Чтение онлайн

Говорить не могу. Зубы мелко стучат друг об друга, губы трясутся. Изо всех сил стараюсь не расплакаться. Пожалуйста, пускай это всё поскорее закончится.

Но мой ответ на это им похоже и не нужен.

– Скажу прямо, - он щурит глаза, и затем достаёт из кармана пачку сигарет, и, щёлкнув золотистой зажигалкой, прикуривает.
– Мы собирались продать тебя в рабство.

Выпускает в воздух гостиной струю сизого дыма.

– Покупателей на такую сочную молодую сучку, - ухмыльнувшись, произносит усатый, - нашлось бы немало. Больше скажу: у нас уже есть два предзаказа.

От охватившего меня липкого холодного ужаса и охватившей тело слабости кажется, что я вот-вот потеряю сознание. Что вот-вот просто отключусь... Перед глазами всё будто плывёт...

– Но, понимаешь ли, - сквозь гулкий стук сердца в ушах продолжает блондин, - тебе, возможно, повезло. Потому что с нами связался один очень влиятельный и серьёзный человек. И сделал нам хорошее предложение. Вот его мы сейчас и ждём. Если он всё это говорил всерьёз, то ты уедешь отсюда с ним целой и невредимой. Если нет...
– он тяжело вздыхает.
– Ну, тогда значит нет. А бумаги ты подпишешь в любом случае. Даже если сломанными пальцами.

– З...
– губы трясутся просто, - за...чем вы меня пуга..аете?

– Мы тебя не пугаем, - сухо отвечает усатый.
– Мы тебе говорим, как дела обстоят. Ссышься ты здесь сама. Но я понимаю. Сам бы ссался. Херовая у тебя ситуация, девочка. Херовая, прямо скажем.

– У меня тоже херовая, - ухмыляясь, вставляет лысый.
– Еле держусь, чтобы не трахнуть её прямо здесь, на этом диванчике. Соблазнительная, охереть. Но, - вздыхает, - что уж делать. Пока подождём.

Блондин вскидывает руку и смотрит на, блеснувшие в оранжевом солнечном свете, наручные часы.

– И вот пока мы ждём, - затянувшись и выпустив новый клуб дыма, холодно говорит он, - с тобой ничего не произойдёт. Так что сиди ровно и не дёргайся. Повторюсь: это в твоих же интересах.

Ожидание кажется вечностью. Изо всех сил, глотая слёзы, стараясь не плакать. Нос влажный, в горле ком, и я вся дрожу.

К моменту, когда с улицы раздаётся тихий шум въехавшего во двор автомобиля, блондин успевает выкурить ещё одну сигарету.

– Приехал, - кивнув на окно, говорит усатому он.

Усатый встаёт. Судя по движению руки, коснувшейся оттопыренного пиджака, он тоже вооружён. Лысый как-то напрягается, сжимается, будто пружина и, подойдя к окну, поворачивается лицом ко входу в гостиную. Ухмыляться он перестал.

Все трое заметно напряжены.

С робкой надеждой смотрю на дверной проём.

В доме слышатся тяжёлые шаги, и затем в гостиную входят ещё двое мужчин. Крупнее, чем эти, накачаннее, и одетые чуть более демократично. Тоже в пиджаках, но и в джинсах.

Взглянув на лицо того, кто входит вторым, обомлеваю...

Его я совсем не ожидала увидеть...

Сергей Крутой...

...дядя Серёжа...

Глава третья

Друг моего отца... Когда-то они работали вместе... Он иногда приезжал к нам... Холодный, опасный и закрытый человек. Я всегда побаивалась его. Он никогда не проявлял в мою сторону никакого тепла. Он вообще... больше похож на огромного хищного зверя, чем на человека... Последний раз я видела его года три назад, и несмотря на то, что я помнила его смутно, образ этого сильного, опасного и немногословного человека находился где-то на задворках моего сознания...

Встретившись с ним взглядом, я едва не поддаюсь истерике. Слёзы принимаются литься по щекам. Сами по себе.

– Вечер, - глухо и жёстко произносит он.

Мужчина, вошедший с ним встаёт рядом.

– Э-эм...
– усмехнувшись, мычит блондин.
– А где, собственно, бабки?

– Бабки вы получите тогда, когда я её заберу.

– Э, нет, - мотнув головой, говорит усатый, - так дело не пойдёт.

Воздух в гостиной мало того, что теперь прокурен, ещё и будто пронизан электричеством. Страшно мне, ужас... Словами не передать...

– При всём уважении, - говорит блондин, - мы действовали согласно договорённости. Её, - он небрежно кивает в мою сторону, - никто и пальцем не тронул. Буквально. Плачет она, потому что боится.

– Если так, деньги вы сегодня получите, - невозмутимо, но всё так же жёстко, произносит дядя Сергей.
– Они в машине. Не в моей. И там ещё два парня. При всём уважении, - он сверлит взглядом блондина, - на всякий пожарный.

– Да без проблем, - сухо отвечает тот.
– Только вот она ещё пока не подписала документы.

– Она подпишет их в моей машине. И я передам их вам через окно.

– Я...
– глотая слёзы, выдавливаю из себя я, - я не буду ничего подписывать...

Бросив на меня взгляд, Сергей ничего мне на это не отвечает. Он вновь смотрит на этих троих.

– Подпишет, - холодно произносит он.

Усатый пожимает плечами и переводит вопросительный взгляд на блондина. Тот, похоже, у них главный.

Вновь возникает тягостная, ужасная пауза.

– Предлагаете всё на доверии?
– сухо усмехнувшись, говорит блондин, и качает головой.
– Она в вашей машине. Деньги в другой вашей машине. А мы терпеливо ждём снаружи? При том, что вы можете просто её увезти? Нет, парни. Мы и так уже долго ждали. Предлагаю другой вариант.

Дядя Сергей молча ждёт. Они оба сверлят друг друга взглядами.

– Документы она подписывает здесь, - произносит блондин, - а затем мы выходим вместе и меняем её на деньги. Она садится в вашу машину сразу после того, как мы убедимся в том, что вы привезли необходимую сумму. Согласитесь, это резонно. Вы бы сделали так же.

Сергей качает головой.

– Если бы я хотел вас кинуть, а это не в моих правилах, и вам это хорошо известно, я забрал бы её раньше.

– Ну, вы сами понимаете, чем бы это всё кончилось.

– Не надо мне угрожать.

– Ни в коем случае...

– Она подпишет все эти документы, после того, как я их просмотрю вместе со своим юристом, - он кивает на стоящего рядом с ним атлетично сложенного мужчину в тонких очках.
– Если всё так, как мы и обсудили, и подводных камней там нет, она их подпишет. Слово моё даю. А слово моё - он делает небольшую но многозначительную паузу, - весит.

– Я понимаю, но...

– Деньги получите сразу, как она сядет в мою машину. В сумке вся необходимая сумма. Затем, после того, как юрист просмотрит документы, она их подпишет, и мы уедем. И вопрос с долгом моего друга будет закрыт.