Чтение онлайн

— Ёлка, зачем ты нас здесь заперла? — ей навстречу, отряхиваясь, поднялся командор, — мы что, твои пленники?

— Что вы! Вы мои гости! Внешний мир полон опасностей, а здесь вам ничто не угрожает!

Мы удивленно переглянулись, явно думая одно и то же, что как раз во внешнем мире нам не встретилось ни одной опасности, а здесь, в гостях, нас чуть не съели. Но пока решили не дразнить странную девушку, споря и ругаясь с ней. Для начала нам нужно было, как можно больше узнать о ней и этой планете.

— Ёлка, садись с нами, поговорим! — командор поднялся со своего надувного коврика и уступил девушке место.

Она благосклонно приняла приглашение и, шагнув, устроилась на предложенном месте, снова усевшись в позу «лотоса». Мне опять пришлось старательно отводить глаза от бедер девушки и таинственной темной ложбинки между ними, с усилием заставляя себя смотреть на… нет, не на грудь, а еще выше, на ее лицо. Хотя и это было тем еще испытанием! Все же, дикарка была очень красива! Она оказалась моим типажом, моим идеалом внешности женщины. И, хотя женским прелестям было сложно отвлечь меня от выполнения задания, здесь был совсем иной случай. Боюсь, я в нее почти влюбился!

— Ёлка, расскажи нам про себя! Почему ты здесь одна? Где твои родители? И как давно ты здесь живешь? — эти простые, но самые важные вопросы задала именно Лерой, пока мы все тихо пускали слюни на прекрасную дикарку.

Та бросила на Лерой удивленный и несколько раздраженный взгляд, и мне пришлось, мысленно встряхнувшись, повторить правильные вопросы дочери ученого, почему-то дикарка ее невзлюбила.

Ёлка поерзала на коврике, удобнее устраиваясь, отчего ее большая высокая грудь призывно заколыхалась, снова приковав внимание мужской части нашего отряда.

— Моя мать, так же, как и вы, прибыла с неба. Я в это время была у нее в животе. Вместе с ней спаслось еще три человека, и они несколько лет жили здесь, на этой планете. Довольно быстро погибли два мужчины из трех, третий жил здесь с моей матерью еще несколько месяцев, пока тоже однажды не вернулся с охоты. Мы остались с матерью одни, но к этому времени она научилась желать небольших и неопасных животных на еду для нас, и мы с ней неплохо жили. Она умерла год назад, и я осталась одна.

Девушка замолчала, и мы тоже некоторое время сидели, молча, представляя жизнь на этой странной, молчаливой планете.

— Постой! А как же другие люди, которые время от времени прилетали сюда? Они где? Неужели погибли? — взволнованный звонкий голосок Лерой вырвал нас из задумчивости. На самом деле, по логике получается, что здесь должно бы уже образоваться целое поселение из застрявших на этой планете людей.

— Они тоже быстро погибали, — прозвучал обескураживающий ответ.

У меня от этих нестыковок и нелогичностей голова пошла кругом, и я все же задал этот вопрос:

— Ёлка, твоя мать и три мужчины жили на планете довольно долго. Ты вот до сих пор живешь. Но почему погибали подготовленные к подобным путешествиям люди? Нам не встретились на твоей планете какие-либо хищные животные, ну, не считая зауруса. Но его ты сама пожелала.

Девушка хмыкнула.

— Они боялись темноты. Им казалось, что оттуда на них смотрят ужасные чудовища! И те приходили на зов…

Мы ошарашено переглянулись.

— Это что получается, — Клаус аж подскочил, — люди погибли, став жертвами собственных страхов? В прямом смысле этого слова?

— Выходит, так, — неуверенно дернул плечом Трой, и взгляд дикарки упал на витиеватый рисунок скоплений галактик на его теле.

— Что это? — девушка протянула руку и провела пальцем по груди мужчины, тот улыбнулся и подставил ей свою спину. Обернувшись через плечо, он начал рассказывать ей о том, что изображено на его теле. А дикарка увлеченно принялась разглядывать диковинные рисунки, совершенно позабыв про нас.

— Не верю я ей! — зашептал Трой. — Слишком много нестыковок в ее рассказе! Куда ушел охотиться третий мужчина, если пожелать дичь можно не сходя с места! Тем более, не обязательно желать кого-то опасного, это может быть и обыкновенный заяц или корова!

— Согласна, — кивнула Лерой, — я тоже об этом подумала. — А еще мой отец, он реалист до мозга костей! Он не стал бы и думать о каком-то мифическом чудовище, он верит только в то, что видит собственными глазами!

— Лерой! Не хочу тебя расстраивать, но, если все эти животные становятся материальными, то, не смотря на то, что зверя придумал кто-то один, но нападать он может на кого угодно. Взять вот, хотя бы, зауруса! Вызвала его Ёлка, а его едой, чуть не стали все мы! — было видно, что своими словами, Тилбот лишает девушку всякой надежды, найти отца живым.

Ее лицо сразу осунулось, а в уголках глаз заблестели слезы.

— Извини, детка, но мы должны быть реалистами и допускать всякую возможность, тем более на такой странной планете! Это надо же, дичь можно себе пожелать! — покачал головой командор.

А я подумал, что не такой уж он, оказывается, и м…к, раз смог девушке посочувствовать.

— А куда делись все эти звери? — вопрос Клауса не поставил в тупик, так как ответ на него, я думаю, уже знал не только я. И точно, так как Лерой на него сразу же ответила.

— Мы не знаем природы появления здесь животных. Но, допуская то, что их материализации способствуют каким-то образом мозговые волны разумных существ, то также можем предположить, что, съев их всех, звери тоже прекращают свое существование, распадаясь.

— Ну, правильно! Раз их существование больше не поддерживает воображение создателя! — кивнул Клаус и, откусив кусок мяса, тут же брезгливо сплюнул. — Пожалуй, я до завтра потерплю! Надеюсь, нам удастся пожелать хоть кого-то более нам привычного.

Я повернулся к девушке.

А она задумчиво играла в ножички, целясь в правый глаз мертвой головы поверженного существа, и нож с противным чавканьем входил в его глазницу. Лерой вынимала его, вытирая о траву, и снова кидала.

Я невольно поморщился, не ожидал, что эта хрупкая блондинка окажется такой кровожадной.

Девушка быстро заморгала своими длинными ресницами, словно приходя в себя. Затем удивленно посмотрела на нож в глазнице гигантского червя и, поморщившись, вытащила его, воткнув в землю. Посмотрев на каждого из нас по очереди, дочь ученого перевела взгляд на флиртующих Троя и дикарку, после чего махнула рукой, давая нам знак сблизить головы. Едва мы с любопытством к ней наклонились, она зашептала:

— Не верю я ей! Есть одна очень неправдоподобная вещь во всем этом.

Мы терпеливо ждали, что она скажет, и не перебивали девушку.

— Ее дом!

— Причем здесь ее дом? — не выдержал Тилбот.

— Ее дом совершенно нежилой! Если учесть, что она с матерью прожила на этой планете много лет, то дом должен быть обжит! В нем должна быть элементарная мебель, предметы быта, посуда…

— О чем ты!? — не выдержал Клаус. — Откуда здесь предметы быта и посуда? Это дикая планета!