Чтение онлайн

Закрою дверь в прошлую жизнь навсегда.

Наверное, эта поездка была мне необходима. Не знаю зачем… Чтобы полноценно попрощаться со всем, осознать, как люблю свою нынешнюю жизнь, избавиться от части обид. С последним я не очень-то преуспела. Ну, по крайней мере, Морриса еще не прокляла, уже достижение. Хотя после вчерашнего руки так и чесались его прибить. Ноги у меня замечательные! А он говорил не только про ноги… Ценитель демонов! Да он просто Гад года!

Мысли о фейри помогли прогнать остатки сна.

Я выбралась из кровати, подхватила халат…

На подоконнике, опутанные тонкой фиолетовой лентой, лежали три цветка. Молочно-белые лепестки слегка трепетали от утреннего ветерка.

Как же, не вламывался он ко мне!

Я презрительно фыркнула и завернулась в халат. Шелк нежно скользнул по коже.

Может, когда вернусь в столицу, мне все же удастся завести нормальные отношения?

…Хоть какие-нибудь отношения…

Шкатулка стояла на прежнем месте и мозолила глаза. Я ее так и не выбросила.

Ладно, не важно. Все равно скоро меня здесь уже не будет.

Стараясь мыслить в позитивном ключе, я прошествовала в ванную.

День предполагался ответственный, так что я достала весь арсенал кремов, эссенций, масел и мазей. Хотелось выглядеть хорошо. Как если бы мама могла видеть.

При воспоминании о ней мысли сбились и ускакали совсем не в ту сторону.

А если ее правда убили?

Мне должно быть до этого дело?

Ей-то до меня не было.

Ладно, отставить обиду. Сейчас я — взрослая, самостоятельная ведьма. Поэтому включаем голову и делаем выводы. С ними, кстати, тоже не все просто. Призрака нет. Явных следов черной магии в поместье тоже нет. Зато есть какая-то… грязь. Как еще назвать неясные ощущения, вязкие неприятные сны по ночам, вроде бы звуки? И живность рядом ошивается какая-то подозрительная. Это не просто так. Душа требовала назначить виновным Морриса, но интуиция возражала. Как бы там ни было, он был привязан к герцогине не меньше, чем она к нему. Только я в этой чудесной семье оказалась лишним звеном. Ну, до тех пор, пока им не понадобился выгодный брак.

Покончив с косметическими процедурами, призванными сделать меня ведьмински красивой, я сменила воду, добавила ароматных масел и какое-то время просто нежилась в ванне, мечтая о возвращении в столицу.

Да, неделя бесконечных дилижансов и постоялых дворов совсем не вдохновляла.

С другой стороны, мне не терпелось вернуться в свою квартирку, которую ни с кем не надо было делить. И приступить к работе. Слушать нелепые жалобы посетительниц, которые в большинстве своем понятия не имели, что такое настоящие проблемы. Слышать звон золотых монет.

Я соскучилась по ним.

Как знать, возможно, скоро я смогу перебраться в квартирку попросторнее — в два этажа, с маленьким балкончиком, примыкающим к кухне, чтобы завтракать, любуясь на оживающий город. Наверное, это упоительно. Я присмотрела ее около года назад, но пока такое жилье было мне не по карману. Все же в той жизни я не являлась герцогской дочкой.

Сладкие мечтания прервало вновь нагрянувшее чувство опасности. Горло сдавило от неконтролируемого страха. Дыхание сперло. Сейчас я бы не возражала услышать несуществующие голоса за дверью… Всяко лучше, чем оказаться погруженной в черную вязкую жижу.

И все же я ждала, что галлюцинация развеется.

Это же не по-настоящему!

Боль оказалась почти неожиданностью. Тело жалило сразу в нескольких местах.

Да сколько можно?!

Смесь злости и страха обычно делает магию сильнее, но… не в этом случае. Заклинания так и не получились. Силу будто что-то блокировало. И узоры, которые обычно проявлялись на руках, когда я колдовала, сейчас словно спрятались под кожей и невыносимо жгли.

Сама не знаю, в какой именно момент я закричала.

Еще несколько тщетных попыток вырваться…

И сильные руки, рванувшие меня вверх.

Перед глазами плыло.

Пиявки. Это были банальные демоновы пиявки.

И вездесущий Моррис, который вытащил меня из очень неприятной ситуации второй раз за несколько часов.

Одной мне это кажется подозрительным?

Впрочем, мне сейчас было так паршиво и погано, что я далее сопротивляться не могла, когда очнулась не в ванне, на мокром диване, а фейри отлеплял от меня эту мерзость.

Шестнадцать штук.

И да, я была голая.

Полностью.

Пусть попробует хотя бы заикнуться про ножки или еще что-то, убью. Потом. Даже если доступ к силе не восстановится.

— Вместо подозрительных взглядов могла бы и поблагодарить, — хмыкнул Моррис, расправляясь с третьей пиявкой. — Мая, ну не смотри на меня так, я не делал этого!

На секунду передо мной вновь возник мальчик, с которым мы росли. Всегда очаровательный, вроде бы с добрыми намерениями, но мне от любых его действий становилось хуже.

Неприятные ощущения отогнали воспоминание.

Он использовал свою силу, заставлял пиявок распадаться клочьями тумана.

И все не прекращал болтать:

— Не волнуйся, следов не останется. Ни одного.

Ненавижу.

Ненавижу-ненавижу-ненавижу!

Мм… как же мне плохо…

— Я не могла колдовать, — шевельнула распухшими губами. — Сила не прорывалась. И будто жгла меня изнутри.

— Тот, кто наслал это, — еще одна тварюшка улетучилась, — заколдовал их так, чтобы они тянули из тебя магию.

М-ма-ма…

Комната перед глазами качнулась.

— Спокойно, я успел вовремя, — поспешил уверить Моррис. — Все восстановится через несколько часов.

Теперь я обязана ему еще и сохранностью силы. Ну совсем отлично! То есть это лучше, чем если бы я лишилась магии, но все равно против шерсти.

В подобные моменты я никогда не отличалась благоразумием.

— Отстань… я сама.

Руки над моим плечом зависли.

Но сдаваться фейри не собирался:

— Напоминаю, пиявки зачарованные. Магия тебе сейчас недоступна. Хочешь причинить себе дополнительную боль и навсегда остаться со шрамами?

И как ни в чем не бывало продолжил нелегкое дело освобождения меня.

Гад. Какой же он все-таки гад!

Ненавижу, когда он прав.

Боль раскаляла и без того нестабильные эмоции, и, чтобы позорно не закатить истерику, я предпочла отрешиться. Все равно мысли в голове ворочались с трудом, виски ломило, подташнивало. Еще скулить хотелось от унижения. И, кажется, меня трясло.

Не знаю, сколько это продлилось.

Я не спала и не бодрствовала. Качалась на волнах полубеспамятства, иногда ощущая боль, дрожь или касание прохладных пальцев.