Хлеб богословия
Шрифт:
В России после всех страданий, благодаря мученикам, которые пред Богом за нас заступаются, устояло Православие. На Западе смеялись и говорили: «Что там Русская Церковь — одни бабушки только!» А кто-то ответил: «Да, если пятьдесят лет церкви полны только бабушками, то это что-то значит». Но были не только бабушки, была жизнь живая. Выстрадала Русская Церковь столько миллионов мучеников. Владыка Каллист сказал в своей книге: «Русская Церковь в XX веке дала мучеников больше, чем в прежние века». Благодаря этим мученикам и подвижникам Русская Церковь не просто выжила, но обновляется. Бывают, конечно, в каждом таком периоде напряженной жизни и соблазны, и нестроения. Невозможно, чтобы не было соблазнов! В Церкви всегда живые люди. Каким был IV век, какое было потом иконоборчество, потом споры об исихазме, и так в каждом периоде! И тем более сейчас конец не только века, а тысячелетия. Начинается новый период, а вызовы мира серьезные. Мы вносим с собой в
Церковь многие свои проблемы. Но не надо бояться проблем.
Ни в коем случае нельзя, чтобы были раздоры и критика внутри Церкви с самоволием, когда кто-ни-будь считает, что он один — защитник Православия, вроде Аввакума. Сейчас есть такое движение: мол, антихрист, конец мира и так далее. Это изуверы, это люди, которые не имеют достаточно веры и боятся, которые затем свой страх преобразуют в какую-то самозащиту и суррогат духовной жизни.
Надо, конечно, беспокоиться, но главное — преобразовывать это в молитву к Богу: «Господи, Ты Спаситель Церкви!» Надо иметь глубокую веру, но эта вера не может явиться сверху или извне, она должна быть выражением нашей молитвы, нашего смирения, нашего внутреннего распятия, нашей борьбы!
— У нас сейчас идут постоянные дискуссии о том, что необходимо созвать Поместный Собор по образцу Собора 1917–1918 годов, на котором были бы представители мирян, священники и епископы…
— Я скажу открыто: Собор 1917–1918 годов не образцовый Собор Православия. Он сыграл позитивную роль — восстановил патриаршество, но нельзя во имя демократии разорять христологическую структуру Церкви. В Церкви Христократия, не демократия и не монархия. Христос владеет, Христос в каждом верующем, Христос первый из верных. Христос диакон, Христос священник, Христос епископ, Христос все во всем (1 Кор. 15, 28); и каждый из нас выражает Христа, и Христос выражается через каждого, но порядок в теле Церкви такой, какой дал Бог, а не мы.
Во все времена на Соборах миряне, монахи, священники права определения не имели. Кто читал акты Соборов, тот это знает. Василий Великий так об этом сказал: «Епископы определяют, а народ принимает или не принимает эти определения».
В истории Церкви бывало такое, что на Вселенских и других Соборах присутствовали и монахи, и еще кто-то, но все-таки благодать, и место, и служение, и власть, принадлежащая епископам, никак не может быть уравновешена народом. Епископ — не клирик даже он в себе объединяет Церковь. Но если он не выражает полноту Церкви, то надо ему помочь: для этого есть другие епископы, есть народ. Пусть даже будет давление, напряженность, но не разорительность и не разобщение.
Бывает, что соборные определения не принимаются всей Церковью; значит, есть особое традицио-нальное право или практика рецепции Соборов. И если это необходимо, то бывает, что Собор может снова рассмотреть свое определение. И не стыдно его по-другому высказать. Вот это действительно православное Предание. Значит, есть роль каждого, но никогда на Соборах миряне, даже цари, ничего не определяли. «Определяю» и «соглашаюсь» — вот что значит право епископов. А те, другие, может быть, подписывались, но не определяли. Они имели только совещательный голос. Можно потом согласиться, присовокупить к этому свое согласие, но это не определяющий выбор.
Конечно, можно, если желаете, чтобы был и Собор. Но лучше сначала подумать: не получится ли так, что в условиях сегодняшней жизни многие к нему окажутся не готовы? Может получиться так, что более красноречивый, более горластый или начитанный будет надеяться, что он победит. А святой Ириней говорит о том, что не ум, не знание, не еще что-то, а Дух Святой побеждает. Но, конечно, Дух Святой победит, как Он побеждал всегда в истории и в Русской Церкви. По-моему, не время еще таких Соборов. Мы предлагали во время войны собрать церковно-народный собор, чтобы ограничить власть Милошевича, но это не получилось, потому что эти господа интеллектуалы — писатели, ревнители национальной идеи — не хотели сотрудничать между собой. Каждый из них имел план национального спасения: одни были за короля, другие были еще за что-то, но ничего не получилось. У нас король сейчас вернулся, но для этого еще не подходящая ситуация. Дай Бог, если это случится, от этого не будет плохо, потому что будет более стабильная ситуация, а то правительство меняется, партии уходят, приходят новые.
Я всегда всем советую и молюсь, чтобы было более трезвым, более терпеливым, более глубоким бытие, жизнь Церкви.
Спасибо вам еще раз. Я чувствую, что Дух Святой делает Свое дело. Не надо нам Ему помогать. Он нам будет помогать по мере нашего открытия Ему. И мы должны помнить, что Господь руководит Своей Церковью. Наш патриарх говорит всегда, что мы должны быть соработниками Божиими (1 Кор. 3, 9). Бог нашел нас; если бы были лучшие, нашел бы лучших. И найдет лучших! Дай Бог. «Слава Богу, я не непогрешим», — говорит наш патриарх. И еще говорит: «Напиши это папе. Я не непогрешим — слава Богу, что я не непогрешим». Вот это православный человек.
Вопросы епископу Афанасию задавали студенты и преподаватели Сретенской духовной семинарии
notes
Примечания
1
В интернациональной Encyclopedia of Jewis History (1986, Израиль; 1989, Франция) на странице 63 написано: «Иудеи под византийским законом: 1) Иудеям было запрещено жить в Иерусалиме и посещать его, кроме 9 апреля; обращать других в свою веру; иметь рабов, особенно христиан; участвовать в управлении; жениться на христианках; строить новые синагоги; ремонтировать старые синагоги, кроме тех случаев, когда они могут обрушиться. 2) Иудеям разрешалось: сохранять свою веру и собираться в синагогах; судиться по своим делам перед иудейскими судами; старейшины общин были освобождены от налогов; глава синедриона признавался главой иудеев».
2
Современный город Ниш на юге Сербии — античный Наисус, родина императора Константина Великого.
3
Специфическое сербское название и понятие. «Задужбиной» назывался храм или монастырь, строившийся «за душу» ктитора еще при его жизни и служивший впоследствии его усыпальницей.
4
После оккупации Югославии немецко-фашистскими войсками и их союзниками в апреле 1941 года вся территория страны была разделена на несколько оккупационных зон.
5
Неманичи — средневековая сербская династия, родоначальнику которой святому Стефану Немане (преподобный Симеон Мироточивый) первому удалось объединить под своей властью ряд сербских земель. Его младший сын Растко — святитель Савва стал первым сербским архиепископом.
6
Поспешное признание международными организациями самостоятельности новопровозглашенных государств на территории Югославии (бывших союзных республик) в начале 90-х годов происходило без учета воли значительного сербского населения этих бывших республик СФРЮ, которое в своем большинстве желало сохранения единого государства.
7
Энвер Ходжа (1908–1985) — с 1954 года первый секретарь ЦК Албанской партии труда (АПТ), в 1946–1954 годах — председатель Совета министров НРА, одновременно министр иностранных дел и министр национальной обороны, с 1976 года — главнокомандующий вооруженными силами и председатель Совета обороны Народной республики Албании.