Чтение онлайн

В соответствии с этим кругом задач строится и композиция справочника, весьма детально отраженная в оглавлении. Справочник разделен на три части: введение содержит краткий очерк истории города, первый отдел посвящен городу и его жителям, а второй – университету. Первый отдел поделен на три главы «Топографическое положение», «Промышленность и ремесла» и «Общественная жизнь в Эрлангене и окрестностях», а второй, примерно равный по объему, содержит единственную главу «Наставления для новоприбывших студентов». В отличие от «Писем…» Ребмана, у Фика информация дана в максимально удобной для практического использования форме: книга легко помещается в карман, все главы снабжены подробнейшей росписью содержания, а в конце вклеены два раскладных приложения – гравированный план города и окрестностей и оформленное в виде таблицы расписание прибытия и отправления почтовых карет и омнибусов. Примечательно и то, что визуальный образ города с самого начала сопровождает описание: на фронтисписе помещена гравюра, представляющая вид города с южной стороны. Присмотримся теперь к тому, как выстраивается образ города в различных перспективах, обозначенных в оглавлении.

В кратком изложении истории Эрлангена, изобилующем ссылками на документы и именами лиц, внесших в эту историю свой вклад, четко выделяются два момента. Во-первых, история эта делится на две фазы (древнюю и новую), разделенные событием, определившим и современный автору облик города, и его место в локальном политическом и экономическом контексте, – прибытием французских переселенцев-гугенотов. Описание первой фазы строится в основном вокруг сложных перипетий, связанных с переходом города из-под власти одного местного правителя под власть другого, причем именно постоянное вовлечение города в междоусобные распри подается как главное препятствие к его расцвету в ранний период истории. Вторая фаза изображается прежде всего как история строительства, планировки и перепланировки Старого города (причем довольно детально описывается процесс возведения конкретных зданий, определяющих внешний облик города, в частности дворца, церквей и башен), а также как описание двух ключевых событий, определивших превращение города в значимый политический и культурный центр – перемещение университета из Байрейта в Эрланген (история университета описывается здесь главным образом с точки зрения ее влияния на изменение облика города 406 ) и масштабную застройку Нового города. Важную роль в описании новой истории играют и другие события, решающим образом повлиявшие на его нынешний вид, например пожар 1703 г., потребовавший перестройки целых кварталов, в результате чего Старый и Новый город соединились в одно целое 407 , и новый массовый приток в город состоятельных французских эмигрантов в период французской революции, повлекший за собой существенное оживление городской экономики. Вот, например, характерный фрагмент, описывающий формирование Нового города:

Здесь историческое повествование как бы изображает постепенное формирование городского пространства в его границах и его внутренней структуре.

Описание топографии города четко делится на два плана – естественно-научный и культурно-топографический. В первом ключевую роль играют взаимосвязь городской среды и природных условий (климата, почвы, характера рельефа и т. п.) прежде всего с точки зрения здоровья: средоточием главы является параграф «Медицинская топография», имеющий своей целью опровергнуть мнение об Эрлангене как городе с неблагоприятным климатом, способствующим возникновению грудных болезней, и доказать, что «[у] города весьма полезное для здоровья расположение, и способ застройки соединяет с внешней элегантностью такую целесообразность, что с этой стороны житель его может быть уверен в крепком здоровье и большой продолжительности жизни» 409 . Любопытно, что в обосновании этого тезиса Фик прибегает к целому комплексу диететических и экономических аргументов. По его мнению, распространение грудных болезней порождено сочетанием нездоровых условий труда местных ремесленников и рабочих (прежде всего чулочников) 410 с особенностями местного питания, прежде всего с потреблением пива:

Из этих соображений вытекают и диететические рекомендации автора: «Не пить никакого иного пива, кроме обычного простого городского, поскольку всякий крепкий напиток, особенно из-за сухого климата, очень вреден. От бренди лучше вообще воздержаться, здесь это просто яд. В сырые, дождливые дни рекомендуется бокал вина» 412 .

Описание культурной топографии Эрлангена в книге Фика, в отличие от «Писем…» Ребмана, с самого начала отчетливо эстетически акцентировано и направлено на выявление своеобразной физиогномики города:

Вслед за общими сведениями и обозначением основных принципов застройки города («город целиком состоит из четырехугольников, причем таким образом, что все дома, выстроенные по большей части фахверком, легко, но удобно и полезно для здоровья, имеют два этажа, за исключением Главной улицы, где угловые дома на обоих рынках, Главном рынке и Французском или Дровяном рынке, а равно и выходящие на Главную улицу в прилегающих к ним северных и южных квадратах, четырехэтажные» 414 ) следует детальное описание всех сколько-нибудь примечательных общественных зданий, выстроенное как экскурсионное, то есть как описание движения по маршруту с обозначением тех зданий, которые движущийся наблюдатель видит в определенных сегментах зрительного поля: «Мы проходим дворец насквозь и оказываемся перед песчаной площадкой, в центре которой находится большой фонтан и бассейн […] Правую сторону площади замыкает новое массивное двухэтажное здание c недостроенной крышей, предназначенное прежним прусским правительством под кабинет естественной истории или музей […] Напротив него массивная оранжерея […] За оранжереей мы входим в своего рода английский сад […]» 415 , и т. д. Управление движением и взглядом читателя выступает здесь главным организующим принципом повествования, при этом сообщение точных данных (например, размеров зданий в футах) чередуется с эстетическими оценками; так, о городском саде говорится, что «самые красивые его части – две роскошные липовые аллеи», а о находящейся в центре его статуе маркграфа Георга Вильгельма, что она «в целом весьма хорошо изваяна из красивого песчаника и нравилась бы еще больше, если бы идея ее не была слишком грубой для человека гуманного» 416 . Предлагаемый в следующей главе перечень практикуемых в Эрлангене промышленных и ремесленных производств тоже не носит лишь протокольно-статистический характер, но имеет своей целью обращение внимания читателя, мало знакомого с городом, на самые качественные и наиболее характерные для данного региона товары: упоминаются, например, зеркала фабрики братьев Фишер, «востребованные по всей Германии» 417 , «пряники, ничем не уступающие знаменитым нюрнбергским» 418 , и хирургические инструменты, рассылаемые изготовителем «по всему миру, даже в Россию» 419 .

Существенно отличается от виденной нами у Ребмана и предлагаемая в справочнике картина общественной жизни города. Прежде всего стоит отметить, что, в отличие от автора «Писем…», Фик не просто описывает уклад и взаимоотношения разных социальных и сословных групп, но конструирует локальную идентичность, «эрлангенский характер», причем опирается при этом именно на историю города. По его мнению, три главных фактора, конституирующие локальный характер, – это наличие университета, фабрик и этническая и конфессиональная неоднородность населения:

В соответствии с этой общей характеристикой городской атмосферы развертывает Фик и детальное описание имеющихся в городе более или менее стабильных институционализированных сообществ, от двора маркграфини 421 , клубного общества «Гармония» 422 и масонских лож 423 до музыкальных кружков 424 , клуба бильярдистов и просто застольных компаний 425 . Заметим, что, в отличие от Ребмана, пользу для студента от пребывания в подобных обществах Фик видит не в приумножении социального капитала, а в изучении людей и обогащении жизненного опыта: