ??

— Ну входите же, чего застряли?

— Идите вы первый, я боюсь…

— Да не тряситесь вы так, вас не убьют. Раздевайтесь, черт подери, да поживее. Иначе этот робот за вас возьмется. Тогда не обрадуетесь.

— А ч-что он со мной сделает?

— То же, что и с другими, кто не хочет выполнять приказ. Разденет догола своими железными ручками и засунет в капсулу.

— Да? Уж лучше я сам…

— То-то. И веселей, веселей!

— Но все-таки, знаете… Когда я смотрю на эти соты с бывшими людьми… Честное слово, мне кажется, что я в крематории.

— А вы не лишены чувства юмора!

— Напрасно издеваетесь. Ох, напрасно. Сейчас вас самого испекут в этой трубочке, как пирог с начинкой. Обман все это!.. От нас избавляются, мы — лишние, никому не нужны!

— Нервишки у вас того… Стыдно.

— Стыдно, говорите? А я не хочу умирать! Слышите! Вот это все — смерть!

— Успокойтесь вы, хлюпик! Мне-то все равно, можете оставаться. Ваше дело.

— Да, остаться… Жить в оболочке, одному, как угодно… Но жить! А вы все будете покойниками, все…

— Ну вот что! Убирайтесь отсюда, живите. Только не действуйте нам на нервы! Не омрачайте этих торжественных долгожданных минут!

— И уйду, немедленно. А вы оставайтесь… Скажите этому дурацкому роботу, пусть уберет руки.

— Эй, отпусти этого психа. Только я скажу ему на прощанье пару слов, объясню кое-что. Так вот, знайте, любезный: через шесть часов Земля будет взорвана. Весь шарик — вдребезги, в пыль! Ясно? Ну и вы, стало быть, за компанию.

— Откуда вы взяли?

— А вы не знали? А что вы вообще знаете? Вот, читайте, висит перед носом. Или вам прочесть? «К сведению переселенцев»… Так, где это место, ага… «В научно-прикладных целях…»

— Где, здесь?.. «Не представляет больше практической ценности… Будет аннигилирована…» Просто глазам не верю. Как это? Почему?

— Так вы уже не уходите? Решили с нами? Умничка.

— Перестаньте. Будто вас это не касается!

— Именно: не касается! Плевать!.. Заберусь в капсулу — и баиньки. Без сновидений. Повезет — проснусь, стану новым, свободным человеком на прекрасной планете. А здесь пусть все провалится в тартарары… В клочья!

— А мне, представьте, жаль.

— Э, бросьте. Лучше берите таблетку, жуйте. Теперь забирайтесь в капсулу. Вот так, рядом, сюда. Ногами вперед.

— Ногами вперед…

— Хорошо-о! А вам не тесно? Вы меня слышите?

— Слышу. Прощайте.

— Э, нет. Всего лишь «до свиданья». Надо быть оптимистом… Кстати, как вас зовут?

— Не все ли равно. На этой братской могиле имен не пишут. Номер структурной схемы, и все…

— Ну, ну, не падайте духом. Обойдется… Вас уже клонит ко сну?

— Да.

— Согласитесь, так привольно мы уже давно не спали. Без этих проклятых оболочек, голышом, в приятной атмосфере… Эх, и житуха теперь настанет! Знаете, что я сделаю первым делом? Приму ванну. Прохладную. Даже ледяную. Буду лежать в ней неделю, месяц… Остывать от этой проклятой жары. Потом завалюсь где-нибудь на травке. Вы хоть помните, что это такое? А? Не слышит. Уже спит. Интересно, а сосед справа? Тоже спит. Все спят, один я… Гм! Странно. Почему на меня не действует? Эй, робот, я не засыпаю! Подожди, не включай. Дай еще таблетку. Да подожди, тебе говорят! Слышишь, железная твоя душа! Подожди, не вклю…