Чтение онлайн

— Можно я останусь? — Он пошевелился, плотнее прижался спиной к кровати. Его ресницы дрогнули.

— Это с какой же радости?!

Раньше, в прошлой жизни, он вел себя так же — все время вился вокруг. А меня это точно так же бесило.

— Посторожу тебя.

— Меня магия посторожит. — Разница все же появилась, теперь я могла реагировать более-менее ровно. — Выметайся.

Утро началось с моего пронзительного крика. Кажется, я начала повторяться.

Нет, то есть сначала я вылезла из кровати и направилась в ванную, но по дороге зачем-то заглянула в зеркало на туалетном столике. Было с чего заорать!

М-мать…

Нелюдь белобрысый! Зараза фейская! Ненавижу!

Дверь в тот же миг с грохотом распахнулась. Понятия не имею, как он успел раньше охраны.

— Мая!..

Фиалковые глаза окутали меня взглядом.

Далее последовала констатация факта:

— Ты в порядке.

Да, сегодня меня не убивали. Даже кошмаров не снилось. Только кровать пахла прожитым днем, а еще полевыми цветами и сырым лесом. От призрака фейского всегда так пахло.

— Серьезно? — Я выразительно повела руками, указывая на себя. — Что ты со мной сделал?!

Рыжий пигмент из волос ушел, они распрямились, глаза стали более светлыми, черты лица менее резкими. Будто мне снова было семнадцать! Ладно, тут я преувеличиваю. Но все колдовство над внешностью, дававшее мне уверенность, улетучилось.

Фейри внимательно осмотрел меня и трагедии не увидел.

— Я спасал тебя и твою драгоценную красоту, — сообщил он. — В процессе как-то забыл, что моя магия имеет некоторые побочные эффекты.

Переводя на человеческий язык — его магия сделала меня настоящей. Такой, какой он хотел меня видеть.

И кому-то было начхать, что я хотела совсем другого.

Как обычно.

— Убирайся! — прошипела, трясясь от злости. — И никогда больше не смей врываться в мою комнату!

— Даже если ты будешь кричать и звать на помощь? — иронично уточнил блондинистый гад.

— Даже если.

В ярких глазах вспыхнули насмешливые фиолетовые искры.

— Договорились.

Моррис вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Я медленно выдохнула и отправилась-таки умываться.

Пока вылезала из сорочки и включала воду, перед глазами всплывали то уверенная физиономия, то распахнутая рубашка на довольно рельефной груди. Моррис-то давно уже весьма отдаленно напоминал худого семнадцатилетнего мальчишку, который неловко целовал меня на цветущем лугу. Да и то, разве только мне, потому что я его до сих пор так воспринимала. Ненавижу-ненавижу-ненавижу!

Вода вскоре сделала свое дело, унесла лишние мысли и злость. Просто я не ожидала такой подлянки. Но ничего, чары я восстановлю, волосы заново покрашу, пока же ограничусь просто косметикой. Все не так страшно.

Но в комнате меня поджидал новый сюрприз.

Что поделаешь, если день не задался, он будет поганым с пробуждения до позднего вечера!

Кристалл связи на дне сумки звенел.

Странно… Кому я могла понадобиться?

Я откопала нужную вещицу среди прочего добра, подцепила длинную цепочку пальцем, позволила камню раскачаться, затем поднесла к зеркалу. Когда же зачарованный кусочек хрусталя ударился о его поверхность, отражение на миг затуманилось, а в следующее мгновение уже показывало гораздо более роскошную комнату. И породистую даму лет тридцати пяти с высокой прической и наклеенной справа над губой родинкой.

На секунду в голове всплыла мысль, что я сейчас на ее фоне напоминаю тусклую мышь, но что-то с этим делать было поздно.

Ощущение такое, что фейри вместе с остатками адекватности задался целью уничтожить и мою практику!

— Орхи, красотка, во что ты там вляпалась? — Холеное лицо показалось обеспокоенным.

Терда. Не то чтобы мы были подругами, но когда-то я помогла ей, и она это ценила. Собственно, с нее и началась моя деятельность, так что я тоже была ей благодарна и несколько раз по старой памяти помогала избегать неприятных ситуаций.

— В основном в свое прошлое, — ответила мрачно. — Что у тебя? Говори быстрее, я спешу на оглашение завещания.

На лице в зеркале мелькнуло сочувствие, но лезть с соболезнованиями Терда не стала. Все же в столице люди куда менее навязчивые.

— Кто-то слил в газеты информацию, что ты наследница герцогского титула, — поджала губы моя старая знакомая. — И вообще разные слухи ходят. Тебя даже в торговле запрещенными приворотами подозревали, проверили два случая, но вообще никаких приворотов не нашли. Если честно, я удивлена.

Ясно. Она потому и позвонила, что за себя боится. Ее личную жизнь тоже я устроила.

— Мои услуги не стоили бы столько, если бы я не предусмотрела риск огласки, проверок и всего прочего, — отозвалась со снисходительной полуулыбкой. — Не о чем переживать. Никакого запрещенного колдовства.

— Но…

— Вообще никакого, — повторила с нажимом. — С остальным разберусь, когда приеду.

Я собиралась оборвать связь, но Терда вновь заговорила:

— Уверена, что вернешься? Все же наследство, титул, куча денег…

— Даже не сомневайся, — заверила ее, ослепительно, по-ведьмински, улыбнулась и полыхнула огнями в глазах.

Все, конец разговора.

Любовница старшего советника короля вряд ли меня поймет, но иметь кучу денег гораздо приятнее, если ее заработать самой, а не просто получить. Это свобода. Возможность быть кем-то, а не пустой смазливой оболочкой. Любимое дело. И я ни за что от этого не откажусь!

Звонок вернул мне ощущение равновесия. Собираясь, я больше не чувствовала себя унылым воробышком.

Траур сегодня официально заканчивался. Аристократы благоразумно завели традицию скорбеть ровно до оглашения завещания. Видимо, потому что понимали: потом будут слишком заняты дележкой наследства.

Впрочем, мой внешний вид никак не оскорблял правил приличия. Я сделала легкий макияж, немного завила волосы и добавила им блеска. А взамен испорченного платья надела черный комбинезон и горчичного цвета жакет. Немного слишком для провинции, но свободные штанины могли сойти за юбку, когда я не двигалась, чашечки выгодно подчеркивали грудь, а жакет не позволял образу стать слишком вызывающим. Но и забыть, что я тут чужая, тоже не позволял.

Пара капель терпких духов — и можно идти.

Завтракать не собиралась. Тем более что Моррис уже сидел за столом, весь такой идеально-скорбный, что у меня челюсти свело.

Но расчет тихонько прошмыгнуть через холл не оправдался. Он вроде бы даже не смотрел в мою сторону, а все равно заметил.

— Мая, тебе надо поесть.

— А тебе — перестать совать нос в мои дела.

Предательства от собственного организма я никак не ожидала. Но желудок жалобно сжался, по телу пронеслась волна слабости, коленки дрогнули, и во рту опять появился неприятный привкус.