Чтение онлайн

– Лёша! – вдруг спросила Алина. – А можно я завтра надену белый костюм и свою новую шубку на работу? Очень хочется!

– Ну ты чудишь! – засмеялся я. – Да что тебе нравится, то и надевай! Ты мне всякая нравишься!

– Да ладно! – воскликнула она и повернулась всем своим прекрасным телом ко мне. – Тебе же нравится, когда я одеваю своё чёрное платье и белый пиджак?

– Ну да! – ответил я и пожал плечами. – Но мне нравится, когда ты в джинсах, или в брючном костюме! Да тебе всё идёт и ты во всём красавица!

– Так! Всё! Отдыхай! – как отрезала Алина и отвернулась от меня.

Я немного ещё посмотрел телевизор, потом выключил его, потому что сон стал брать своё. Да и надо было выспаться! Завтра предстояло решать нашу судьбу, и это были не слова, это была реальность, с которой нам придётся сразиться. С таким врагом нам ещё не приходилось сталкиваться и "Чёрные волки" в этой ситуации мало чего стоили. Нужен был такой ход, который бы навсегда снял эту проблему.

Поднялся я рано и ушёл в офис ещё тогда, когда Алина спала. В половине восьмого я уже был в своём кабинете. Ребята тоже уже поднялись и собирались завтракать, спал только один Борис, развалившись на моём диване, но проснулся тут же, не успев я открыть дверь.

– Иди позавтракай, соня! – сказал я ему и, поздоровавшись с ним за руку, выпроводил из кабинета.

В половине девятого позвонила Алина и сообщила, что уже оделась и готова идти на работу.

– А Гоша появится, или мне одной идти? – спросила она.

– Не понял! – удивился я. – А что его там нет?

– Сейчас посмотрю, милый! – сказала она и, подойдя к окну, увидела сидящего на скамейке, метрах в двадцати от их подъезда Гошу.

– Да, он здесь! Ну, встречай меня, только не упади! – смеясь, добавила она и отключила телефон.

– Ладно уж, иди! – засмеялся я и, положил трубку.

Подойдя к окну, я стал наблюдать за улицей, где должна была появиться Алина через некоторое время. Через минуту вошёл и улыбающийся Борис.

Усевшись в кресло, он произнёс. – Всё-таки не зря говорится, что завтрак ты должен съесть сам, а уж всё остальное можно и друзьям отдать!

Гоша наблюдал за дверью подъезда, из которой должна была появиться Алина, не обращая внимание на чёрный джип, припаркованный прямо посреди огромной жидкой массы, называемой грязью, напротив подъезда. Через секунду он увидел упирающуюся Алину в новой шубке, которая была расстёгнута, а вернее все пуговицы были вырваны с мясом. Из-под неё виднелся белый костюм. Рукав на шубке, с левой стороны был оторван наполовину, значит, она боролась. Каблуки скользили по бетонному покрытию, отчего один каблук тоже был сломан. И самое интересное это то, что она даже не кричала.

Её волокли два огромных парня в чёрных костюмах без верхней одежды, а из джипа вылезли ещё два таких же парня, один из которых, открыл заднюю дверцу автомобиля.

В считанные секунды, забыв про оружие, Гоша оказался возле бандитов, которые тащили девушку. От удара в голову у одного из бандитов вылезли глаза наружу, а из ушей потекла кровь. Он тут же рухнул как подкошенный, потащив за собой Алину, которая упала прямо в грязную, липкую массу, почти полностью окунувшись в неё. Второго бандита Гоша схватил одной рукой и, как пёрышко, швырнул его в тех бандитов, которые были с другой стороны машины, но оттуда послышалась стрельба. Пули били прямо в грудь Гоши, но он схватился за днище джипа и перевернул его на них, после чего осел сам возле Алины.

– Беги в офис, девочка! – произнёс он и потерял сознание.

Алина, грязная, зарёванная, с поломанным каблуком кинулась бежать, но потом снова села на грязную землю, уже не обращая на это внимание, сняла и бросила, куда попало сапоги. Поднявшись, она босиком, рванула в сторону офиса.

Я увидел её в тот момент, когда уже хотел отойти от окна и, ничего не объясняя Борису, сорвался с места, выхватывая оба своих пистолета. Борис бросился за мной, поняв, что пришла беда. Крикнув Максу, чтобы он присмотрел за Алиной, мы, через минуту, уже были возле Гоши. Там уже стали собираться и любопытные, которые, собственно и вызвали скорую помощь. Гоша пришёл в себя и улыбался, посматривая на нас. В руке у него уже был пистолет, а из уголка рта стекала тонкая струйка крови.

– Только ничего не говори! – сказал я, подхватив его на руки, и перенёс на скамейку.

Он был жив, но левое лёгкое было пробито. Скорая помощь приехала через минуту после того, как мы прибежали. Гошу тут же погрузили в машину и увезли в больницу. Я подошёл к перевёрнутой машине и увидел, что один из бандитов шевелится, а остальные были мертвы.

– Господи! Борис! Не может быть! – воскликнул я. – Гоша нам одного оставил, повезло! Значит и ниточка у нас есть!

– Слушай! – спросил Борис. – Может мне в больницу, к Гоше?

– И что? И что ты там будешь делать? – взорвался я. – Без нас разберутся, а мы подкатим чуть позже, поднимай всю группу, сбор на базе!

В это время подкатило три машины милиции, но, узнав кто перед ними, они отошли чуть в сторону и стали разгонять зевак. Потом ко мне подошёл следователь в сопровождении опера и стал задавать вопросы. Я схватил его за воротник куртки и поднял над землёй.

– Если ты мне через пять минут не скажешь что это за люди и чья это машина, то я тебя, сам лично, пристрелю прямо здесь! Понял? – рявкнул я с такой яростью, что он мигом, лишь я отпустил его, скрылся в своём микроавтобусе.

Потом Борис приподнял джип с той стороны, где лежал раненый, а я выхватил его из-под машины.

– Говорить можешь? – спросил я у него спокойным голосом. – Если можешь, то кивни!

Тот кивнул и сплюнул в грязь кровавый сгусток со слюной и грязью вперемешку.

– Ты мне просто ответь кто, и будешь жить, а если нет, сломаю позвоночник, понял? – сказал я ему, еле сдерживая себя.

– Да мы со службы безопасности "Альфа"-банка! – произнёс он, корчась от боли. – Нам приказали доставить девчонку в банк и всё, а кто она такая, нам по барабану!

– Ты хоть понимаешь куда вы залезли своими погаными руками? – спросил я у него. – Мы подчиняемся только президенту России!

– Ничего себе! – произнёс опер, стоящий позади меня, рядом с Борисом. – Это правда?

Глянув на него снизу в верх, я поднялся во весь рост и открыл рот, чтобы ему растолковать ситуацию, но тут увидел Петровну, которая выбежала из подъезда. Передав право беседовать с опером Борису, я направился к ней, чтобы успокоить её.

Увидев меня, она кинулась ко мне и, со слезами на глазах, спросила. – А где Алина? И что здесь вообще произошло?

– Да ничего страшного, мама! – сказал я, впервые назвав её матерью. – Алина на работе, а тут ребята захотели пошутить с Гошей, вот и пошутили! Видите?